Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

Они пустили лошадей легким галопом. Небо над ними было кобальтово-синим. Они провели в пути уже больше недели и проехали почти пять сотен миль на юг. Правда, они на полдня останавливались в Красной вершине, чтобы забрать сэра Томоса и дать лошадям отдохнуть.

Когда-то там правила семья Лукар, но теперь этот величественный, хорошо укрепленный город перешел к отцу Томоса, лорду Пентару. В округе располагалось множество шахт и фабрик, а сам город был знаменит красным камнем: из него строили здания, им мостили дорогу. От такого обилия алых оттенков у приезжих частенько пробегали мурашки. Поговаривали, что это из-за того, что в землю здесь пролилось много крови.

«Кровавый город, – подумал Литиан. – Так называют это место там, куда мы направляемся. Город, вымощенный костями агаратцев и залитый их кровью. Неудивительно, что Огнерожденные решили нанести нам визит. Возможно, это были не просто разведчики…»

В самом городе они узнали больше подробностей о появлении драконов. Даже на улицах чувствовалось напряжение, невысказанный страх, что война с Агаратом начнется со дня на день.

– Вы здесь надолго, сэр Литиан? – крикнул один из местных жителей, когда они ехали по городу к красному замку Пентара. – Вы приехали, чтобы защитить южное побережье?

Литиан махнул рукой, пытаясь успокоить собеседника.

– Юг не нуждается в нашей защите. Не тревожьтесь, лорд Пентар все держит под контролем. Не бойтесь Огнерожденных, это просто разведчики, ничего больше.

– Ваша правда, сэр, но эти разведчики заставили нас понервничать. Мы боимся, что это предвестие чего-то пострашнее.

– Да ничего не случится. – Литиан заметил, что к мужчине присоединились еще несколько местных, и придержал коня. – Мы с сэром Боррусом направляемся в Эльдурат к королю Дулиану и возьмем с собой вашего сэра Томоса. Мы все уладим и вернемся с хорошими новостями. Так что продолжайте заниматься своими делами и не бойтесь смотреть в небо. Драконов здесь вы не увидите еще много лет.

Тем же вечером Литиан встретился с лордом Пентаром в его просторном зале, где собрались представители многих влиятельных домов Красной вершины. Лорду, неплохому в прошлом воину, перевалило за шестьдесят, и выглядел он уже неважно: мучили старческие болезни.

– Один из этих драконов был совершенно ужасен, – прохрипел лорд, сидя в кресле из красного камня в верхней части зала. – Огромный, черный, куда страшнее тех, что раньше видели на побережье. Говорят, Камень притягивает более крупных чудовищ, а Крылья кишат драконами. Что-то происходит на тех островах, и это беспокоит змеев.

Литиан пристально посмотрел на Пентара. Старик выглядел изможденным, его некогда гордое лицо осунулось и обвисло, а редкие волосы торчали в разные стороны, однако взгляд лорда оставался острым и настороженным. К тому же все знали, что старого лорда не так просто напугать.

– Я слышал об этом. – Литиан положил руку на плечо старика. – Мы разберемся с этим, лорд Пентар. Посмотрим, что удастся выяснить.

Пентар задумчиво кивнул и ответил не сразу.

– Мне не нравится это задание, Литиан. Боюсь, вы можете не вернуться.

Литиан нахмурился.

– И вы все равно позволите Томосу поехать?

– Таков приказ моего господина, – устало ответил Пентар. – Амрон останется Первым клинком, пока не будет исполнена Песнь, и я буду делать то, что он велит, что бы об этом ни думал. Кроме того, у меня есть и другие сыновья. Томос лучше всех владеет клинком, но он все-таки не наследник.

Насколько помнилось Литиану, Томос был пятым сыном лорда Пентара, рожденным от его третьей супруги, и у него было много сестер. Всего Пентар прижил двенадцать детей, и некоторые обладали сильным даром Сталерожденных. Томос ярко выделялся среди них, и его стали называть Красным рыцарем Вершины. После этого он завел привычку надевать под плащ Варина красную кожаную куртку, что по какой-то причине заметно действовало Боррусу на нервы.

– Рыцарь должен заслужить свое прозвище, – ворчал он тем же вечером, когда уже изрядно напился. – Красный рыцарь Вершины. Звучит так, будто он чего-то добился, а на деле-то – выиграл несколько турниров, и то в отсутствие Алерона.

– Да ладно тебе, Боррус, – пытался успокоить его Литиан. – Нельзя винить молодых рыцарей за то, что они не сражались на войне. Ты же не подумаешь ставить это в вину Элиону или Алерону? – Он строго посмотрел на товарища. – То-то же. Кстати, у них обоих тоже есть прозвища.

Элиона называли Вторым сыном, и это прозвище он не любил. У него было и другое, которое ему нравилось больше, – Разящий рыцарь. Литиан часто думал, что это прозвище Элион придумал себе сам: он говорил, что оно ему очень подходит, ведь он предпочитал атакующий боевой стиль и в целом был очень привлекательным юношей. Литиан часто слышал, как тот с довольной ухмылкой представлялся: «Элион Дэйкар, Разящий рыцарь». Добрый, дружелюбный и общительный Элион… В последнее время он изменился, стал другим. Стал бы он так представляться теперь? Литиан в этом сомневался.

У Алерона тоже были прозвища. Некоторые из них ему нравились, некоторые – нет. За то, что он часто побеждал на турнирах и искусно владел мечом, его прозвали Алероном Непоколебимым. А вот прозвище Эхо Амрона не пришлось ему по душе.

У всех рыцарей Варина были прозвища, и не всегда лестные. Борруса часто называли Рыцарем-бочкой или Бочонком – из-за его широкой груди. Некоторые даже стали именовать его Надутым рыцарем, но Боррус не обижался. Литиана все знали как Рыцаря Долины – это напоминало о его малой родине, Туманной долине на севере Вандара. Сэра Киллиана прозвали Золотой Гривой за его роскошные волосы, а у Амрона было столько прозвищ, что всех и не упомнить.

Боррус все еще сомневался, стоит ли брать с собой сэра Томоса. Идея отправиться в путешествие вдвоем с Литианом, очевидно, нравилась ему куда больше. Рыцарь-бочка был знаменит своим веселым нравом, но когда речь заходила о молодых, неизменно начинал важничать. Он не стал бы так говорить об Алероне или Элионе, но над всеми остальными был готов позубоскалить за милую душу.

Когда Томос подъехал к ним ближе, Боррус усмехнулся. Под развевающимся синим плащом ярко горела на солнце дорогая красная куртка.

– Ну настоящий герой, – пробормотал Боррус, потирая щеки. – Литиан, я когда-нибудь выглядел на коне так же ослепительно, как он сейчас?

– Не похож ты на лихого рыцаря, Боррус, – ответил Литиан с ухмылкой.

Боррус вздохнул и посмотрел на свой живот.

– Я немного растолстел, да? – спросил он, точно увидел свои габариты в