Лишенные богов - Лиза Андерсон

Она почти ждала, что сейчас по заснеженному двору снова метнется призрачный силуэт, как в ту их первую ночь. Но теперь иллюзия рассеялась. Больше не было монстра – был только человек, обремененный непосильной ношей.

– Что ты здесь делаешь?

Голос Ксана разрезал тишину, как удар клинка. Помяни черта, и он явится – точно в срок.

– Как раз думала о тебе, – отозвалась Вик, не оборачиваясь.

Она не вздрогнула, хотя сердце предательски заколотилось о ребра, выбивая рваный ритм. Внутри нее закипало нечто чуждое и мощное. Дикость самого замка, его вековая, не обузданная ритуалами магия просачивалась сквозь подошвы сапог, наполняя ее трансцендентной яростью. Вик едва узнавала себя в этом состоянии: все нити, связывавшие ее с прежней, понятной жизнью, оборвались. Она чувствовала себя первобытным существом, выпущенным на волю.

Она медленно повернулась к нему. Ксан стоял в тени арки, и в его взгляде читалась та же изнуряющая борьба, что и в ее собственной душе.

– Что ты здесь делаешь в такой час? – В его голосе прорезались резкие, колючие нотки.

– Я увидела тебя в ту самую ночь, когда впервые пришла сюда. – Вик кивнула на витраж. – Вон там. Ты пробирался через двор.

– Ты меня вообще слушаешь?

– Ты напугал меня до смерти. Я была уверена, что ты оркан. – Вик сердито усмехнулась, чувствуя, как дикость внутри нее требует выхода. – До вчерашнего вечера я всерьез считала тебя монстром.

Ксан замер, его брови сошлись на переносице в опасной хмурой складке.

– Ты думала, что по замку разгуливает оркан… и никому об этом не доложила? – спросил он низким, вибрирующим от раздражения голосом.

Вик лишь равнодушно пожала плечами, даже не обернувшись. Ксан стоял в тени, скрестив руки на груди, и в этом жесте было столько подавленной ярости, что воздух вокруг него казался наэлектризованным.

– Видимо, я многого о тебе не знаю, – процедил он и снова потребовал ответа: что она здесь забыла.

– Вообще-то, я тебя искала, – бросила Вик через плечо. – У меня было смутное предчувствие, что ты объявишься именно здесь.

Она оттолкнулась от подоконника и зашагала по коридору, не дожидаясь его реакции. За спиной тут же раздались тяжелые размеренные шаги.

– Можешь внятно объяснить, почему после того, что с тобой сотворили прошлой ночью, ты снова бродишь по замку в темноте? И, черт возьми, совершенно одна?

– Я не одна, – отозвалась она, ступая на крутую лестницу и начиная спуск в темноту. – За мной по пятам следует моя маленькая тень.

– Куда ты идешь?

– О, ты обязательно это выяснишь, не так ли? – Вик бросила это через плечо, не замедляя шага. – Ты следишь за мной уже вечность. Мне вот что интересно: твоя цель – обезопасить меня или все-таки других от меня? Ты сам-то знаешь ответ?

Ксан, возвышавшийся за ее спиной, хранил тяжелое, давящее молчание. Собственный голос казался Вик чужим – отстраненным, выцветшим, словно он доносился из глубокого колодца. Ярость в ее голове кружилась, как подброшенная монета, готовая вот-вот упасть одной из сторон. Гнев заполнил все пространство, вытеснив привычный рассудок.

– Ты наверняка заметил, что я сплю в нижнем белье, – вкрадчиво произнесла она, и в холодном воздухе коридора эти слова прозвучали как пощечина. – Скажи, ты торчал в моей комнате по делу или ради собственного удовольствия?

Ближайшая свеча на стене внезапно захлебнулась и погасла, окутав их густым мраком, но Вик даже не вздрогнула. Она уверенно вошла в тренировочный зал восьмого уровня – то самое место, где обычно работали Стражи. Ксан вошел следом, и тяжелая дверь за ним захлопнулась сама собой, отрезая их от остального мира.

Высокие арочные окна заливали пустой класс мертвенным, призрачным светом луны. Вик резко остановилась в центре зала, расправила плечи и медленно повернулась к нему. В ее глазах застыл вызов, который больше невозможно было игнорировать.

На лице Ксана застыло странное выражение. Он был предельно насторожен, почти встревожен, кулаки сжаты до белизны, но ярости в нем не было. Пока нет.

– Поговори со мной, – произнес он, делая осторожный, почти вкрадчивый шаг в ее сторону. – Что происходит, Вик?

Она резко отпрянула, разрывая дистанцию.

– Ударь меня, – выплюнула она.

Ксан медленно покачал головой.

– Я не собираюсь тебя бить. Я хочу поговорить.

– Пожалуйста, – отозвалась Вик с приторной, ядовитой улыбкой, от которой сводило челюсти.

– Ты на взводе, – мягко сказал он. Он протянул к ней руки ладонями вверх – открытый жест, призывающий к миру, – но больше не сокращал расстояние.

– Правда? – с вызовом бросила Вик. – А я и не заметила.

– Правда, – повторил Ксан, и на его лице появилось это невыносимое, отвратительно понимающее выражение. Вик готова была его придушить за этот взгляд. – Мне кажется, ты всегда злишься, когда тебе по-настоящему страшно.

– Врежь. Мне.

– Вик, пожалуйста, успокойся. Ты в ярости, тебе больно, и ты…

– Не так сильно, как следовало бы, – бросила она, и в ее голосе зазвенел опасный вызов. – Я прокручивала это в голове весь день. До того монстра, до откровений Макса, до всего этого безумия – единственное, с чего я не могу переключиться, это ты. Тень, которая преследовала меня с самой первой секунды в Авалоне. То, как ты «сшивал» порезы на моих руках… И эти круги под глазами, такие глубокие, что похожи на синяки. Они до сих пор там, Ксан. Я вижу, сколько сил ты на меня угробил.

Она знала: он применил запретно мощную магию, чтобы вытащить ее. Ксан хранил молчание, но его взгляд был непривычно внимательным и пугающе открытым.

– Макс сказал, что такие раны почти невозможно исцелить чарами, – продолжала Вик, наступая. – Даже врач отделался обычными таблетками. Так зачем? Зачем ты это сделал?

Она впилась в него глазами, и теперь в ее взгляде ярость мешалась с чем-то пронзительно-добрым, от чего ему некуда было скрыться.

– Вижу, мы решили поиграть в молчанку? – усмехнулась Вик. – Предупреждаю: у меня с этим всегда было паршиво.

Она почувствовала, как мышцы рук наливаются тяжелой силой. На ней были свободная толстовка и спортивные штаны – одежда, не сковывающая движений, хоть лишняя ткань и была рискованной в ближнем бою.

– Раз ты не хочешь говорить… тогда я тебя ударю!

И она прыгнула. Резко, по-звериному, сокращая дистанцию в один мощный выпад.

Вик вложила всю свою ярость в прямой удар в челюсть, надеясь заставить его хоть как-то защищаться, но Ксан лишь лениво качнул головой, и кулак рассек воздух. Инерция бросила ее в сторону.

– Давай просто все обсудим, – бросил он.

В его голосе сквозило такое убийственное спокойствие, будто она была назойливым котенком, а не угрозой. Вик вспыхнула: он не боялся ее.