Поднебесный дворец - Филиппа Райс

весело пировали. Возвращение Ивни было встречено с радостью. Ивни поблагодарила Барнаби за платье. Портной обрадовался, что оно оказалось впору, и рассказал о том, как делал выкройки, особенно заострив внимание на расширенных внутренних карманах юбки.

– Ивни, я припасла для тебя еды, – сказала Венда. – Вот, поешь. Что это ты там пьешь? У Гематигров стащила?

Все попробовали пунш и вынесли единогласный вердикт: гадость!

– Ивни, если ты не слишком устала, расскажи, что же случилось там, на горе? Нам всем ужас как интересно. – Рен умоляюще сложила ладони. Вид у нее был почему-то печальный.

Венда приобняла Ивни за плечи.

– Можно я так посижу? – спросила она. – Ты недавно из больницы, не хочу ненароком сделать тебе больно.

Все уселись теснее. Ивни заметила, что друзьям охота не столько послушать интересную историю, сколько убедиться, что с ней все хорошо.

– Я расскажу. История, правда, длинная. Тут с моего детства нужно начинать, – вздохнула Ивни.

От сидения со скрещенными ногами ее колено снова заныло.

– Ничего. В другой раз расскажешь. Лучше отдохни, если надо, – сказал Барнаби.

Остальные закивали. К горлу Ивни подкатил ком, она не смогла ответить.

– Я вам все расскажу, но через денек, – пообещала она, поднимаясь. – Мне самой этого хочется.

– Проводить тебя до комнаты? – предложила Рен.

– Не сто́ит, сама дойду. Барнаби прав, отдых мне не помешает. Видимо, усталость накопилась.

Ивни протиснулась сквозь оживленную толпу празднующих и заметила впереди прорицателя. Тот шел под руку с Джаспером, у которого был жалкий вид. Ивни пригнулась, чтобы спрятаться. Значит, он действительно слышал ее и понял намек.

«Но я не могу сейчас встретиться с ними. У меня нет на это сил», – подумала она.

Свернув в первый же укромный коридор, Ивни окольными путями добралась до кабинета мастера-заклинателя – и до своей кровати.

Глава тридцать восьмая

Ивни уселась на край кровати. У нее совершенно не осталось сил. Мысли плавали – точнее, утопали в голове.

Глаза сами собой задержались на зеленом гобелене, растянутом на стене напротив. Как и много раз прежде, Ивни присмотрелась к отдельным узорам. Прежде всего – к темно-зеленой фигуре, которую раньше принимала за растительный лабиринт. Она видела эту фигуру каждый вечер, но на этот раз в голове как будто что-то щелкнуло и заставило обратить внимание не на темно-зеленые линии, а на кремовые промежутки между ними. Неужели это карта определенного места в Резервуаре? Ивни растянулась на кровати, подложив под голову две подушки, чтобы видеть гобелен лежа.

«Я что, прямо сейчас отправлюсь это проверять?»

Ответ был очевиден – да.

Расслабиться до полусонного состояния оказалось легко. Сказывалась накопившаяся усталость. Труднее было не уснуть по-настоящему. Требовалось бодрствовать. Ивни проследила взглядом линии в промежутках. Представила, как идет по ним, словно по коридорам. Почти услышала собственные шаги. Вокруг выросли зеленые изгороди, заполнив все пространство, так что перед Ивни осталась лишь бледно-кремовая тропа среди зелени. Почувствовав зацепку за магическое измерение, Ивни резко повернула к ней и шагнула в Резервуар. Под ногами вновь оказалась черная трава, небо розовело над головой. Ивни огляделась. Она находилась на холме посреди черного поля. Пустота была повсюду, куда ни кинь взгляд, лишь в одном направлении маячило нечто, напоминающее дерево. Ивни направилась к этому дереву и вдруг обнаружила, что не идет, а парит в воздухе. Она могла летать! Она раскинула руки и рассмеялась. Оказывается, летать так просто! Ивни спланировала к корням дерева. Оно напоминало старый толстый дуб, но ствол и ветви были абсолютно черными. Листья – скопление разноцветных кристаллов, как внутри жеоды, но не сросшихся, а разрозненных. Они слабо покачивались на ветвях.

– Кто здесь? Назовись! – раздался чей-то голос.

Ивни подскочила от неожиданности и повернулась на звук. Кто-то сидел, согнувшись, с теневой стороны ствола. Незнакомец посмотрел на Ивни, подставив лицо свету. Это был невысокий старичок в короне из кристальных листьев и золотом наряде, но наряд обтрепался, золотые нити торчали во все стороны, словно колючки репейника. Человек попытался встать, но его колени подогнулись. Ивни опустилась на землю рядом с ним.

– Не вставай, – сказала она. – Сэм Лимонный Чай, ты меня помнишь?

Он присмотрелся к ней с прищуром.

– Ивни Тридл. Откуда ты здесь взялась? – спросил он.

– Пришла по карте из твоей спальни, – ответила Ивни.

Сэм медленно кивнул.

– Ты знаешь, что сейчас лежишь в больнице? В волшебном забытьи? – спросила Ивни.

– Конечно, знаю. Ты меня навещала. Говорила со мной. Даже умудрилась вмешаться в нашу схватку с вдохновителем принцессы. Это было весьма опрометчиво с твоей стороны, – пожурил ее Сэм.

– Почему ты не приходишь в себя? Почему не возвращаешься к нам?

– Не могу, – ответил Сэм Лимонный Чай и поправил кристальную корону на голове. – Я занят. Слушаю. Жду драконов. Эти кристаллы позволяют слышать их. Если ты еще не знаешь, Резервуар был создан драконами. Он пронизан их мыслями. Если вдруг я перехвачу что-нибудь подозрительное, то смогу предотвратить новые бедствия.

– Сэм, дракон уже прилетал, но мы его прогнали. Все кончено.

– Ты вряд ли понимаешь, на что способны драконы, – покачал он головой.

– Дракон проглотил мою деревню. Прорицатель мне показал.

Ивни присмотрелась к кристальным листьям. В них мерцали отсветы розового неба, создавая чарующие узоры.

Сэм обхватил свое лицо ладонями и приглушенно произнес:

– Ивни, я знаю. Я об этом прекрасно знаю. Это моя вина. Мне нет прощения. То, что твоя деревня пропала, настоящая катастрофа. Я никому об этом не рассказывал.

Ивни села поближе, и он продолжил, взяв ее за руку:

– Твой дед Хиллари был моим давним другом. Это я научил его магии. Показал, как попасть в Резервуар. Хиллари всегда противился соединению магии с ремеслом и согласился на это только от отчаяния. В вашей деревне не все шло гладко. Старейшины не вытянули конкуренции с промышленностью, которая стремительно развивалась в Болотоне. Можно было что-то изменить, но никто из них не хотел идти на компромисс. Думаю, поэтому они и решили сдаться дракону. Они боялись перемен. Дракон предложил сохранить деревню в первозданном виде, увековечить ее историю и знания ее жителей. Хиллари рассказал мне о Мыя, но я сперва не воспринял это всерьез. Я предложил изготовить что-нибудь, чтобы защитить вас от опасности, но сделал только хуже. Чем больше Хиллари узнавал о драконах, тем сильнее ими восхищался. Что ж, теперь он сам в некотором роде дракон. Навсегда. Это моя вина. Тут ничего не попишешь, придется мне до скончания дней с этим жить.

Ивни обняла Сэма за плечи и услышала, как