Сияние вечного пламени - Пенн Коул

Я сильно нахмурилась:

– Так ты никогда не угрожал рассказать всем о Генри?

– Какую пользу это принесло бы? Дом Корбуа выглядел бы слабым, твои права на трон оспаривали бы представители каждого Дома. Потом мне пришлось бы мириться с королем Лютером, а это участь страшнее смерти. – Эмонн оскалил зубы в усмешке. – Я последний, кто стал бы делиться таким с кем-нибудь.

Я вгляделась ему в лицо, высматривая доказательства лжи, но увидела только досаду и раздражение. Растирая виски, я стала обдумывать услышанное.

Верить этому не хотелось, а вот логика просматривалась. Лютер явно не желал, чтобы я была с Генри, и недвусмысленно намекнул, что не остановится ни перед чем, если решит, что это ради моей безопасности.

– Ты правда так удивлена? – спросил Эмонн. – Не заметила, как быстро Лютер изолировал тебя от своих ближайших друзей? Думаешь, только Таран и Элинор хотят подольститься к новой королеве?

Я пожевала губу, чувствуя, как во мне укореняется неприятное чувство.

– Так что же никто не подольстился? Никто больше и не пробовал.

– Лютер дал понять, что дружить с тобой можно только через него. Его и так боятся из-за страшной магической силы. А теперь он от тебя не отходит, окружает своими союзниками, переселяется в покои напротив твоих, чтобы следить. Говоришь, я хочу территорию пометить? Дием, дорогая моя, единственный, кто помечает тебя, как свою, это Лютер.

– Я не его. Я вообще ничья. Я сама решаю, с кем мне проводить время.

– Полностью с тобой согласен. Поэтому никогда не останавливался перед мелкими угрозами кузена. Если ты решишь, что не хочешь моей дружбы… – Эмонн пожал плечами. – Я расстроюсь, но переживу. – Он кивнул на подвеску у меня на шее. – Я же феникс в конце концов.

Я вновь пригляделась к Эмонну. Благодаря непринужденным улыбкам, вкрадчивости, беззастенчивым проявлениям симпатии, попасть под его чары было несложно. Голосок в глубине сознания кричал, требуя помнить, сколь опасным это делает Эмонна.

Но сегодня вечером вокруг меня будут сплошь опасные личности. Возможно, иметь одного из них в союзниках станет бо́льшим подспорьем, чем я думала.

Вздохнув, я протянула руку Эмонну:

– Мне нужно подумать об этом. Не то чтобы я тебе не верила, просто…

– Ты не обязана ничего мне объяснять. – Эмонн накрыл мою ладонь своей и ослепительно улыбнулся. – Ты королева, это твой праздник. Я же буду лишь наблюдателем.

Глава 25

Перт провел нас по дворцу задними коридорами и черными лестницами, дабы обогнуть зоны общего пользования, где толпились гости.

В какой-то момент мы оказались в служебных коридорах, создав большую пробку, потому что, завидев меня, слуги упали на колени, некоторые от шока уронили подносы с едой.

Я покраснела и неловким жестом велела им подняться:

– Спасибо, что столько работаете ради сегодняшнего вечера. Простите, что помешала вам.

Слуги слушали разинув рот, бормотали слова благодарности и торопились сбежать.

– Наверное, их впервые поблагодарил другой Корбуа, – фыркнул Эмонн.

– Бахвалиться тут нечем, – едко проговорила я. – Они служат вам верой и правдой. Можно проявить элементарную благодарность.

– Мы позволяем им оставаться в семье и жить во дворце. Это куда щедрее, чем «спасибо».

Я резко остановилась:

– Погоди… Все ваши слуги – Корбуа? За право остаться в семье вы заставляете своих родных прислуживать вам?

– Не позволять же смертным шляться по дворцу! – Эмонн рассмеялся, словно считал такой вариант абсурдным. – Дием, на свете сотни Корбуа. Все важными быть не могут. Если родство слишком дальнее или магия слишком слабая, им предоставляется выбор: служить семье или стать одними из Бездомных. – Эмонн пожал плечами. – Все Двадцать Домов так делают.

Я покачала головой, не веря собственным ушам. Вообще-то пара моих знакомых из Смертного Города работала на Потомков, но это было скорее исключением из правил, а должности – портниха, конюший – держали их в отдалении от нанимателей. Меня сильно возмущало порабощение смертных, а оказалось, у Потомков своя кастовая система.

Из плена мыслей меня вырвали крики, раздавшиеся где-то сзади.

– Слышишь? Кто-то кричит.

– Бал еще не начался, а кто-то уже перебрал вина, – пробормотал Эмонн. – Сотня золотых марок говорит, что это мой брат.

Я остановилась, прислушиваясь, уловила обрывки сказанного приглушенными голосами, а потом…

– Приведите мне Дием Беллатор!

Этот голос я знала.

Я развернулась и бросилась бежать, без раздумий бросив Эмонна. Пульс зашкаливал: я представляла, что меня ждет, и гадала, насколько все непоправимо.

Когда громкость криков стала максимальной, я распахнула дверь в дворцовые коридоры, оказавшись в глубине толпы стражей.

– Отойдите! – крикнула я, протискиваясь вперед. – Не трогайте его!

Стражи руками создали барьер, чтобы отогнать меня назад.

– Не приближайтесь, Ваше Величество! – крикнул один из них. – Он вооружен. Вам здесь не безопасно.

– Я сказала, отойдите! – прошипела я. – И не мешайте мне.

Стражи нехотя повиновались, открыв мне проход. За толпой на коленях стоял мужчина с разбитыми в кровь носом и губой.

– Генри! – выпалила я, опускаясь на пол рядом с ним. – Посмотри на меня… Ты как, ничего?

Карие глаза глядели на меня сквозь лохматые, мокрые от пота волосы. Они были знакомы мне как мои собственные, но полны такой смертельной ярости, что казались чужими.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, стараясь не повышать голос. – Разве ты не получил мою записку?

Генри вытер распухшие губы тыльной стороной ладони, размазывая по лицу блестящую красную полосу:

– Получил, но к сведению не принял.

Я обвела Генри взглядом. На нем были простые черные шаровары, мятая туника и плохо сидящий жилет из темной шерсти. Я знала, что все эти вещи не его, а, вероятно, взятые взаймы. Генри вымыл и до блеска начистил сапоги и тщательно побрился. Для Смертного Города этот наряд считался бы парадной формой, а Потомки так даже слуг не одели бы.

Пара движений, и стражи окружили нас магической стеной теней, чтобы гости не увидели. Судя по крикам в коридоре, их перенаправляли в другие комнаты, и вскоре ропот зрителей стих.

Впрочем, несколько стражей с любопытством за нами наблюдали, а в этом дворце не было никого, кому я доверила бы присутствовать при грядущем разговоре.

– Я побеседую с ним наедине, – громко объявила я. – Уходите все.

– Ваше Величество, мы не можем оставить вас с ним. Этот смертный вооружен, у него…

– Я отдала вам приказ! – Я очень постаралась изобразить командный рык Лютера. – Вы не повинуетесь своей королеве?

Стражи переглянулись с явным беспокойством.

Перт выступил вперед:

– Ваше Величество, пожалуйста, ради вашей безопасности, позвольте остаться хотя бы мне. Я