Тьма у трона - Элиот Лилит

– Да ничего. – Андрей раздраженно отставил бокал. – Скорее всего, ничего. Матушка пишет, что ей немного нездоровится, вот и…

– Подожди, когда? – снова перебил Алексей. – Мне она в последнем письме ничего такого не писала.

Андрей закатил глаза.

– Да потому что ты ее золотой мальчик и она не хочет тебя лишний раз беспокоить. Ты что, правда не…

Алексей едва слушал. В желудке похолодело.

– Это что-то серьезное? Как с отцом?

– Да ты меня слушаешь или нет? Я же сказал, она пишет «немного»!

Задышалось немного легче.

– Так. – Он сглотнул, и рука сама потянулась к бокалу. – А чего тогда ты переполошился?

– Да никто не переполошился! – терпение Андрея иссякало так же стремительно, как его собственное. – Просто она уже не в первый раз это пишет, и мы с Петей решили, что было бы неплохо кому-нибудь к ней съездить.

– А, – Алексей обмяк. – Ты хочешь, чтобы я выхлопотал одному из вас отпуск?

Андрей помолчал, покачивая пустой бокал. Алексей недоуменно ждал. Чего он? Хочет отпуска для обоих, но не уверен, что может о таком просить? Но в городе сейчас почти спокойно, это можно будет устроить…

Андрей вскинул взгляд.

– Ты не хочешь сам поехать?

А вот это застало Алексея врасплох.

– Меня не отпустят, – возразил он без раздумий. – Слишком много работы.

– Так и не отпустят? – Морщинка, залегшая меж бровей Андрея, чертовски напоминала его собственную. – Хоть попробовал бы.

– Но…

– Скорее всего, с матушкой все в порядке, – перебил Андрей, наполняя третий бокал. – Но знаешь, как она будет рада тебя увидеть? Ты сколько лет у нее не был? Не может же его величество вечно держать тебя на привязи. Ты свободный человек, а не крепостной.

Алексей открыл рот – и не нашелся с ответом. Перед императором все равны: и дворяне, и крепостные. Уж кем-кем, а свободным Алексей себя не чувствовал. Да и что проку в этой свободе? Носиться по лесам, как в детстве, пытаясь обогнать собственную тень? Свобода – это хаос. Уж лучше сидеть на привязи, как цепной пес, чем метаться по миру бешеной собакой.

– Все не так просто.

Алексей ждал, что Андрей обозлится, но тот лишь тяжело вздохнул и залпом осушил бокал. Снова потянулся за бутылкой. В бокале заплескалось вино, в серых глазах – разочарование.

– Ты совсем не меняешься. Каждый раз одно и то же.

Алексей пожал плечами. Каждый раз, когда он пытался меняться, ни к чему хорошему это не приводило. Но что-то заставило его буркнуть в свое оправдание:

– Я делаю это для нас всех.

Андрей только отмахнулся, как от пустой отговорки. Может, и правда – пустая?

– Но неужели тебе действительно это все нравится? Жить как на пороховой бочке? Все же знают, как оно сейчас при дворе.

Андрей лез именно в те дебри, которые Алексей обходил десятой дорогой. Совершенно не готовый к этому разговору, Алексей встал.

– Пойду принесу еще вина.

Но какая же тут публика… Сплошь оплывшие лица, красные носы, мутные взгляды. Некоторые и плащей снять не удосуживались, так и сидели в накинутых капюшонах, склонившись над своим пойлом. Одна парочка накренилась друг к другу через стол так, что их капюшоны и вовсе слились, будто две норовящие заглотить друг друга пасти. Бросая на стойку медный полтинник, Алексей прислушался к их разговору. С удивлением разобрал в шелесте шепота жеманные женские интонации.

– Вы так давно не бывали у меня в гостях…

– Ну уж простите, больно много внимания нынче уделяют вашим друзьям. Давайте к делу. Вы принесли…

Конец фразы утонул во взрыве хохота. Алексей поморщился, перехватывая у трактирщика бутылку. Как женщина должна себя не уважать, чтобы заявиться в такое злачное место? А голос ее спутника он будто где-то слышал, но служба сталкивала Алексея со столькими людьми, что держать все в голове не мог даже он.

Алексей протиснулся назад к своему столу, краем глаза заметив, что плащи таинственных собеседников всколыхнулись и женщина передала мужчине что-то тяжелое и позвякивающее – полы плащей не позволяли разглядеть, что именно. Очень может быть, тут что-то незаконное, но от одной мысли о том, чтобы пойти разбираться и поднимать переполох, голова заболела с удвоенной силой. Он здесь как гражданское лицо, указаний проводить обыск у него нет, так чего он добьется?

Андрей встретил его тяжелым взглядом и жадно потянулся к вину.

– Я надеюсь, ты хоть на службе больше не пьешь? – вышло громче, чем Алексей хотел. Может, алкоголь, в отличие от яда, на него все-таки действовал.

Кое-кто из соседей с любопытством на них покосился. Андрей выглядел так, будто сейчас разобьет бутылку о его голову.

– Знаешь, ты иногда настолько невыносим, что не будь ты моим братом, я бы к тебе на пушечный выстрел не подошел.

«Не будь ты моим братом, то отправился бы в Сибирь, когда я застукал тебя пьяным на дежурстве».

Шевеление сбоку – один из собеседников в плаще поднялся и спешно зашагал к двери. Балахонистая ткань скрадывала движения, но Алексею снова показалось, что в ком-то он эту тигриную грацию уже видел. Лицо оставленной в одиночестве женщины все так же прятали тень капюшона и выбившиеся из-под него колтуны. Выставлялся только смуглый подбородок, покрытый точками родинок и жирно поблескивающий в неверном свете. Но мелькнувшая на миг улыбка Алексея поразила: какие белые у нее зубы, ну точно белые могильные плиты.

Он снова покосился на удалявшуюся фигуру. Та была уже на пороге. Повинуясь непонятному инстинкту, он встал.

– Ты куда? – изумился Андрей. – Да брось, обиделся, что ли?

– Я попрошу себе отпуск, – бросил Алексей, лишь бы побыстрее развязаться, и зашагал к двери.

Ржавые фонари едва разгоняли густой синий вечер. Темная фигура была уже далеко, но Алексей уверенно направился следом, щурясь сквозь мглистые сумерки.

Пронесшийся мимо экипаж обдал его волной брызг из лужи, но Алексей едва обратил внимание. Он быстро пересек улицу и свернул в узкий проулок, сдавленный глухими стенами. Человека впереди он уже не видел, только слышал шлепающие по лужам шаги. Спонтанная погоня потихоньку начинала казаться жутко дурацкой затеей. Чего он, собственно, всполошился? Мало, что ли, в городе людей, с которыми он раз или два пересекался? Но поворачивать назад тоже глупо…

Впереди загудел шумный проспект: горожане спешили по домам в преддверии комендантского часа. Алексей выскочил на освещенный тротуар и завертел головой, выискивая в густой толпе свою цель. Краем глаза зацепился за чью-то высокую фигуру. Поспешил в ту сторону, лавируя между каретами с крикливыми кучерами и мчащимися во весь опор