ЭнергоМорф V. Холпек Том II. Мёрзлый Фронтир. - Максим Балашов

из трещин в полу, послышались громкие, заливистые, воинственные крики. И из темноты проходов начали выбегать сотни вооружённых кобольдов. Маленькие, юркие, одетые в лёгкие доспехи из кожи и металла, они сверкали наконечниками копий и лезвиями коротких мечей.

Это внезапное появление целой армии маленьких, но явно очень воинственно настроенных существ застало Краса врасплох. Сердце пропустило удар, руки сами потянулись к оружию. Он моментально напрягся, выпустил из котомки свои верные кинжалы, холодная сталь привычно легла в ладони, и усилил энергетический щит до предела, готовясь к неизбежному, как ему казалось, столкновению. В голове пронеслась паническая мысль: «Неужели мы попали в ловушку? Неужели Гироха предатель?».

— Малец, не переживай, — спокойно, даже лениво произнёс Марик, не делая ни малейшей попытки обнажить оружие. — Это часть плана. Часть большого, хитрого плана, который мы с Гирохой обдумывали уже давно. Нам с тобой пора попрощаться. Тут наши дорожки расходятся. Надолго, но не навсегда.

Слова Марика выбили Краса из привычной колеи, как тяжёлый боковой удар, от которого темнеет в глазах. Он почувствовал, как липкая, холодная паника затапливает рассудок, застилает глаза пеленой. Это было настолько неожиданно, словно подлый удар под дых от школьного хулигана с огромными кулаками и полным отсутствием совести, который пытается отобрать у тебя последние карманные деньги на проезд. Сергей до конца не понимал, что сейчас будет происходить, какие роли распределены между участниками сложного спектакля. Но одно он понял железно: им сейчас не придётся сражаться с кобольдами. Видимо, Марик и Гироха, эти два старых интригана, всё это устроили специально. Для отвода глаз, для создания видимости, для того, чтобы усыпить бдительность следопытов.

— Босс, — голос Краса дрогнул, и он сам поразился тому, как жалко, как по-детски он прозвучал. — Как так? Что я буду без тебя делать? Да ё-моё! Сначала Кожи разлетелся на осколки, теперь ты. Я этим полуросликам, — он кивнул в сторону замершей армии кобольдов, — не доверяю. Ни на грош. Останься со мной, я буду хорошо себя вести. Честное слово. Не буду больше спорить, не буду задавать глупых вопросов, не буду тыкать кинжалами куда не надо, — с мольбой в голосе сказал растерявшийся, внезапно ощутивший себя брошенным щенком Сергей.

— Ах-ха-ха! — Марик рассмеялся, но смех его был не злым, а скорее усталым, отеческим. — Хан, тебе никто не говорил, что ты очень сентиментальный? Прямо как девушка на выданье, которая провожает жениха на войну. Парень, наш совместный путь сегодня не заканчивается, поверь. Просто мы пойдём разными дорожками, разными тропами, разными тоннелями огромного мира. Но эти дорожки обязательно пересекутся. И поверь, очень скоро, очень неожиданно и очень вовремя мы с тобой встретимся снова. А пока… Гироха о тебе позаботится. Он хоть и старый, и ворчливый, и ходит с палкой, но зато умеет прятать людей лучше любого шпиона.

Взгляд Марика в этот момент проникал прямо в душу, пронзал насквозь, внушая странное, почти иррациональное спокойствие и твёрдую уверенность в том, что, несмотря на все предстоящие испытания, а их наверняка будет много, они выйдут победителями из любых, даже самых безнадёжных передряг. Марик и Кожи, его необыкновенные, странные, иногда невыносимые спутники, стали для Краса за эти несколько дней чем-то вроде семьи в этом безжалостном, замёрзшем, враждебном мире. И терять их сейчас, обоих сразу, было выше его сил.

В душе Сергея зародилась глухая, ноющая тревога, дополненная острой тоской по предстоящему расставанию, которого он так боялся с самого начала их путешествия. Эмоции перехлёстывали через край, ком подкатывал к горлу, заставляя сердце болезненно сжиматься в предчувствии неминуемой потери. Стоя на пороге неизвестности, Крас ощущал себя маленьким, испуганным мальчиком, впервые оказавшимся один на один с огромным, пугающим, непредсказуемым миром, в котором нет места жалости.

Марик, заметив состояние Краса, подошёл к нему вплотную и крепко, по-мужски обнял. Это объятие было неожиданно тёплым, сильным, уверенным. Оно словно пыталось поделиться с Сергеем частицей своей внутренней силы, спокойствия и многолетнего опыта. Этот жест стал для Краса символом их связи, крепкой и надёжной, как скала, которую не сломать ни ураганам, ни времени, ни расстоянию. Затем, сделав несколько медленных шагов назад, Марик поднял руки и начал творить странную, незнакомую магию. Вокруг Сергея начало сгущаться густое, липкое, почти живое фиолетовое облако. Оно не душило, не пугало, а наоборот, танцевало в воздухе, обвивало его со всех сторон мягким, тёплым, бархатистым коконом, словно огромное, пушистое одеяло. Когда кокон окончательно сформировался, приняв очертания человеческой фигуры, дым дрогнул, колыхнулся и двинулся обратно к бармену, послушно, как дрессированная змея.

Но вместо того, чтобы исчезнуть бесследно или впитаться обратно в тело Марика, как это было раньше, во время тренировок, дым принял новую, чёткую, устойчивую форму. Он стал точной, безупречной, детализированной копией Краса.

Этот двойник, созданный из пустоты и ловких рук мастера-менталиста, выглядел абсолютно живым. У него была та же одежда, те же кинжалы на поясе, те же шрамы на лице. Он демонстрировал высочайшее, почти божественное мастерство и силу той магии, которой владел бармен. Взгляд двойника был весьма ироничным, надменным, он ещё и нагло улыбался, скаля зубы, что только подчёркивало невероятность, абсурдность происходящего. Стоя лицом к лицу со своей точной копией, Сергей мог видеть в его глазах искажённое отражение собственной души, словно кривое, злое зеркало, показывающее ему то, что он не хотел бы в себе видеть.

— Это ещё что за дешёвые фокусы? — воскликнул Крас, отступая на шаг и хватаясь за рукоять кинжала. — Какого хера тут происходит, Марик?

— Хан, так нужно, — бармен махнул рукой, давая знак кобольдам. — Всё, прощай! Не поминай лихом! Гироха, уводи его, пока я не передумал.

После этих слов маленький, шустрый кобольд схватил Краса за руку своей цепкой, жилистой лапой и с неожиданной силой потащил его к ближайшей стене из чёрного, отполированного временем камня. Когда они подошли вплотную к холодной, шершавой каменной поверхности, Гироха извлёк из глубин своего бездонного кармана какой-то таинственный, мерцающий фиолетовым светом предмет. Похоже на сплюснутый шар или на смятый кристалл неправильной формы.

Без колебаний, одним резким, уверенным, кобольд швырнул предмет прямо в каменную стену. И в этот самый момент произошло нечто поистине невероятное, выходящее за рамки здравого смысла: пространство перед стеной заколебалось, пошло рябью, как поверхность пруда в дождливый день, а потом прямо в толще чёрного, твёрдого камня образовался… портал. Светящееся, пульсирующее, злое отверстие, ведущее в неизвестность. В никуда. В другое место.

Крас даже не успел