Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

– Я не слушаю! Не буду говорить о таком с шисюном! Не буду! Не буду! Стыдно!

– Настоящая любовь – не всегда счастье. Бессильная ярость. Терпеливое ожидание. Страхи. Бесплодные мечты. Вот настоящая любовь.

– Тебе-то откуда знать, – надулась Шэ Юэ. – Ты всегда себе на уме и не любишь никого, кроме себя, и Цзюэ немножко.

– Вот как ты обо мне думаешь. – Вэй-шисюн усмехнулся. – Хорошо, шимэй. Давай поспорим с тобой. Если ты разочаруешься в своей великой любви, я немедленно возьму тебя в жёны. А если ты мне докажешь, что великая любовь существует… я навсегда стану твоим рабом.

Он ухмылялся, словно это была смешная шутка, но ей вдруг стало страшно. Как будто… как будто… Вэй-шисюн правда хотел взять её в жёны… и всё это время хотел…

– Я не буду с тобой спорить! – крикнула она, покраснев. – Сначала выживи!

Кажется, Вэй-шисюн ещё что-то хотел ей сказать, но она сбежала так быстро, что ничего не услышала.

* * *

Цзюэ разбудил её затемно. Собрал в дорогу, обнял их с Юем на прощание. Но не стал смотреть, как они уходят.

Она не заметила, как Ван Сиюй молча присоединился к их маленькому отряду, – его шагов не было слышно в высокой траве.

Зато заметил Фэн Гуанмин: он замер, едва не выронив фонарь, и схватился за меч.

– Кто ты та…

– Не нужно, брат Фэн, не нужно! – братец Юй заслонил призрака собой. – Это уважаемый учитель Ван Сиюй!

– Но как он…

– Я мёртв, – коротко пояснил Ван Сиюй. – И существую в этом мире лишь потому, что мой ученик во мне нуждается.

– Учитель… о, учитель, я… – братец Юй расчувствовался, но Ван Сиюй сделал ему знак молчать.

– Мы ведь идём не к Агатовой горе, – прошептала Шэ Юэ. – Зачем нам вести себя тихо?

От невозможности говорить ей делалось ещё тревожнее.

Небо между деревьями из чёрного постепенно становилось синим, в низинах залёг туман, роса насквозь промочила полы халата. Лес казался ей не лесом, а заброшенным кладбищем, в каждом кривом дереве чудился затаившийся демон.

– Слушай ветер и деревья. Слушай, как растёт трава. Сосредоточься на внешней ци, на том, как она пронизывает всё живое.

– Но это же не мне придётся играть…

– Что бы ни случилось внизу, вы все обязаны принять это как должное и продолжать делать своё дело. Учитесь спокойствию и смирению у деревьев, у всего живого.

Шэ Юэ глубоко вдохнула и выдохнула.

Быть равнодушной, как дерево в лесу. Не думать о братьях, об А-Юане…

«У меня должно получиться, – подумала она. – Я из школы Серебряного Ручья. Наше искусство как непрерывный поток, который просто течёт… Если я начну думать о плохом, просто сойду с ума. А мне нельзя сходить с ума. Я должна быть как ручей…»

– Как ручей, как ручей… – повторяла она себе, взбираясь на горную террасу, которую Ван Сиюй выбрал своей странной геомантией.

Восток светлел понемногу, ночь превращалась в утренние сумерки.

– День будет дождливый, – пробормотал Фэн Гуанмин, поёжившись. – Туман так и не ушёл.

– Не ушёл… – проговорил братец Юй странным, чужим голосом. – И не уйдёт…

Шэ Юэ посмотрела вниз, в долину, и замерла. Фэн Гуанмин едва не натолкнулся на неё, но ей было всё равно.

– Синий туман! – прошептала она и крепко схватила братца Юя за рукав. – Они поняли… нужно сказать А-Юаню! Быстрее!

Она едва не бросилась вниз с холма, но братец Юй крепко обнял её.

– Юэ, Юэ! Они знают. Они же там, внизу.

– Туман порой кажется синим, но разве это опасно? – спросил Фэн Гуанмин.

– Демоны носят горшки с углями и выпускают из них синий туман, чтобы нападать незаметно, – объяснил братец Юй. – Пожалуй, это скорее дым… но свойства у него как у тумана: он не имеет запаха, плотный и влажный, к тому же…

Руки у него дрожали и говорил он всё быстрее. Шэ Юэ вспомнила, что с того ужасного дня он ни разу не видел демонов. Даже ей тревожно было смотреть на синий туман. Хотелось побежать вниз к А-Юаню, к братцу Цзюэ… туда, где много сильных воинов вокруг и не так страшно. Пусть там бой, но зато лицом к лицу с врагом…

– Чего вы ждёте, дети? – спросил Ван Сиюй. Его силуэт едва виднелся, как неясная дымка. – Кто ещё исполнит ваш долг?

– Простите, учитель. – Братец Юй поспешно стащил со спины свёрток с Зеркалом глубин, приладил его у скалы, зажав край камнями, будто оно могло укатиться.

Фэн Гуанмин притащил для него небольшое бревно, чтобы было куда поставить гуцинь. Бревно пахло грибами и мокрой травой, совсем не страшный запах, как дома в саду. Если закрыть глаза, можно подумать, что ничего не происходит, что они даже не вышли за ворота…

– Дольше я не могу оставаться… – прошелестел голос Ван Сиюя издалека, и облако, походившее на человека, развеяло ветром.

Наступила тишина.

– Теперь… мы ждём сигнала? – неуверенно спросил Фэн Гуанмин.

Вместо ответа Шэ Юэ лишь кивнула, боясь нарушить тишину. Последний взрослый ушёл. Теперь они сами по себе…

Братец Юй расстелил плетёную циновку, сел лицом к зеркалу. К удивлению Шэ Юэ, оно не отразило ничего. По его полированной поверхности бежала рябь, похожая на блики среди волн.

– Ты думаешь… оно исправно? – прошептала она братцу Юю.

Тот кивнул.

– Погляди в него внимательно и почувствуешь: оно как живое. Поглощает ци, чтобы тут же воздать десятикратно. Поразительно…

Он осторожно коснулся поверхности и отдёрнул руку.

– Холодное… будто к нему примёрзнуть можно.

Шэ Юэ заметила, какие бледные у него пальцы, как они дрожат, и, взяв руки братца в свои, принялась ласково их растирать.

– Вот так, не то замёрзнешь и не сможешь играть. И как это ты забыл перчатки? Вечно такой рассеянный…

Братец Юй виновато улыбнулся.

– Запамятовал. Да что перчатки, признаться честно, я и зеркало едва не забыл!

Шэ Юэ рассмеялась, и ей самой стало теплее.

Фэн Гуанмин, одиноко стоявший на краю, как часовой, подошёл к ним и, поколебавшись, снял свой белый плащ, подбитый мехом, накинул его на плечи братцу Юю.

– В самом деле, вам нужно согреться. Давайте-ка я разведу костёр.

– А я поджарю лепёшки! – нашлась Шэ Юэ.

Да, там, внизу, много умелых воинов, а тут на холме всего трое недоучек. Зато они вместе, как настоящие друзья!

«Если всё получится, – подумала она, – обязательно побратаюсь с Фэн Гуанмином! Я, А-Юань и братья, мы все будем как герои Персиковой рощи!»

– Но безопасно ли разводить огонь? – забеспокоился братец Юй. – А что, если нас заметят?

– Внизу такой туман… никто не заметит дымок. – Шэ Юэ подошла к краю,