Лишенные богов - Лиза Андерсон

К тому времени, когда за их спинами из глубины городка донеслись первые леденящие душу крики, кортеж уже набрал скорость на шоссе, уходя на запад.

Глава 25

Долгое время бытовало мнение, что искусственно созданные ведьмы черпают силу напрямую из Завесы, что в корне отличает их от ведьм рожденных. В отличие от своих более именитых сородичей, им не нужны заклинания или сложные ритуалы, чтобы наладить связь с миром. Их способности – врожденные, и обусловлены они скорее малоизученной связью со смертью, чем чем-либо, относящимся к миру живых.

Терренс Верн, «Теории трансмогрификации» (Нью-Йорк, 1999)

– Для большинства из вас это последнее занятие в этом классе.

Вик упорно смотрела в тетрадь, стараясь не встречаться взглядом с Натаниэлем. Он сам вызвался вести урок, заявив, что только он знает, как подготовить их к реальности. Странно, что Орден вообще позволил ему учить кого-то после скандала в Лимбо, но статус Старейшины, видимо, делал его неприкасаемым.

Почти все новички уже продвинулись на второй уровень, освоив манипуляцию предметами. Все, кроме Вик. Она так и не сдвинулась с точки. Та сила, что помогла ей открыть дверь Мередит – неважно, была она ее собственной или случайным даром, – сегодня утром просто испарилась.

– Ваше последнее задание как новичков – уничтожить предмет перед собой. – Голос Натаниэля звучал так же высокомерно и монотонно, как текст поношенного учебника. – Эти камни прочнее тех, на которых вы тренировались. Разрушив их сложную структуру, вы докажете, что готовы идти дальше.

Вик почти не слушала. В блокноте на пружине она фиксировала все, что еще помнила об Авалоне. Она начала вести дневник с первого дня, стремясь сохранить в памяти все важные моменты. Покидая замок, она не могла взять с собой ничего материального, только воспоминания, и меньше всего на свете хотела бы их потерять.

Она не пыталась записать вчерашний разговор с Ксаном – те обрывки фраз почти стерлись из памяти. Воспоминание зудело в голове, как оголенный провод: опасное, манящее, обещающее ожог. На вкус оно было как соленый пот, и это ей нравилось. Его брата убил леший. Он попросил ее уйти, и она не стала спорить. Вик проснулась с тяжестью в груди. Ее личный ящик Пандоры был до краев полон чувств, которые она тщетно пыталась запихать обратно.

– Можете начинать.

На столе перед Сарой с треском раскололся кусок окаменевшего дерева. Вик даже не подняла головы, лишь прикрыла лицо рукой, пока в сторону ее пальцев летели щепки.

– Ты просто сдаешься, да? – вздохнула Сара.

– Я не сдаюсь.

– Ты даже не пробуешь, – отрезала Сара. Она бесцеремонно забрала кусок вулканического камня со стола Вик и переложила его на свой блокнот. – Просто малюешь каракули.

Вик отодвинула неровный булыжник в сторону, открывая вид на криво нарисованного манананггала.

– А мне казалось, вышло неплохо.

– Вик, ну же. Что с тобой сегодня? – В классе стоял гул, ученики с трудом осваивали заклинания разрушения. Треск и грохот били по ушам, и у Вик разболелась голова. – Ты боишься? Мы с Мэй могли бы…

– Я не боюсь, – отрезала Вик. – Просто думаю.

– Знаешь, ты всегда можешь со мной поговорить, – мягко добавила Сара.

– Мисс Вуд, – раздался за спиной неприятный голос. Вик закатила глаза: к их столу подошел Натаниэль. Его взгляд скользнул с нетронутой глыбы, которую она должна была уничтожить, на рисунок в блокноте. – Вижу, у вас все еще ничего не получается.

– Ага. – Вик вызывающе улыбнулась ему.

– Старейшина Шепард будет разочарован. Похоже, он все-таки в вас ошибся.

Натаниэль наклонился, упершись рукой в стол и нависая над ней. Сара обеспокоенно взглянула на подругу, но та проигнорировала ее.

– Ты не передумала? Все еще хочешь остаться в замке? – Его голос стал тише, будто они обсуждали что-то личное и дружеское, а не тот факт, что пару дней назад он пытался ее убить.

– Вас это задевает? – спросила Вик. – Я покину замок, когда сама решу, и вы ничего с этим не сделаете.

В его мутных глазах вспыхнул гнев.

– Вы не имеете права знать секреты этого места, – прошипел он.

Вик понимала: провоцировать его – плохая затея. Натаниэль был связующим звеном между Братством Арена Манна и Орденом, и сейчас, когда она чувствовала себя такой беспомощной, ей стоило промолчать. Но она не могла выносить его взгляд и то, как спокойно он ее оскорблял.

– Миссия Ордена веками заключалась в том, чтобы скрывать реальность от людей. Веками, мисс Вуд! – Он навис над ней еще ниже. – Вы хоть представляете, сколько усилий это потребовало? Моя семья предана этой цели с момента основания. И мы ни разу, слышите, ни разу не позволяли человеку так глубоко проникнуть в наш мир.

– Кто-то назвал бы это прогрессом, – ответила Вик, хотя сама в это не верила.

Она кожей почувствовала, как в классе воцарилась мертвая тишина. Остальные новобранцы замерли, прислушиваясь к каждому слову.

– Я пытался разобраться, – процедил он. – Но так и не понял, почему старейшина Шепард так носится с вашим… особым сортом посредственности.

Натаниэль смерил Вик взглядом с головы до ног, задержавшись на ее груди. В этом жесте не было любопытства, только желание унизить. Его взгляд действовал как яд, призванный заставить ее почувствовать себя ничтожной. Для него она была лишь инструментом, вещью, не достойной уважения, и он был уверен, что остальные разделяют его презрение.

– Похоже, у вас проблемы с другими членами Ордена, – холодно бросила Вик. – Вот с ними и разбирайтесь.

– Как ты смеешь…

Вик не дала ему договорить. Она отвела взгляд и сосредоточилась на камне. Когда-то, кажется, целую эпоху назад, эта материя была яростной, раскаленной и живой, уничтожая все на своем пути. Теперь перед ней лежал лишь холодный застывший осколок – черный и хрупкий там, где его когда-то изменили жар и давление. Она вдруг подумала: скучает ли камень по тем временам, когда был таким опасным?

Тишину прервал крик Сары. Девушка в ужасе отпрянула от стола, потому что прямо на глазах мертвый камень начал плавиться, превращаясь в вязкую, пышущую жаром магму.

Без лишних эффектов, без взрывов и разлетающихся осколков – камень просто начал таять. Его края осели, превращаясь в вязкую световую массу. Вик прищурилась от ударившего в лицо жара: булыжник возвращался в свое первозданное состояние, становясь жидким пламенем. Раскаленная магма с шипением прожгла дерево стола и хлынула на пол, заставляя даже древний камень под ногами дымиться.

Вик перевела взгляд на Натаниэля, который поспешно отпрянул, не скрывая охватившего