Аббарр. Песок и пламя - Хельга Воджик

– Вытекало? – элвинг замерла. – Расскажи мне.

– Как светящаяся алая кровь по прорезанным в камне дорожкам, с одной стороны, и мерцающая синяя, как чавуки, с другой. Когда мы пришли, все камни жужжали и подпрыгивали, а весь рисунок на полу был как огромный лабиринт, и две змеи-спирали с разных сторон текли, чтобы соединиться в центре.

Ашри внимательно смотрела на биста, которым стал Зурри: глаза видели чудовище, в котором жило всё то же сознание! Он не утратил разум. Бездна лишь изменила его облик. Это осознание принесло облегчение.

– Почему вы улыбаетесь, Вэлла Ашри?

– Прости, а ты не мог бы нарисовать этот лабиринт?

Зурри легко прочертил когтем по камню спирали и отметил крестами камни, стоявшие по периметру.

– А что было в центре? – Ашри указала на точку, где линии соединялись.

– Ничего, чёрная шахта колодца, – Зурри пожал плечами. – Когда я разломал камень и вытащил вас, всё Пламя исчезло, как вода сквозь песок.

– Лабиринт Теней, – задумавшись, сказала элвинг и глянула на биста: – Пошли, Сиола нас заждалась.

Девочка всё так же сидела на крыльце дома. Палочкой она выводила незамысловатые рисунки в пепле, покрывающем камень. Завидев Ашри и Зурри, она улыбнулась.

– Ты знаешь, как вернуться обратно в Аббарр? – спросила элвинг.

– Мы не пойдём в Аббарр, – покачала головой Сиола.

– А куда вы пойдёте?

– В Золотой Город, – ответила девочка так, словно речь шла о походе к овощным рядам, а не к легендарному Оплоту, который если и существовал, то лишь в песнях и сказках.

Ашри не хотелось напоминать, что этот город лишь вымысел. Ей вообще не хотелось думать, что стало с этими детьми, застрявшими вместе с ней в Бездне и преобразившимися в нечто новое.

– Я должна отвести туда Зурри, – отложив палочку, Сиола посмотрела на Ашри. – Его там ждут.

– Кто ждёт? – Ашри нахмурилась: вдруг она всё ещё в небытие и это очередной бред.

– Другие. Такие, как он, но иные.

– Но как? Как ты найдёшь дорогу?

Сиола спрыгнула с крылечка, и серое облачко пепла взметнулось вверх. Подойдя, она взяла элвинг за руку и потянула за собой:

– Давай только найдём мою шаати. Без неё никак.

Ашри поддалась и пошла за девочкой. Вот вновь она стояла у зловещего дома.

– Смотри внимательно, – Сиола взялась за ручку двери. – Она очень хорошо прячется.

– А Зурри? – спросила Ашри, отгоняя воспоминания об иссохшем мёртвом теле кошки, которое они с Аббис нашли в доме, когда тот был ещё в Тхару.

– Он подождёт нас здесь.

Ашри вошла следом за Сиолой в просторный холл. И вновь дом выглядит иначе. Тени не ушли из него, но скорее это был сумрак, какой бывает на границе дня и ночи. Оттого всё казалось безрадостным и лишённым жизни. Запустение, словно годами сюда не просачивалась жизнь и не заглядывало солнце. Густой запах дряхлого воздуха. Но, похоже, девочку это вовсе не тревожило. Лишь поплотнее укутавшись в одеяло, она шла, оставляя в пыли следы от босых ног.

– Я смотрела везде, – Сиола опустила глаза и накрутила на палец уголок одеяла. – Кроме подвала. Он страшный, а под его лестницей живут монстры.

Элвинг с трудом подавила нервный смешок. Такой привычный детский страх тёмного подвала сейчас выглядел несуразным. Ребёнок, гуляющий по землям Дартау, страшился спуститься по лестнице. Или же чёрный дом изменил своё основание так, что стоило опасаться тьмы, живущей у его корней?

Изумрудные глаза с мольбой уставились на Ашри, и той не оставалась ничего как кивнуть:

– Ну, давай проверим подвал.

– Вентиль в стене, – прошептала Сиола. – Мои огоньки почему-то там не работают.

Ашри попробовала вызвать Пламя, и на ладони возник лиловый сгусток. Он был ровным и спокойным. Несколько ступеней вниз – и по правую руку в нише действительно блеснул бронзовый цветок. Вентиль легко крутанулся, и по всему помещению потекла ниточка света. Множество маленьких, врезанных в глину и камень ламп засияли тусклым светом, которого было достаточно, чтобы не просто не свернуть себе шею на утекающей вниз лестнице, но и рассмотреть всё вокруг.

Ашри удивлённо озиралась. По мере того как она спускалась, подвал выныривал перед ней множеством горшков и ящиков. Все они были наполнены землёй, опилками, грунтом и растениями. Каких только причудливых форм, созданных богиней Тарипаску, здесь ни было! В основном, конечно, подвал стал территорией ночных созданий. Бледный свет не мешал им, а те, что предпочитали вовсе обходиться без него, занимали нижние ярусы, впитывая тень собратьев. Но вместе с тем все растения были бесцветные, вылинявшие и серые, как пустоши Дартау.

Сиола держалась рядом. Время от времени она то брала Ашри за руку, по-детски цепляясь за пальцы, то отнимала ладошку, чтобы поправить сползающее одеяло.

– Подожди меня тут, – голос Ашри дрогнул, и она легонько развернула девочку. – Я сейчас вернусь.

Элвинг шагнула вперёд, обогнула причудливый куст кучерявых побегов, лишённых листьев, но покрытый шариками то ли ягод, то ли почек, и подошла к привлёкшему внимание растению. Осколки глиняных горшков и рассыпанная земля, тянущиеся по каменному полу корни и побеги, мох и грибы – они словно прильнули к той, что всегда заботилась о них. Взобрались к ней на колени, укрыли плечи, застряли в волосах и проросли из сердца. Критару полулежала в этой зелёной колыбели, а выпростанная рука сжимала маленький мешочек. Дартау ускорил процесс, Дом позаботился о хозяйке. Объятая зловещим очарованием, Ашри смотрела, как на её глазах, уловив свет, растут и распускаются цветы: тонкая арка с бледными бутонами, похожими на кровоточащие сердца. Она не знала названия этого растения, да и большинства, что сейчас окружало её, не знала, какая сила сотворила подобное, и тем более не была уверена, что дух Критару всё ещё тут. Но, поддавшись порыву, Ашри обратилась ко всему сразу: и к духу, и к растениям, и к дому:

– Она не выбирала, кем ей быть, и не просила своей судьбы.

Соцветия тихо кивнули.

– Она не виновата, – добавила Ашри, не совсем уверенная, говорит ли она сейчас о Сиоле или же о себе.

– Пойдём, – Ашри взяла Сиолу за руку и потащила к лестнице.

– Но моя шаати! – упёрлась девочка.

– Её здесь нет, – не останавливаясь, сказала элвинг. – Но я знаю, где она.

Дом выплюнул их на серый камень, но Ашри даже была рада этой простой и понятной тьме, чем причудливым картинам, что раз за разом рождал Дом.

Зурри ждал их, сидя на большом камне и выстраивая из осколков поменьше башенку.

– Но моя шаати! – капризно топнула ножкой Сиола, выдернув свою руку и высвободившись из хватки элвинг.

Ашри открыла сумку и стала рыться. Наконец-то она нашла то, что искала.

– Вот! – она присела перед девочкой. – Держи.

Сиола с любопытством взяла цепочку, на которой висела круглая подвеска.

– Это шаати Гаруны Маан,