Трансцендентные - Стивен Бакстер

разделением. Но этот процесс не был простым, не линейным. Считалось, что когда взаимосвязь сообщества Трансцендентных достигнет определенного уровня сложности, критической массы, в нем произойдет фазовое изменение.

— Фазовое изменение? — Для Алии это мало что значило. — На что это будет похоже?

Рит выглядел отсутствующим. — Я не Трансцендентный. Я не могу себе представить. Но это будет реальность другого порядка, Алия.

— Подумай о конусе. Представь, что срезаешь этот конус, все выше и выше, приближаясь к вершине. Ты делаешь круги, не так ли? Они уменьшаются по мере того, как ты поднимаешься выше, но затем, когда достигаешь самой вершины, эти круги внезапно превращаются в точку, совершенно иную геометрическую сущность. Это разрыв, ступенчатое изменение.

— Так же и с Трансцендентностью. Она перейдет от своего нынешнего рассеянного несовершенства к новому уровню осознания, целостности, которая будет кристаллизацией разума, полным пониманием Вселенной и нас самих. Когда Трансцендентность пройдет через фазовое изменение, она станет бесконечной и вечной. Буквально. Она уже планирует в таких масштабах.

Алии это показалось замечательным, хотя и пугающим, но сбивающим с толку. — Как можно планировать быть бесконечным?

— Что ты знаешь о бесконечностях, Алия?

— А ты как думаешь?..

— Бесконечность — это способ мышления, не столько число, сколько процесс. И процессы бесконечности сформировали то, как Трансцендентность строила свои планы на будущее, — сказал он. — Бесконечность дает простор.

— Представь это. Предположим, у тебя есть космический корабль, больше, чем "Норд", огромный корабль с бесконечным количеством кают. Ты нумеруешь каюты, одна, две, три… В каждой из кают у тебя по одному пассажиру — бесконечное количество пассажиров. Но теперь причаливает другой корабль, со вторым бесконечным набором пассажиров, и всем им нужен ночлег. Что ты делаешь?

— Заверну их. Я уже заполнена.

— Так ли? Попробуй следующее. Ты идешь по своему бесконечному коридору. Ты говоришь пассажиру из первой комнаты перейти во вторую. Пассажир из второй комнаты переходит в четвертую. Пассажир из третьей комнаты переходит в шестую…

— Все перемещаются, — сказала она. — В каюту, номер которой в два раза больше их прежнего.

— Там хватит места для них всех?

Она обдумала это. — Да. Потому что у меня бесконечное количество кают с четными номерами.

— И сколько кают ты освободила?

— Все нечетные. — Она подумала об этом. — Их тоже бесконечное количество.

— Итак, что ты делаешь с новым набором пассажиров?

— Поприветствую их на борту…

Он улыбнулся. — Видишь? Бесконечность плюс бесконечность равняется бесконечности. Бесконечность позволяет тебе делать то, что конечность запретила бы. Бесконечность — это отображение; это способ делать вещи, способ мышления, на первый взгляд парадоксальный. Трансцендентность еще не бесконечна, но после своей сингулярности она планирует стать таковой. Итак, вот как мыслит Трансцендентность, Алия. И если ты хочешь понять Трансцендентность, ты тоже должна мыслить именно так.

— В моей голове не бесконечное количество места. Так как же там может поместиться бесконечность?

Он поднял большой и указательный пальцы на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга. — Сколько существует действительных чисел между нулем и единицей?

— Бесконечное число?

— На самом деле, неисчислимо бесконечное число… Существует много порядков бесконечности; мы не будем вдаваться в подробности. Таким образом, можно втиснуть бесконечность в конечное пространство.

— Хорошо. Но это реальная вселенная! Как насчет детализации пространства и времени, материи и энергии? Как насчет квантовой неопределенности?

Он подмигнул ей. — Я не буду беспокоиться об этом, если ты этого не сделаешь. Они прибыли в потрясающее небо.

Они прошли некоторое расстояние до Ядра, центральной выпуклости Галактики, и повсюду были звезды, звезды и турбулентные облака газа и пыли. Все еще можно было видеть завесу тьмы, висящую за звездами, черное небо, не полностью закрытое светом. Но ближе к самому центру скопление было еще более плотным. В этой ванне света и пронизывающей радиации когда-то велись тысячелетние битвы, и триллионы людей потеряли свои жизни.

На таком поразительном фоне мир Трансцендентных, вырисовывающийся на фоне яркого света, был непривлекательным. На самом деле это была даже не планета, а что-то немного больше астероида, хотя инерционные генераторы, спрятанные в ее сердце, обеспечивали гравитацию, близкую к стандартной, и слой воздуха, достаточно толстый, чтобы дышать.

Шаттл Рита пронесся над ландшафтом, заполненным зданиями, расположенными в кратерах и ущельях. Многие здания были массивными, со стенами из выдутого астероидного камня, укрепленными на фундаментах, глубоко врытых в землю. Но здания были в основном темными, без украшений, и в их громоздких тенях виднелись лишь небольшие скопления огней.

На небе, полном звезд, у этого мирка не было даже собственного солнца. Алия узнала, что осиротевшие миры на самом деле были здесь обычным явлением, поскольку звезды располагались так близко, что близкие встречи и даже столкновения звезд были частыми, а планеты часто отрывались от своих родительских систем.

Но у этого безымянного, бездомного фрагмента была своя история. Огромные усилия были потрачены на то, чтобы превратить его в фабрику по производству боеприпасов — и еще большие усилия были потрачены на то, чтобы снова сровнять его с землей. Современные здания были построены на реликвиях тех давно исчезнувших дней, сооружениях настолько массивных и прочных, что, вероятно, сам астероид разрушился бы раньше, чем они это сделали, оставив блочные здания дрейфовать дальше.

И теперь эти здания, когда-то посвященные убийствам, были заново освящены как храмы нового бога.

По мере того, как шаттл снижался, Алии становилось все более не по себе.

Обладая своей новой способностью слышать за пределами собственной головы, она неуверенно протянула руку. Она могла видеть светлые умы Кампоков и могла читать их пронзительные эмоции так же ясно, как если бы они были ее собственными — их опасения по поводу пребывания здесь, их странные, сложные опасения по поводу Искупления и их смутное чувство вины за то, как они обошлись с Дреа. На переднем плане также были разумы Рита и Дреа. Они все еще были в основном закрыты для нее, словно посеребренные сферы, дрейфующие в ее ментальном небе; ей потребовалось бы некоторое время, чтобы развить свои навыки, прежде чем она смогла бы заглядывать в умы не-адептов. Но она мельком увидела, что скрывается внутри, когда особенно сильная эмоция потревожила поверхность одного из этих