Пепел на снегу - Анастасия Ваймор

«Теперь ей хотя бы не холодно», — мрачно подумал Джерд и отвернулся.

Кейт

Терпкий ночной воздух наполняла удушливая смесь солёной горьковатой сырости и едва уловимого запаха гниющих водорослей. Лодка медленно скользила вперед, рассекая тихие волны. Мужчины вяло переговаривались между собой. Мерные взмахи весел и легкое покачивание немного успокоили. Закутавшись в теплый меховой плащ, я наконец согрелась и перестала дрожать. Мысли снова и снова возвращались к дому, к близким, к Майклу…

Перед собой я видела широкую спину Джерда, на которой висели пугающего вида довольно большие ножны. Он сидел чуть сгорбившись, отчего свет тусклого фонаря падал на черные рукояти узких длинных мечей, которые крест-накрест выступали над его мощными плечами. Треугольные навершия с выгравированными, незнакомыми мне символами матово поблескивали. По самим рукоятям и гарде тоже тянулись загадочные письмена, но разглядеть их при столь слабом свете я не могла. Усталость брала свое, и я потихоньку начала клевать носом. Проснулась оттого, что кто-то осторожно, но настойчиво тряс меня за плечо.

— Кейт.

Я открыла глаза и увидела обеспокоенное лицо Джерда, а затем подняла голову — и попросту замерла. Из темноты, освещённый огнями, выступал огромный корабль. Массивная корма возвышалась высоко над водой. Три величественные мачты с гигантскими парусами уходили ввысь и терялись в чернильной мгле. На носу находилась ещё одна, наклонная, под которой виднелась крылатая женская фигура. По бортам, обшитым поверху металлическими листами, проступали те же таинственные символы, что и на мечах Джерда. Корабль напоминал старинные парусники восемнадцатого века и был невероятно прекрасен.

Лодка глухо стукнулась о корпус, и сверху тут же упала веревочная лестница. Джерд ловко взлетел по ней.

— Твоя очередь, — угрюмо бросил мне Эйрих, придерживая нижний конец, чтобы лестница не болталась.

Я неуклюже ступила на первую ступеньку и осторожно полезла наверх, стараясь не запутаться в полах слишком длинного для меня плаща. Ноги дрожали. Я судорожно цеплялась за грубую веревку. И мне всё мерещилось, что ещё немного — и я сорвусь в зловещую черную бездну. Когда силы окончательно закончились, а от напряжения уже сводило мышцы, две сильные руки перекинулись через борт, мягко подхватили меня и легко, словно я ничего не весила, поставили на темные доски. Следом, ругаясь, на палубу запрыгнул Эйрих.

Я быстро огляделась. Освещённая яркими фонарями, она оказалась довольно широкой. В разных местах стояли деревянные бочки и ящики, рядом лежали уложенные в ровные бухты толстые канаты, а вдоль бортов блестели, закрепленные тросами, странные устройства, похожие на корабельные орудия. Неподалеку по палубе сновали люди, занятые своими делами. На нас они почти не смотрели, явно привычные к такому.

С противоположного конца корабля к нам шагал высокий худощавый мужчина лет пятидесяти. Одет он был в строгий китель глубокого темного цвета с большими блестящими пуговицами и золотой вышивкой на рукавах и по вороту. На голове красовалась широкополая чёрная шляпа. Твердая, уверенная походка, идеально прямая спина и высоко поднятый подбородок мгновенно выдавали в нём человека, привыкшего не только отдавать приказы, но и самому строго следовать им.

— У нас гостья, капитан, — сказал Джерд, когда человек в шляпе наконец приблизился.

На меня изучающе посмотрели черные и, как мне показалось, мудрые глаза. На гладко выбритом, испещрённом мелкими морщинами лице проступило странное выражение.

— Капитан Галтон Дрогот, миледи, — представился он, после чего учтиво поклонился, касаясь кончика шляпы рукой. — Добро пожаловать на «Призрак».

Уголки его губ изогнулись в вежливой улыбке, отчего неровный шрам, пересекающий правую щеку от виска до подбородка, резко искривился и сделался страшным.

— Пусть девушку отведут в мою каюту и принесут еды и воды, — в голосе Джерда появились повелительные нотки.

— Гасс!

От громкого возгласа капитана я вздрогнула. Как из-под земли рядом с нами вырос вихрастый мальчишка лет двенадцати, одетый в простую серую рубашонку с широкими рукавами и такие же серые, короткие, до колена, штаны.

— Ты слышал? — строго спросил Дрогот, повернув к нему голову.

Мальчик кивнул и, взглянув на меня, сделал приглашающий жест рукой. Я замялась, не зная, как поступить. Мальчишка ждал и выглядел вроде бы безобидно. Сделав несколько неуверенных шагов вслед за ним, я оглянулась на Джерда, но он уже ушёл.

Мальчишка привёл меня вниз, в тусклый коридор, и молча толкнул одну из дверей. Каюта, освещённая фонарями, прикрепленными к потолку, оказалась довольно большой и чистой. Справа, у стены, стояла широкая кровать, усыпанная подушками и накрытая меховым одеялом. У высоких иллюминаторов я заметила пустой стол с креслом, а слева, вдоль стены, находились шкафы с книгами и прочими мелочами. Рядом с ними на полу лежали деревянные ящики. Мне вдруг показалось, что я попала в исторический музей.

Пока я разглядывала каюту, мой провожатый куда-то исчез. Я осталась одна, озадаченная и растерянная. Однако стоило присесть на край кровати, как раздался стук, дверь отворилась, и мальчишка появился вновь. Он втащил большой поднос, на котором стояли стеклянный графин, вероятно с водой, и стакан. Рядом на тарелках лежали хлеб, виноград, что-то белое, напоминающее сыр, и ломтики тонко нарезанного красного мяса. Поставив это на стол, мальчик торопливо поклонился и скрылся за дверью.

Я подошла взглянуть. Отломила кусочек хлеба, попробовала сыр. Вкусно. Но аппетита не было. От стресса или от усталости глаза сами собой закрывались, и хотелось лишь одного: лечь и забыть обо всём. Погрузиться в безвременье и перестать искать в происходящем хоть каплю здравого смысла. Вернувшись на кровать, я легла, подтянула к себе одеяло и не заметила, как заснула.

Голос звучал сладко, маняще, он звал и пел, как ласковая теплая река, качая на волнах туда-сюда. Он повторялся, тянул за собой. И я хотела следовать за ним, слышать его всё яснее. Дверь, ступени — и вот уже палуба… а голос продолжал петь, манить, призывать снова и снова, всё ближе, всё громче…

Внезапно меня резко тряхнуло и с силой развернуло назад. Я уперлась носом в чью-то широкую грудь. Сильные руки сжимали мою талию.

— Решила сбежать? — хриплый шепот у моего виска заставил очнуться.

Джерд обнимал меня, крепко прижимая к себе. От него приятно пахло кожей и морем.

— Что? — забормотала я, оглядываясь вокруг. — Нет, я… спала. Почему я здесь?

Мы стояли на палубе, совсем рядом с бортом. Посмотрев вниз, я вздрогнула. Там бурлила черная, как смоль, вода. Корабль уже не стоял, он двигался с весьма приличной скоростью.

Неосознанно я теснее прижалась