Дельта-V - Дэниэл Суарез

Тай активировал управление виртуальной реальностью и зашагал роботом на магнитных ступнях к пластиковому объекту длиной в несколько метров, лежащему в центре реакционной камеры. От объекта к разъёму в потолке тянулся провод. Объект представлял собой две половинки длинной открытой литейной формы, внутренняя поверхность которой имела сложный спиралевидный узор. «Литейная форма».

«Верно. Высокоточная полимерная форма архимедова винта — напечатанная по 3D-модели. Обрати внимание на провод. Он питает нагревательный элемент кондукционного типа внутри формы. Помнишь наши добытые металлы — никель, железо и кобальт, — которые мы хранили в виде жидких карбонилов?»

«Конечно».

«То, что я делаю, называется химическое осаждение из газовой фазы — или CVD. Это позволяет нам создавать высококачественные металлические детали для нашего горнодобывающего оборудования».

«Мне нужно отойти?»

«Нет, стой где стоишь. Видишь, что форма пустая?»

«Вижу».

«Закрой её для меня».

Он подошёл к форме и закрыл её руками робота. «Готово». Он выпрямился.

«Для этой реакции с карбонилом железа нам нужно 200 атмосфер монооксида углерода».

Тай наблюдал, как на конце трубы в невесомости формировалась растущая капля оранжевой жидкости. Он предположил, что это жидкий карбонил железа.

«Внутренняя поверхность формы нагревается точно до 175 градусов Цельсия. Потом я жду».

«Чего?»

«В этой атмосфере пар карбонила из жидкости начнёт осаждаться на внутренней поверхности формы в виде твёрдого металла».

«Металл нарастает прямо из воздуха?»

«Именно».

«И только внутри формы?»

«Именно».

«Как?»

Химия. Открытые поверхности при температуре 175 градусов будут притягивать осаждение металла. Остальная часть камеры холоднее. Если нам нужны отверстия в форме, мы просто не нагреваем определённые участки. Образующийся металл настолько чист, что не ржавеет, и гораздо прочнее, чем если бы мы ковали его в печи».

Тай наклонил своего робота вперёд, чтобы осмотреть открытый конец формы, и заметил, что равномерная металлическая плёнка действительно начала покрывать внутреннюю поверхность. «Это сталь?»

«Кобальтовая сталь — сплав. То же самое, из чего делают высокоскоростные режущие инструменты на Земле. Исключительно прочная и жаростойкая».

«Печь не нужна?»

«Нет. Я могу остановить процесс раньше, чтобы получить полый шнек, или продолжить, пока вся форма не заполнится целиком — получится цельная деталь. Думаю, мы сделаем толщину всего в несколько сантиметров, чтобы было легче. Посмотрим, подойдёт ли это для «Медоносных пчёл»».

Тай изучал накапливающийся металл своими роботизированными глазами. «Я понятия не имел, что такая технология существует».

Она рассмеялась. «Она существует с тех пор, как Людвиг Монд изобрёл её в 1890 году».

«Честно говоря, никогда о ней не слышал».

«На Земле менее токсично просто использовать доменную печь. Но здесь, в космосе, химическое осаждение из газовой фазы будет иметь решающее значение для точного производства».

Металл уже становился толще. «Это как алхимия».

«Нет, это лучше, чем алхимия — это наука».

Глава 32

Лотерея

8 ИЮЛЯ 2034 ГОДА

Несмотря на обиду на Джойс, добыча на Рюгу продолжала расти. Робототехнические системы неуклонно совершенствовались — Морра, Чиндаркар и Адиса постоянно вносили улучшения в аппаратное и программное обеспечение, а Цукада изготавливала прочные стальные детали для их конструкций.

Тай и Цзинь программировали и разгружали «Медоносов», загружая реголит в обогатительную установку и извлекая из её отсеков полные мягкие резервуары с водяным льдом, жидким азотом, аммиаком, метаном, CO2 и карбонилами металлов. Растущая складская площадка из сферических полимерных резервуаров диаметром семь и два метра начинала обретать форму — они соединялись решётчатым каркасом из полимерных балок, напечатанных 3D-принтерами Archinaut ULISSES.

Горнодобывающая операция «Константина» начинала входить в ритм по мере того, как экипаж набирался опыта. К их великому раздражению, Джойс оказалась права: рабочая нагрузка стала снижаться, даже несмотря на рост производства.

Теперь хорошо отдохнувший, Тай заметил кое-что необычное во время одной из смен. Робот ARS извлёк с поверхности Рюгу восьмиметровый валун, подняв за собой небольшое облако реголитовой пыли. Рабочие прожекторы дистанционно управляемого мула Тая осветили облако, но что-то блеснуло в оставшейся от валуна яме.

Когда облако осело, Тай включил двигатели ориентации и подвёл мула ближе.

На дне ямы он увидел чёрный валун размером около трёх метров. Камень не был похож ни на что из того, что он видел на Рюгу раньше. Он был совсем не пепельного цвета. Он искрился в лучах рабочих прожекторов.

Тай активировал лидар мула и выполнил трёхмерное сканирование новой поверхности. Несколькими касаниями по AR-изображению он добавил чёрный валун на топографическую карту корабля. Программа горнодобычи присвоила ему номер «Валун 134», и ещё одним касанием Тай поставил его в очередь на извлечение. Через несколько недель один из роботов ARS должен был его вытащить.

Он изучал его поверхность ещё несколько минут, прежде чем двинуться дальше.

29 ИЮЛЯ 2034 ГОДА

Тай вышел из лифта и открыл шлюзовую дверь Фаб-Хаба, оказавшись в лаборатории робототехники Чиндаркар. Она слушала классический хип-хоп, пока чинила сломанный инспекционный дрон.

Она удивлённо подняла голову, увидев его рядом. — Привет, Джей Ти. Что привело тебя в наш гравитационный колодец?

Тай поманил её пальцем следовать за ним. Заинтригованная, Чиндаркар встала и пошла за ним, пока он обходил круглый металлический сердечник хаба. По пути они с Чиндаркар вошли в химическую лабораторию Цукады.

Чиндаркар ответила на вопросительный взгляд Цукады: — Джей Ти что-то затевает.

— Что?

— Не знаю.

Все трое спустились по трапу на нижнюю палубу Фаб-Хаба. Здесь этаж был отведён под системы аддитивного производства — 3D-принтеры, фрезерные станки с числовым программным управлением, цепи, подъёмники, подвесные рельсы, рабочие столы и шкафы для хранения. Часть пространства занимала геологическая лаборатория Николь Кларк.

Кларк рассматривала кусок углистого хондрита под микроскопом, но её голова покоилась на руке, словно она задремала. Она подняла голову, когда трое вошли. — Привет, ребята. — Затем выражение её лица изменилось. — Что случилось?

Тай сказал: — Ничего не случилось. Ну, ничего серьёзного. Центробежный сортировщик на «Медоносе-3» повреждён.

— Я думала, мы решили эти проблемы, заменив алюминий на кобальтовую сталь.

Тай отмахнулся. — Решили. С металлом всё в порядке. Его просто заклинило. Я не смог починить его с помощью мула или «Валькирии». Поэтому мы с Цзинь вышли в открытый космос.

— В открытый космос? Твоя накопленная доза облучения…

— Всё прошло нормально. Оказалось, центрифугу заклинило — вот этим. — Он поднял мутный кристалл размером с ручную гранату. Тай передал его ей.

Глаза Кларк расширились, когда она взвесила кристалл в руке. Она схватила лупу с рабочего стола и внимательно его изучила. — Откуда, чёрт возьми,