Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло - Кира Лин

— Нет, я прогнала его, но не победила. Он сумел смыться, а я решила, что уже поймала тварь. Наверняка вернулся в оболочку.

Сзади подоспел Джош, его глаза полыхали гневом, лицо исказилось от свирепости. Мой поступок произвёл на него неизгладимое впечатление. Да уж, я совершила нечто нечеловеческое, противоестественное, но оно того стоило.

Придётся выслушать лекцию о вреде тёмной магии и тьмы, но Джош поздно спохватился — мы уже подружились и понимали друг друга без слов.

Он охватил меня руками за талию, намереваясь оторвать от вампира, но я протестующе мотнула головой.

— Помоги Коулу.

Заскрипев зубами, он отпрянул и опустился на колено перед раненым магом. Я закрыла глаза, чувствуя кожей всполохи силы Джоша. Пожалуй, я перестаралась, раз так вывела его из равновесия.

— Ты прогнала его — это уже что-то, — рассудительно сказал Джозеф, заботливо поглаживая меня по волосам. — Я не смог сопротивляться его магии.

— Нельзя смотреть в глаза, — устало выдохнула я и обмякла в его руках.

Коул пришёл в себя и жадно втянул ноздрями воздух. Глаза мага закатывались, веки покрывала корка подсыхающей крови. Не удержавшись, он завалился на бок, издав глухой булькающий звук.

Джош запустил руку ему под спину, вторую просунул под колени и поднял. Коул был высоким, и это усложняло дело, но Джош смог поднять его и даже нести.

— Не держите на него зла, — пробормотала я, чувствуя, как ноги отрываются от земли. Джозеф поднял меня на руки, прижал к груди, как ребёнка, и понёс к выходу.

— Призрак вынудил охранников напасть на Коула, я застал момент, когда он разделывался с последним. Каждый бы так поступил на его месте. Мы не в обиде, если так можно сказать о гибели трёх моих лучших бойцов. Ваш друг не так прост, как может показаться с первого взгляда. Я думал, что он только подстраиваться под цвет обоев умеет. Не переживай, Селена его подлатает.

— Я привезла с собой Вивиан, — возразила я и припала щекой к плечу вампира. От него пахло чистотой, теплом и уютом. Я жадно вдохнула, наслаждаясь отсутствием посторонних ароматов. — Она обладает целительным даром.

— Твоё дело, конечно, но у Селены есть всё необходимое на подобный случай. Твоя ведьма привезла что-нибудь с собой?

Я нахмурилась, не открывая глаз. Джозеф тихо рассмеялся, и это был приятный звук, заставивший меня улыбнуться.

Странно улыбаться, когда твой друг истекает кровью, а на полу дотлевают трупы убитых им вампиров, но сейчас это казалось таким уместным. Нервное напряжение давало о себе знать.

— Вы держите вампиров под землёй взаперти? — вслух подумала я и разлепила тяжёлые веки.

— Нет, они могут свободно выходить в город через другие двери, — ответил Джеймс, следуя за нами.

— Где они? Почему вы ничего не сказали об этом?

— По последним данным, вампиры их собственноручно забаррикадировали, — тихо буркнул Адам, и я обернулась на него.

Движение вышло заторможенным, но мне показалось невозможно внезапным. Адам осторожно взглянул на меня исподлобья.

— Оно к чему-то готовится, — прошептала я. — Мы должны выяснить — к чему именно. И как можно скорее.

Не помню, как отключилась. Клубы тьмы заволокли зрение, пока я пыталась говорить, и осталась только тусклая покачивающаяся точка света впереди.

Потом исчезла и она, осталась лишь умиротворяющая темнота.

Глава 50

Повеяло благовониями, густо и приторно. Я поморщилась и перевернулась на бок, пытаясь отгородиться от запаха. Щекой ощутила жёсткую шероховатую поверхность, и в ту же секунду заныла шея от неудобного положения.

Застонав от тянущей боли, я разлепила веки и заморгала. Комната плыла радужными полосами, потолок покачивался, как золотистая водная гладь. Где-то совсем близко лилась вода, потрескивал огонь, обдавая кожу жаром.

Я подтянула ноги к груди и охватила колени руками — приятно ощущать своё тело, да и просто что-то ощущать. Проваливаясь в пустоту, я не думала о том, вернусь ли обратно.

Было хорошо, уютно, легко, а сейчас ко мне возвращалась чувствительность. Боль в шее переходила в спину, мышцы рук подрагивали, и меня сводило слабыми судорогами от усталости.

Но лучше так, чем совсем ничего.

До слуха донеслись неторопливые шаги. Кто-то шёл по паласу — шуршала ткань, позвякивали подвески. Я повернулась на звук, о чём тут же пожалела — в голове разлилась внезапная боль, покатилась свинцовым шариком.

Зажмурившись, я сглотнула кисло-сладкий ком. Вроде бы меня никто не бил, отчего же так паршиво?

— Ты в порядке?

Голос Селены. С моих губ сорвался вздох облегчения.

— Не так, чтобы очень, но жить буду.

Ведьма прошла мимо, пахнуло воском и ароматными травами с примесью цветочных духов. Она открыла стеклянные дверцы секретера и зазвенела пузырьками.

— Это должно помочь, — вдруг оказалась около меня и склонилась.

Пришлось посмотреть на неё, но глаза разбегались в стороны, лицо ведьмы расплывалось бледным пятном. Она вложила в мою руку пузатый флакончик, и жидкость в нём была тёплой, словно только что из котла.

— Оно ещё горячее.

— Нет, дитя, — улыбаясь, проговорила Селена и выпрямилась. — Оно всегда такое.

Принюхиваться и разглядывать содержимое я не стала утруждаться. Какая разница, что она мне дала? Главное, чтобы прогнало боль.

Осушила пузырёк одним глотком и заткнула рот ладонью — зелье было горьким, как полынь, и сладким, как мёд. Послевкусие от него оказалось мятным с примесью каких-то цветов, их экзотический аромат остался на корне языка.

Я распахнула глаза и огляделась. Предметы обретали чёткие линии, вспыхивали цвета и звуки. Меня окружали стены в красных цветочных узорах, я сидела в кресле, обитом пурпурным бархатом.

Спинка у него была тёмного дерева, резная, как и изогнутые подлокотники. Справа располагался камин, в нём плясало бойкое пламя, озаряя светом небольшое помещение без окон.

Рядом с камином темнел секретер с зельями и снадобьями, из выдвинутых ящиков выглядывали льняные мешочки с травами, узелки сушёных растений, в стеклянных банках — органы мелких грызунов и птицы.

И что-то ещё в сосудах с мутной жидкостью. Что это?

Пусть для меня останется тайной, покрытой мраком и пылью. Да, здесь было очень пыльно — магическая пыльца оседала на мебель.

Слева стояла кушетка с резными деревянными ножками, застеленная пёстрым покрывалом. Дальше комод, заставленный разномастными свечами, высокий книжный шкаф и драпри из плотной ткани цвета меди.

За ними скрывалась ещё одна комната. А в центре стоял круглый стол, застеленный алой бархатной скатертью. И на нём лежал Коул.

Лицо мага походило на кусок сырого мяса. Багровые ручейки стекали с обнажённых плеч по гладкой загорелой коже. Селена раздела его по пояс и смыла кровь.

Мой