Поднебесный дворец - Филиппа Райс

Ивни, тебе больше не нужно быть одной.

Распахнутая пасть Мыя зияла впереди, как водоворот.

«Я не одна!»

Ивни вспомнила лица всех, ради кого хотела остаться. Бабусю с ее магазинчиком и странными посетителями. Любопытные глаза Венды, всегда саркастичного Барнаби, стеснительную Рен, Джаспера – его руки, его запах, его нелепую одежду. Кота Царапку, миссис Тыквин, мисс Шулер, Уну, Упу и Максобона-Джуно. Да, его тоже. Она все-таки считала его другом. Ивни вспомнила и прорицателя, каким бы скользким типом он ни был, и Фантаччи, который и вовсе оказался нечеловеком. Риву, хоть та и была настоящей врединой, и всех прочих людей, кого она хотя бы раз в жизни встречала и смутно запомнила. Она также представила тех, кого еще не встречала, ведь жить стоит прежде всего ради новых встреч. Ну и, конечно, Сэма Лимонного Чая. Его образ задержался в воображении Ивни дольше остальных, ведь она чувствовала, что они особенно будут нужны друг другу. Нет, она не была одинока.

«Я не одна. Я хочу жить ради себя и этих людей. Хочу иметь будущее. Мне интересен этот мир и возможности, которые он дает. Я хочу прожить свою жизнь до конца».

Драконья пасть приближалась, и Ивни крепко зажмурилась. Но ветер в ушах вдруг стих. Воздушный поток перестал тянуть ее. Ивни медленно спланировала на землю, опустившись обеими ногами на привычную твердую почву. Колени подогнулись. Не поднимаясь с колен, Ивни посмотрела на вершину самой высокой горы. Кругом на многие мили раскинулись холмы. Мыя стоял перед ней; на белом оперении отражалось оранжево-розовое небо. Четыре ноги с копытами, лебединые крылья, длинная шея альпаки, бараньи рога и козья морда. А глаза – человеческие. Ветерок ласково трепал мягкий белый пух, покрывавший шею и грудь дракона. Двигаясь навстречу Ивни, Мыя дружелюбно вилял белым чешуйчатым хвостом, похожим на змеиный.

Мы наконец увиделись в реальности.

Ивни не поняла, чья это была мысль – ее или Мыя. Дракон подошел и склонился перед ней. Длинная шея согнулась, так что морда оказалась прямо напротив лица Ивни. Девушка посмотрела в светло-карие глаза цвета карандашной стружки, такие же, как были у ее младшей сестры.

«Хэтти?»

Да, Ивни, она здесь. Мы все очень по тебе скучаем.

Ивни протянула дрожащую руку и погладила громадную козлиную голову. Мех оказался на удивление мягким.

«Ты можешь ненадолго остаться со мной?»

Мы не можем остаться. Мы понимаем и принимаем твое решение не возвращаться к нам. Знай, что мы всегда будем тебя любить и желаем тебе счастливой, успешной жизни.

«Но как же эра Дринта? Прорицатель сказал, что ты станешь нашим спасением. Без тебя нам никак. По крайней мере, он так утверждает».

Эры Дринта не будет. Он не поглотил Адриану вопреки ее воле. Мы договорились с Дринтом, обратились напрямую к его сознанию. Дринт никогда больше не впитает чужой разум без его согласия.

«А со мной что будет? Как я справлюсь без вас? Я ведь до сих пор толком не понимаю, что делаю. Поверить не могу, что потеряю вас снова. Что вы все просто… исчезнете».

Мы будем существовать вечно, высоко над землей. Мы навеки запомним тебя и будем постоянно о тебе думать.

Дракон заурчал и, ласкаясь, прижался к Ивни лбом. Девушка обняла его за голову. Она так долго надеялась на новую встречу с родными, и теперь их души были так близко, но от осознания новой разлуки щемило сердце. Ивни снова будет сама по себе. Они были рядом – и не только они. Сто сорок восемь душ внутри существа, которое живет на свете вот уже двенадцать тысяч лет и будет жить вечно, без Ивни, далеко от нее. Ей хотелось удержать дракона и своих близких, уговорить их остаться.

«Не бросайте меня снова. Вы мне нужны! – Ее охватила жестокая, горячая, неутолимая боль утраты. – Я понимаю, что так надо. Но это несправедливо. Несправедливо!»

Ивни, мы любим тебя и всегда будем издалека за тобой приглядывать.

Ивни всхлипывала и шмыгала носом. Плакала, уткнувшись в мягкий пух, от которого пахло родным домом.

Нам пора.

Мыя поднялся и аккуратно, но крепко подхватил Ивни зубами за плащ и рубашку. Дракон раскинул крылья и плавно спланировал с вершины. Он нес Ивни, как кошка-мать носит котят. Ей не было страшно. Чувства переполняли ее так, что сердце готово было разорваться, но и опустошали, заставляя ощущать себя потерянной. Ивни одновременно все понимала и не понимала, радовалась и глубоко скорбела. Дракон осторожно опустил ее на тропу и взмыл в небо навстречу заре.

Прощай, Ивни!

Глава тридцать шестая

Итак, мы оставили землю и вознеслись на небеса. Нам удалось найти нашу блудную дочь, но мы снова ее потеряли. Утраты и перемены – неотъемлемая часть нашей истории. Может ли быть так, что для нашего обширного коллективного сознания и опыта утрата одного ребенка – лишь маленькая ниточка в хитросплетенной канве бытия? Пожалуй, но это не означает, что наши чувства к ней от этого ослабеют. Одна спущенная петля – и все развяжется. Мы почувствовали огромное облегчение, когда отыскали Ивни, встретились с ней и поделились нашими чувствами, прежде чем вознестись. Все личности, сформировавшие наше коллективное сознание, будут вечно вспоминать ее и рассказывать о ней нашим сородичам, когда те также вознесутся на небо.

Что касается Дринта, то ему предстоит еще долгий путь. Пройдет много лет, прежде чем его рост, его развитие достигнет пика. Когда мы снова встретимся, то с искренним интересом выслушаем его рассказ.

Что ждет нас за пределами земной атмосферы? Новый рост, новое познание, новые цели для поглощения? Мы берем с собой все, что узнали за свою долгую жизнь. Нашу историю услышат предшественники, старейшие из нашего рода. Самые старые из них – боги. Мы знаем об этом на клеточном уровне. Смысл жизни дракона – впитывание разумов и душ земных существ. Боги с радостью примут и будут бережно хранить нашу историю.

Глава тридцать седьмая

Ивни лежала на койке в раскачивающейся на ухабистой дороге карете Адрианы. Ей было больно. Сама фельдмаршал – принцесса – сидела, облокотившись на невысокий деревянный столик, и зашивала свои раны, попутно бомбардируя Ивни вопросами. Девушка