Кровавая служба доставки - Нина Матвеева

приступ отчаяния, пригвоздивший меня к кровати. Вместе с далёкими и тягостными воспоминаниями о прошлой жизни я получила ещё и выученное чувство беспомощности перед Тэо. Та, прежняя я, прекрасно знала, что воле своего хозяина противостоять невозможно. Ирэн блестяще разбиралась в его интонациях и с полувзгляда понимала, как нужно вести себя, чтобы Тэо остался доволен. И сейчас эти знания давили и вынуждали подчиниться. Ведь так будет лучше для меня. Спокойнее. Безопаснее. Привычнее...

Я мотнула головой, чтобы отогнать этот морок, и громко выговорила:

— Я никуда не поеду.

Только такое, совершенно ребяческое сопротивление, я могла себе сейчас позволить. Разумеется, на Тэо оно не произвело никакого впечатления.

— Вот как? Хочешь остаться здесь, со мной? — спросил он многозначительно. — Я тоже не прочь закрыться в спальне и никуда не выходить. Но пока это невозможно, нужно уладить юридические нюансы...

Метнув ему свирепый взгляд, я грязно выругалась. В идеале, мне бы ещё не следовало краснеть так отчаянно, но эти реакции я взять под контроль не могла. Потому что теперь в моей памяти появились ещё и довольно красочные воспоминания о Тэо, как о любовнике. Не слишком терпеливом, но очень хорошо владеющем как вампирскими приёмами, так и собственным... телом. Ирэн была единственной из донорш Тэо, чью постель он регулярно посещал. Он даже утверждал, что хотел бы отказаться от всех остальных, если бы не его потребности в крови.

И ведь когда-то я, то есть Ирэн, этим очень гордилась.

— Ругань тебе не к лицу, — мягко отозвался Тэо. — Если тебя что-то беспокоит, об этом можно сказать прямо. Я готов идти навстречу, Ирэн. Что мне сделать, чтобы ты успокоилась?

— Айрин! — снова поправила его я. Мне померещились угрожающие нотки в последней фразе, я немедленно слезла с кровати, чуть не запутавшись в подоле чёртового платья, и настороженно замерла. То, как Тэо любил успокаивать Ирэн, я теперь тоже помнила. И мне совершенно не хотелось снова быть укушенной.

— Хорошо, думаю, я смогу с этим свыкнуться, — сказал Тэо как ни в чём небывало, — Айрин.

Я вздрогнула от звука собственного имени, а он даже не шевельнулся в своём кресле. Чтобы казаться угрожающим, Тэо не нужно было приближаться ко мне или повышать голос, он умел внушать страх и желание повиноваться взглядом. Наклоном головы и едва различимым движением брови. Одним своим присутствием.

Что мне делать? Отбиваться, если он потащит меня в машину? Тогда меня стопроцентно ожидает новый «подчиняющий» укус. Оставаться в этом ненавистном месте я тоже не хотела, но интуиция подсказывала, что если я добровольно поеду с Тэо в столицу, то сильно облегчу ему задачу, а ещё окончательно приму на себя роль Ирэн. Это пугало до дрожи в коленях.

— Айрин, — Тэо с кошачьей грацией поднялся с кресла, заставив меня подскочить на месте. Пара шагов навстречу — и я уже не чувствовала ног. — Ты напрасно боишься меня, — сказал он, остановившись так близко, что мне потребовалось всё мужество, чтобы не пуститься в бегство.

— Я не боюсь...

Конечно, это была ложь. И словно в наказание, на моё многострадальное тело обрушился весь шквал вампирских умений Тэо. Шею сзади закололо, кожу волна за волной начали накрывать мурашки.

— Я прекрасно понимаю, что тебе сейчас нелегко. Ты фактически переродилась и забыла меня. И я осознаю, что у тебя нет ко мне прежних чувств. Это не страшно, — он приподнял уголок рта, а я непроизвольно вцепилась в подол своего платья, — мы всё наверстаем. Неспеша, — добавил Тэо, наверняка увидев, как испуганно расширились мои глаза. — Я обещаю, что с моей стороны не будет никакого принуждения.

— Но ведь ты укусил меня...

Не знаю, как мне удалось хоть что-то пролепетать в ответ. Тэо словно проникал в мой мозг и мешал составлять связные предложения. Может быть, он просто не осознавал, что одним своим присутствием уже лишал меня свободной воли?

— Такого больше не повторится. Я не буду кусать тебя, если ты этого не захочешь.

— А если... — я сглотнула и закончила совсем осипшим голосом: — если в итоге прежние чувства не вернутся?

«Ты отпустишь меня?» — хотела добавить я. Но не решилась, потому что ореховые глаза сверкнули слишком уж красноречиво. В своём успехе Тэо не сомневался.

— Если не ошибаюсь, в Твисдэйле, в самые первые наши встречи, ты смотрела на мои ухаживания очень благосклонно, — улыбнулся он. — Зря я тогда поторопился с Охотой. Если бы не эта ошибка, всё могло сложиться иначе.

Мне пришлось спрятать глаза — такой острой и нестерпимой была вспышка стыда, всколыхнувшая мои мысли. Да, ухаживания Тэо тогда действительно вскружили мне голову, но как иначе? Я была глупой и наивной и понятия не имела во что в итоге буду втянута! И я тоже очень, очень сожалела о своей ошибке. Не пойди я тогда на поводу у собственного любопытства, сейчас мне бы не пришлось трястись от страха и беспомощности перед своим прежним хозяином.

— Дважды я уже смог завоевать твои чувства, — понизив голос, проговорил Тэо. — Не вижу никаких препятствий к тому, чтобы не повторить всё это в третий раз.

Я взглянула на него затравлено. Нет, он совсем не изменился за эти двадцать лет. Всё та же непробиваемая самоуверенность и манера изображать заботу и понимание, но поступать при этом по-своему. В прошлой жизни я воспринимала это как данность, ведь другого выбора всё равно не было. Однако сейчас... я ещё могла побороться.

— Есть одно препятствие, Тэо, — выдохнула я, стараясь звучать как можно ровнее. Мне даже удалось вздёрнуть подбородок вверх. — Теперь я вспомнила, кто на самом деле убил Ирэн. Это был не Кристиан, — я на пару секунд умолкла и снова сделала глубокий вдох: — Это был ты.

— Я не собирался тебя убивать.

Его тон поразил меня до глубины души — небрежный и прохладный. Никаким раскаянием тут и не пахло!

— Но ты насадил Ирэн на сук и бросил истекать кровью! Ты проткнул её насквозь...

— Не нужно пересказывать мне детали, — перебил меня Тэо, предостерегающе сузив глаза. — Если ты действительно вспомнила всё, тогда должна знать, почему это произошло. Ты предала меня и пыталась сбежать с другим мужчиной, — он склонился ближе, и меня с головы до ног обдало волной обжигающей ярости. — Как мне следовало