Метемпсихоз - Борис Вячеславович Конофальский

«Вал» бывший оперуполномоченный, зайдя в примерочную, от чужих глаз подальше, уложил в чехол. Для этого ствола он чехол и приобретал, а уж никак для «Ляо Вин. Тип-62». «Вал» лёг туда хорошо, а в свободное пространство влезло ещё и три снаряжённых магазина.

«Совсем другое дело!».

Горохов вышел на улицу, там, найдя безлюдный проулок между домами, переложил всё нужное в рюкзак, а всё старьё в мешок. Винтовку он положил к стене дома, сапогом нагрёб на неё пыли. Тут же оставил и патроны к ней. Не нужны, только лишний вес. Мешок со старой одеждой донёс до мусорного бака, что одиноко стоял на заднем дворе одного ресторанчика.

В общем, пройдя весь проулок до конца, бывший оперуполномоченный вышел на оживлённую улицу. И на этой улице он был уже не степняком из самой глухомани, а преуспевающим горожанином, что находит пропитание в степи. Вообще-то Андрей Николаевич готов был позавтракать, яичницу старухи утром он так и попробовал, ему было не до неё. Но сначала ему нужно было позаботиться о своей мобильности.

Транспорт. Если не считать официальных продавцов, предлагавших новые и чуть подержанные машины, в Агломерации существовало три рынка машин. На одном торговали разнообразным транспортом, от лёгких мотоциклов до небольших грузовичков, предназначенным скорее для города, чем для степи. Ещё на одном – серьёзным транспортом, мощными грузовиками и специальными машинами. Ему же был нужен рынок «Порт». Туда свозили всё остальное. Туда он и отправился. Добрался на попутке, на частнике, «поймав» его у дороги. А иначе пришлось бы идти почти час. Когда Горохов оказался на рынке, он ещё не решил, что будет покупать, мотоцикл или квадроцикл. Мотоцикл меньше «жрёт», он намного проворнее и в городе, и на песках. Но квадроцикл удобнее, комфортнее. Можно пристроить к нему крышу от солнца, а можно и крышу со стеклами и уплотнителями, поставить внутрь малюсенький кондиционер – вот тебе и комфорт. Ни респиратор, ни очки не нужны, опять же «спинка» есть, можно настроить руль и ехать, откинувшись на неё. Можно в нём спать, не боясь ни клещей, ни пауков. Даже пусть это всё будет в три раза дороже, чем мотоцикл. Сейчас деньги его волновали мало. У него их была целая куча. Другое дело, что слишком дорогой транспорт ему был не нужен – во-первых, бросить будет жалко в случае чего, а во-вторых, не хотелось ему привлекать к себе излишнего внимания. В общем, Андрей Николаевич пошёл по рядам, ища себе квадроцикл среднего класса с кабиной, возможно даже и «самодел», но качественный. Но взгляд его неожиданно привлёк «Термит». Малюсенький двухосный грузовичок, рассчитанный на семьсот килограммов груза. В них хорошие двухлитровые двигатели на четыре цилиндра. Без излишеств, но с неплохим ресурсом и весьма неплохим расходом. Эту же машинку нельзя было назвать грузовиком, это был фургончик с задней дверью, причём из кабины, откинув пассажирское кресло, можно было запросто пролезть в закрытый кузов, то есть у кабины и фургона было общее пространство. Горохов остановился, стал его разглядывать

- Интересует? – обратился к нему человек, что был рядом с «Термитом».

- Вы продавец? – уточнил бывший оперуполномоченный.

- Я владелец, - ответил тот. – Смотрите, - он открывает капот. – Машина отличная, для себя делал… Сам. Всё на ходу, всё работает, можете проверить.

- Значит, дёшево не отдадите? – догадывается Андрей Николаевич.

- Даром точно не отдам.

Первым делом Горохов отрывает водительскую дверь, заглядывает на панельную доску. Пробег сорок тысяч километров…

«Скорее всего, скрутил двадцаточку, а может, тридцаточку».

В принципе, это не страшно, такие машинки славились своей неприхотливостью и надёжностью, для неё семьдесят тысяч – далеко не предел. Он начинает прощупывать уплотнители в дверях. Ну, нормальная резина, не иссушенная, видно, хозяин обрабатывал её постоянно. Потом заглядывает в фургон. Там тоже уплотнители неплохие, коробочка вместе с кабиной, судя по всему, почти герметичны. Горохов закрывает задние двери. Они закрываются плотно, крепко.

- Нормально? – интересуется продавец.

- Пока да, - отвечает ему покупатель. Теперь он идёт к поднятому капоту. А там откручивает крышку карбюратора. И, оглядев всё, начинает перечислять:

- Аккумулятор – дрянь. Фильтры – дрянь. Баллона сжатого воздуха, для экстренного пуска двигателя, – нет…

- Да на кой он нужен? Это же лишний вес, - вставляет хозяин.

- Покрышки – латаные-перелатаные, протектор наварен недавно, но всё это зачернили, и получилось как новое, - продолжает Горохов. – Генератор и зажигание, судя по всему, тоже несвежие… Всё под замену. Пока я ходовую не поглядел, может быть, назовёте цену.

- Четыреста пятьдесят, – хозяин был не очень доволен, кажется, но надежды продать своего «Термита» ещё не потерял.

- Это много, - говорит ему тогда Андрей Николаевич и продолжает осмотр.

Потом они договариваются немного прокатиться, и Горохов возит продавца на его же грузовичке почти полчаса. И потом выносит вердикт:

- Четыреста.

В итоге они сходятся на четыреста двадцати. И бывший оперуполномоченный отсчитывает продавцу деньги, стараясь отдать все «пятёрки».

После они желают друг другу удачи и расходятся.

«Ну вот и второй пункт».

Хотя он понимает, что в машину, прежде чем он будет ею удовлетворён, придётся ещё неплохо вложиться. Но в данный момент ему нужно было решить третий вопрос его списка, вопрос с веществом и другим имуществом.

Глава 39

Он залил теперь уже своему «Термиту» бак до полного. Ему нужно было уже позавтракать, поэтому он заехал в одну забегаловку для рабочих, где кормили весьма неплохо. Купил себе на вынос большой бутерброд из кукурузной булки и приличной порции паштета с луком, там же приобрёл пластиковую баклажку с чаем. И после этого отправился к восточному выезду из Агломерации, посмотреть-послушать машину в степи. Как выехал в пески, сразу нашёл ещё пару мелочей, требующих исправления. Отъехать от города пришлось аж на двадцать километров, так как ближе к жилищам и большим дорогам было много людей. Все ездили куда-то по разным своим делам. И только тут он не нашёл ни одного следа от протекторов на песке. Здесь не было хороших барханов, а значит, и саранчи, и до первых камней предгорий ещё было далеко, охотникам тоже нечего делать. Тихое место. Колючка