Последний охотник на демонов - Салини Голденберг

от утопления, как испытание Кун Нам, и твои животные инстинкты сработают. Смотри вперед. Внутрь. Но вперед. – Она отмотала от катушки кусок белой сайсиновой нити и трижды обмотала ее вокруг его запястья. – По этому браслету ты сможешь отслеживать время. Мы ее подожжем здесь, и она будет тебя вести там. Уйди до того, как она сгорит.

Затем она вывела рисунок поменьше у него на лбу.

– Вознесись. Вознесись. Вознесись.

Мастер Сеуа в этом аспекте магии духов был не слишком силен, он больше специализировался на боевых искусствах, но все они знали свое дело. Вскоре он присоединился к старейшине Нокаю у очага и нырнул в Вечносущее.

Мастер Рей положила перед Эксом иглу, уже покрытую ингредиентами, что должны были погрузить его в транс. Рядом стояла плошка, наполненная чем-то новым. Вместе с наставницей повторяя беззвучные слова, Экс помянул Первого Охотника, наслаждаясь этим мгновением – смесью страха, неуверенности, горя и проблеска надежды. Все это уйдет из его разума во время Транса. Медленно выдохнув, он ввел иглу в вену и погрузился.

Он не был в этом состоянии в черте города со времен обучения. Скрип, хаос движения, миллионы и миллионы точек душ буквально выбили из него дыхание, и он изо всех сил старался не заткнуть уши и не закричать. Духовная энергия шептала вокруг, источаемая растениями, другими охотниками и их добычей. За пределами комплекса гильдии энергии было куда меньше. Порой встречались духи, но большинство были смешанной крови. Были малые безвредные фи, бродившие вокруг, светлые и темные духи, что жили у святилищ, но и тех, и других становилось с каждым годом все меньше. Демонов поблизости не было, в основном из-за присутствия охотников.

Произносимые старейшиной Нокаем и мастером Сеуа заклинания заполнили воздух бледно-фиолетовым сиянием, прорезаемым серебряными полосами. Пускай смертных, вроде тех же писцов, видно не было, наставники ярко сияли, словно маяки беззвездной ночью. Мастер Рей так и вовсе светилась особенно ярко, практически ослепительно.

Повторяй за мной. Ее слова были безграничны в Трансе. Беззвучно они повторили новую мантру, которую он заучил за час до того. Под ее управлением делать это было куда проще. Там, где он оступался, она вела его обратно к свету.

Трудно было понять, сколько времени прошло. Наставники продолжали ритуал, а ритуальная комната не менялась. В какой-то момент песнопения начали вибрировать, не оставляя пустоты, превращаясь в постоянный гудящий тон, который он никогда ранее не слышал.

Время пришло. Он поднес плошку к губам и сделал большой глоток. Жидкость обладала весом и текстурой стали. Стекая в горло, она тянула за собой его сущность. Он почувствовал то самое утопление, о котором ему говорили, и на какую-то секунду тело его вздрогнуло, как будто каждая капелька крови внутри его хотела вырваться из-под его кожи. Он держался и ощутил далекое онемение где-то в животе. Оно распространилось наверх, сквозь него, засияло вокруг его головы и груди, и он соединил руки в молитве, в вечном звучании.

Затем звук стиснул его сердце, и он упал замертво.

Глава тридцать первая. Гость

Транс завершился. Песнопения утихли. Вечносущее исчезло. И его души не стало.

Тут не было ощущения себя. Но его сознание все еще оставалось.

Сначала он увидел точку света в вечной бездне. Она задрожала, затем растянулась в линию. У Экса возникло осознание, что он мог остаться здесь, посередине предложения еще недописанной книги, хотя чернил и страниц было еще достаточно.

Сосущее ощущение утянуло его к свету, и затем линия ушла вверх. Она оставила после себя штрих яркого света, словно кто-то мазнул кисточкой по пустоте. Затем сквозь пустоту прорезался отчетливый звук – пшшшш! Словно кто-то разорвал древний свиток. Свет расходился полосами, а затем взору открылись цвета и формы.

Внезапно легкие его наполнились теплым воздухом. Испугавшись, Экс пошевелил обеими руками и заметил, что они были там, где должны, и прикреплены к его телу. Полуголый и босой, он был одет так же, как и для проведения ритуала, в тряпичные штаны. И хотя старейшина Нокай полагал, что ему подобное не понадобится, но мастер Сеуа настоял, чтобы при нем был ритуальный нож и короткие мечи, которые обнаружились у него за спиной. Он находился в том же положении, что и в последние моменты ритуала, лежа на боку, мертвее мертвого.

И вот, он лежит себе, дышит, а вокруг него – мир, который ничем не отличается от того, что он покинул.

Сработало?

Он пока еще не мог распознавать форму предметов рядом. Они были чуждыми, формируя вещи, которые он не понимал. Он услышал удар колокола, потом еще один, и какофонию музыки, звучавшей в воздухе. На месте мастера Рей стояло некое существо. По мере того как дыхание Экса выравнивалось и он успокаивался, он стал узнавать окружающее.

Раньше здесь были спиральные решетки, сплетенные из потоков звуков, стремительные паутины ощущений. Теперь же странные видения превратились в самое настоящее покрывало из ржаво-красного и холодно-голубого хлопка, вышитого золотыми нитями, напоминавшими ему деваскрит. Рядом лежала открытая плетеная корзина, содержимое которой было высыпано на покрывало. Экс поверить не мог глазам своим. Это были плошки с едой, которые они расставили в ритуальном зале, но теперь они были куда больше. Рисовая лапша с жареной говядиной с базиликом, приправленная томатами, перцем чили и луком – великолепная еда для опохмела. Лежали две пустые бутылки рисового вина. Вокруг покрывала росла трава, а дальше были усыпанные цветами кусты, над которыми возвышались деревья в цвету.

– Что, во имя пяти миров?.. – как гром средь бела дня прозвучавший голос заставил его повернуть голову, и взглядом он наткнулся на сидевшую перед ним фигуру. Поначалу он принял его за участника пикника.

Пикника. На поляне. С… с…

С ванарой.

Он был выше как минимум на полторы головы, с обезьяньей головой, вокруг светло-синего лица росла темно-синяя шерсть. Руки покрыты паутиной шрамов. Одет он был в куда более мощную броню, чем носили людские охотники, но ее части Экс знал по резным изображениям в руинах, под броню поддеты туника без рукавов и запашные штаны ржаво-красного цвета, как покрывало. Раскрыв обезьяний рот, он сжимал в одной руке яичный рулетик, а в другой – скомканный кусок бумаги. Рядом лежал колчан со стрелами и лук ростом с Экса.

Экс медленно сел, потирая лицо, и на пальцах у него осталась красная краска. Затем он поднял взгляд на ванару и сделал то, что обычно люди делали при встрече.

– Здрасьте, – сказал он.

Ванара чуть отпрянул, не зная, укусит ли его это насекомое или нет.

– Здрасьте? – Голос его звучал совершенно по-человечески.

– Простите. – Экс сложил руки в вае и склонил голову. – Никогда раньше не встречал ванару.

Ванара чуть повел бровью, но на жест