Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

В дорогу путников собирали всем семейством, и каждый счел своим долгом дать им мудрое напутствие либо же подарить что-нибудь. Из одежды их снабдили темными непромокаемыми плащами, зеленого цвета брюками и удобными высокими сапогами из нежной кротовой кожи, которые не пропускали влагу. У путников за спиной висела удобная сума, которая вмещала запасной комплект одежды. Помимо экзотичной еды, которую Артур, впрочем, принимал с внутренним отвращением, ибо она состояла из одних сушеных медведок и просперитей, им также предложили нечто более практичное: лекарства, противовоспалительные мази и мыло. Алан прихватил еще несколько бутылей крапивной настойки, с апломбом заверяя окружающих, что это лучшее средство от всякой болезни.

Когда ребята полностью собрались, их вышел провожать почти весь город.

– От скотного двора держите путь прямо, не сворачивая, и рано или поздно вы должны будете выйти на дорогу купцов, – сказал путникам господин Смел. Кирим, суетившийся все утро, с невыразимой грустью смотрел на друга. Он не был уверен наверняка, что еще когда-либо увидит Артура, но при этом точно знал, что его дружба и признательность к этому человеку никогда не станут меньше. Они стояли рядом с Тэнкой, трогательно взявшись за руки, и Артур, тепло улыбнувшись парочке, мысленно пожелал им добра.

– Прощаться нужно легко, а встречаться так, как будто не виделись целую вечность, – философски заметила Лейланда, с материнской любовью глядя на мальчиков. Что ж, в этом мудрая женщина, несомненно, была права.

И вот не прошло и нескольких часов, как ребята бодро зашагали по лесу, стремительно удаляясь от гостеприимного города суровых рудокопов.

Таинственный лес встретил путников редкими лысыми деревцами, но чем дальше они устремлялись по дороге, тем непролазнее и темнее он становился. Он густел и густел – им начали попадаться огромные дуплистые деревья, подобные мифическим великанам, высокие камни, заросшие бирюзовым мхом, и небольшие грязные озерца, вероломно замаскированные опавшими листьями.

Артур испытывал истинное наслаждение от прогулки по лесу; он всей грудью вдыхал свежий, наполненный смолянистыми ароматами воздух, который разительно отличался от чадного, душного, плотного ветра, властвовавшего в Мире чудес. Наконец-то по прошествии стольких дней бездействия он вновь на пути к цели! Теперь можно помечтать о том, как он встретит друзей.

Алан же, напротив, казался излишне подавленным. Вся его ребяческая бравада о героических похождениях бесследно улетучилась, и теперь он был суров и неразговорчив. Алан вновь превратился в умелого проводника, что налагало на него немалую ответственность.

Довольно долго путники шли молча, и их сопровождал лишь таинственный шорох собственных шагов. Предательская дорога купцов все не показывалась, что не могло не тревожить Алана.

– Я не знаю здешних мест… – задумчиво проговорил проводник. – Папаша Тэнки упомянул, что за скотным двором должна была начаться дорога… Но ее все нет. Так что, школяр, нам придется руководствоваться иными ориентирами.

– В какой стороне Беру? – поинтересовался Артур.

Алан достал из новенькой сумы компас и сверился с ним.

– Нам надо идти прямо, – сказал он. – Так мы пересечем лес самым коротким путем. Но если нам вдруг придется уклониться с нашего маршрута… Боюсь, ничем хорошим это не закончится.

– Придется? – повторил Артур, не понимая.

– Ты не видел яму на скотном дворе? Знания, полученные в школе, не позволяют тебе сделать соответствующие выводы о том, что здесь небезопасно? – излишне грубо спросил Алан. Артур ничего не ответил, не желая злить приятеля понапрасну. Он давно уже заметил, что Алан как будто дошел до некой предельной черты в своем раздражении и едва сдерживается, чтобы не вспылить.

Ближе к вечеру путники остановились, чтобы отдохнуть. Алан разжег костер.

Ребята перекусили, не переставая с опаской прислушиваться к ночным звукам и шорохам. Чудилось, что стоит им только отойти на несколько шагов от уютного пламени, как на них тут же накинутся чудовищные существа, безжалостно пожиравшие коров на скотном дворе. Алан достал вяленое мясо и крапивную настойку. Выпив немного и захмелев, он вновь подобрел и стал казаться тем беспечным шутником, каким Артур привык его видеть.

– Люблю я походы, – откровенно признался Алан. – Вроде все время выполняешь однообразные действия, идешь вперед, а дорога при этом никогда не повторяется. Нет-нет да увидишь новый кустик, новую ветку, новый холмик. Красота!

Артур полностью согласился с другом, так как и сам беззаветно любил путешествия.

– А у тебя есть мечта, школяр? – вдруг спросил его Алан. Артур задумался, вспомнив семью и друзей. Главное, что ему хотелось в настоящий момент, – это видеть их здоровыми, счастливыми и самому находиться среди них. – Да нет, школяр, мечта – она только для тебя, понимаешь? Хоть на секунду перестань заботиться о других и подумай о себе, – с ироничным смешком заметил Алан, с присущей ему проницательностью угадав мысли Артура.

Тот пожал плечами.

– Я не знаю, – просто ответил Артур. – А ты? У тебя есть заветная мечта?

Алан задумчиво смотрел, как костер с шипением пожирает сухие еловые ветви.

– О да. У меня, пожалуй, есть мечта. И как она манит, ты бы знал! Порой мне кажется, что все в жизни неважно, кроме нее. В Гераклионе моряки часто вынуждены отплывать далеко от берега, где, разумеется, небезопасно. Сколько страшных тварей водится под водой! Если моряк вдруг заплутает или отплывет дальше, чем нужно, ему крышка. Однако на берегу стоит гигантский маяк, всегда указывающий путь. Он помогает ориентироваться на воде; также он приводит моряков живыми домой. Вот так и мечта, подобно этому маяку, помогает мне находить путь в жизни и целиком определяет мои поступки.

– О-о, почему-то я не думал, что в глубине души ты романтик, – со смехом сказал Артур.

– Ты многого обо мне не знаешь, – хитро подмигнул ему Алан. В его глазах загадочно отражались блики от костра. – Сегодня ночью нам не придется спать в комфортных постелях. Надеюсь, ты не против, дружище.

С этими словами Алан начал обвязывать себя веревкой. Увидев, что Артур недоуменно косится на него, он ухмыльнулся, обнажив белые, как сахар, зубы.

– Думаешь, я перебрал настойки? Но я, да будет тебе известно, никогда не теряю контроля над ситуацией. Никогда. Будем спать на дереве. Внизу полно голодных тварей, а я вовсе не хочу стать их ужином.

Алан притоптал костер, спрятал в суму еду – остатки их пиршества – и ловко вскарабкался на ближайшее дерево с толстыми сучьями.

– Залезаешь как можно выше и привязываешь себя к стволу, чтобы не свалиться. Сладких снов, школяр. – Алан, прислонившись к широкому стволу дерева спиной и положив под голову мягкую суму с оторочкой из беличьего меха,