Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

– Добро пожаловать! Каду, немедленно завари нашему гостю чай из листьев Ваах-лаба, – властным тоном приказал господин Рем, и помощник с огромным неудовольствием поплелся к кухонному столу.

– Позвольте, но разве мы не будем допрашивать преступника по форме? – все же не выдержав, поинтересовался Каду.

– Я не вижу здесь преступников. А ты? – медовым голосом промурлыкал господин Рем, а его голубые глаза при этом угрожающе сверкнули, словно смертоносное острие кинжала при свете солнца.

– Я тоже не вижу, простите, господин, – уныло пробурчал Каду, начиная заваривать для нежеланного гостя чай.

Рем усадил Артура напротив, а сам, лениво откинувшись на спинку стула, закурил толстую сигару, с наслаждением выпуская перед собой безупречно ровные кольца дыма.

– К сожалению, мы с вами не договорили на Совете… По-моему, нас бесцеремонно прервали, – заметил он вежливо. Коронер обращался к Артуру исключительно на «вы», не допуская ни малейшей фамильярности, в отличие от господина Олова. Впрочем, несмотря на изысканную речь и доброжелательную доверительную улыбку, создавалось впечатление о его неискренности. Чудилось, за всем этим приятным обликом, как за полупрозрачной стеной, скрывается отвратительное существо, которое в нетерпении ожидает возможности наконец проявить себя настоящего. – Рад, что вам стало лучше, – поспешно добавил господин Рем, внимательно осматривая гостя. – Рана не беспокоит? – предупредительно поинтересовался он, продолжая строить из себя сострадательного человека. Артуру действительно стало лучше, но он так до конца и не оправился после стычки с шайкой Востверза. Благодаря кагилуанским мазям рана на плече почти затянулась, но ушибы продолжали болеть, причиняя ему большие неудобства. Помимо прочего, его одолевала страшная усталость, однако, как он подозревал, дело было в сильном беспокойстве за друзей, которое все увеличивалось по мере того, как он продолжал бездействовать в гнездиме господина Олова. Впрочем, Артур не собирался докладывать об этом коронеру.

– Все в порядке, – просто сказал он. Господин Рем насмешливо приподнял брови. Казалось, он обладает способностью читать мысли.

– Простите за все эти лишние беспокойства… Я очень рассчитываю на наше с вами плодотворное сотрудничество.

– Я действительно хотел бы вам помочь, но, как я уже говорил на Совете, мне ничего не известно, – честно ответил Артур, без малейшей робости глядя в глаза хозяина дома. Господин Рем беззаботно пожал плечами.

– Может быть, вы просто не осознаете того факта, что вам что-то известно? – лукаво поинтересовался он. В этот момент подошел Каду, который с брезгливой гримасой поставил перед Артуром чашку дымящегося напитка. – Спасибо за заботу, мой мальчик. Ты свободен и пока можешь отдохнуть, – холодно произнес господин Рем. И даже доброе обращение не смогло смягчить эффекта, который голос хозяина произвел на слугу, – последний тут же испарился из комнаты, оставив после себя лишь терпкие ароматы чая.

– Он вас так боится? – с едва уловимой насмешкой поинтересовался Артур. Господин Рем, не отвечая, задумчиво курил сигару, распространяя вокруг себя отвратительную вонь. Казалось, он курил гнилые листья, а не свежий табак, и этот мерзкий запах словно бы распространялся от всего его существа, заполняя собой пространство комнаты.

– Скажите, вы умеете летать на единороге? – вдруг полюбопытствовал коронер.

– Да, – правдиво ответил Артур, не посчитав нужным скрывать этот факт.

– Что ж, прекрасно. Отличное умение, – с искренностью похвалил гостя Рем, а в глазах его при этом блеснули лукавые искорки, словно он внутренне потешался над собеседником. – Если бы я мог летать, то немедленно вернулся бы в свой гнездим в столице, – мечтательно продолжил он. – Но у меня не получается. По крайней мере, единорог, которого вы изволили защищать, довольно грубо отказал мне в помощи. – При этом изящные губы коронера скривились, как будто сигара, которую он с таким удовольствием выкуривал, внезапно приобрела горький вкус.

– Может, потому, что вы заперли его в клетке? – не удержался от иронии Артур.

Господин Рем оценивающе посмотрел на пленника.

– Надеюсь, вас не очень оскорбил тот факт, что мы держали вас под стражей… Впрочем, с вами прекрасно обращались, исправно кормили и даже предоставили жилье, что, на мой взгляд, в наше время бесценно.

– Клетку можно назвать хоть палатами короля, но она не перестает от этого выполнять свое главное назначение – ограничивать свободу, – хмуро проговорил Артур. Он ненавидел всякую ложь и притворство, и его немало раздражала игра, которую коронер вел с ним. Видно было, что Рем пытается обмануть его, запутать, поймать в свои сети. Используя обаяние, коронер, видимо, надеялся разговорить пленника, чтобы выведать нужную информацию. Он безуспешно старался походить на интеллигентного, жалостливого и честного человека; ледяной взгляд достаточно явно свидетельствовал о том, что игра в хорошего следователя рано или поздно закончится и на смену ей придет нечто совершенно иное.

– Ваш проводник заходил ко мне на днях, – как бы между прочим заметил господин Рем, продолжая бесцеремонно разглядывать лицо Артура. – Он нижайше просил вас отпустить, так как, по его словам, вы не только не обладаете необходимой информацией, но еще и, в отличие от других выпускников Троссард-Холла, не имеете соответствующих навыков и умений.

– Да, это правда. Только я не совсем понимаю, о каких умениях идет речь. Если вы говорите о полетах на единорогах, то странно, что вы называете эти навыки необычными. Насколько я знаю, многие беруанцы умеют летать.

– Далеко не многие… Но да, у некоторых были свои единороги. Содержать подобных животных – отнюдь не дешевая прихоть, – задумчиво отозвался господин Рем и выпустил перед собой плотное облако густого дыма.

Артур сильно закашлялся, так как едкий запах табака проник ему в нос.

– Не переносите дым? – с заботливым участием поинтересовался хозяин дома. – Извините, не спросил вашего разрешения покурить. Дурная привычка. – С этими словами коронер неожиданно подался вперед. Резким движением он потушил сигару о руку юноши, постаравшись достать еще не зажившую после драки с Востверзом рану. Сигара с сильным треском зашипела и погасла, оставив на коже болезненно-красный ожог.

Артур не был к этому готов: все произошло настолько неожиданно, что он вздрогнул всем телом. Тихий стон сорвался с его губ. Рука непроизвольно дернулась, но он быстро овладел собой. Клипсянин вскинул голову и с вызовом посмотрел на коронера, ясно давая ему понять, что подобными выходками его не напугать, и в тот момент, когда его дерзкие голубые глаза столкнулись с другими, холодными и циничными, Артур отчетливо понял, что Рем способен решительно на все, чтобы заполучить необходимую ему информацию.

– Простите, – вновь нелепо извинился коронер. – Я не достал до пепельницы. Какая неловкость.

На какое-то время воцарилось неприятное молчание. Затем хозяин широко улыбнулся, обнажив ослепительно-белые зубы. Удивительно, что в таком возрасте коронеру удалось сохранить столь великолепную улыбку.

– А вы с характером, не то что