Приговорённые к счастью. Книга 2 - Сергей Матвиенко

почти неизбежные во время подобных грандиозных свершений. Главное – общий суммарный позитив. А его мы выкрутили на максимум! Не скажу за твою карму, Бенито, а моя чиста, как никогда прежде. О, дивный новый мир без войн, страданий, разочарований и боли, непременных атрибутов жизни, ты будешь прекрасен! Нет человека – нет проблем!

Фома просунул голову в дверь и увидел Вернера с поднятыми руками, только что закончившего свою патетическую речь. Перед ним, полусогнувшись, пряча лицо в ладонях и содрогаясь, стоял Бенито. Фома удивился: ему показалось, что Бенито рыдает. Но тот с шумом выдохнул и растёр лицо. Красное, как начищенный медный пятак, оно излучало наглость и самодовольство. «А нет, действительно показалось, всё как обычно», – хмыкнул Фома.

Бенито оглянулся на вошедшего и подскочил от радости.

– А-а! А вот и он – уничтожитель человечества! Ой, босс, не ругайте меня: я на самом деле всё понял. Оговорился. Явился фокусник, который взмахнёт палочкой, нажмёт кнопочку, и все исчезнут. Пу-ф-ф! – показал он руками взрыв. Повернулся к стене и подмигнул кому-то: – Все, кроме нас.

Фома поглядел на него с ленивым пренебрежением, с неизменной ироничной улыбочкой на отстранённом от всего лице.

Порядком раздражённый Вернер со значением посмотрел на Фому, и тот, лениво скосившись в ответ, кивнул.

К Вернеру вернулось его прежнее благодушие. Он подошёл к пульту управления своим студийным аватаром и принялся отбивать команды на запуск следующего этапа всемирного шоу.

– И никто: ни один человек, ни единая душа этого не заметит! Вот Земля и Луна есть, а вот их нет.

– А другие планеты, а дальний космос? – обеспокоился Бенито, мол, вдруг босс про них забыл.

Вернер поморщился.

– Тебе сегодня, верно, память отбило. Вся Солнечная система! Останется лишь наш Ковчег. Мы здесь под защитой искривлённого пространства, в пузыре. Мы не попадём в разлом пространства-времени, где материя, вывернувшись наизнанку, не удерживаемая пространством, разлетится сверхсветовыми фотонами. Сверхсветонами! Ещё останутся Солнце и Юпитер: слишком они большие, не хочу с ними связываться.

– Хорошо, солнышко нам ещё пригодится! А для людей это, выходит, лучше, чем заснуть и не проснуться! – поддержал его Бенито, вертя головой по сторонам. – Наша адская машинка сотрёт всех безболезненно и незаметно. О-о, как я им завидую! Для них уже не страшен этот перманентный экзистенциальный ужас бытия. О, счастливчики!

– Адская машинка! Не хочу слышать этого слова! Сколько раз просил! А ты опять за своё, да ещё в такой день, – снова стал раздражаться Вернер.

Бенито пожал плечами.

– Как скажете, босс. По мне, лишь бы она нас самих не испарила. Вот тогда посмеёмся!

Вернер со вздохом закатил глаза.

Фома отвернулся от них к телевизионной панели, где кривлялся заранее записанный аватар Вернера, обещая всем вселенское счастье. Искусственный Вернер уже объявил, что человечество приняли в Галактический союз. Студия неистовствовала и рукоплескала. Вернер кланялся и благодарил за позитивное мышление, которое и спасло всех. Утерев платочком выступившие слёзы, экранный Вернер сообщил, что группа депутатов Земли завтра же отправится в соседний рукав Галактики на заседание совета инопланетных рас. Предварит это судьбоносное мероприятие церемония чествования прибывших землян. Будет вестись прямая трансляция. Депутатам передадут передовые технологии строительства межзвёздных кораблей, чтобы люди вместе со всеми смогли принять участие в следующей экспедиции к соседней галактике, где нас ждут ещё более удивительные открытия…

– Ну это босс заврался, – громко шепнул Бенито Фоме на ухо, чтобы Вернер его услышал.

Фома покосился на него.

– Это не ложь, а правда. Никто не сможет проверить истинность этих заявлений. – Оставив Бенито, он подошёл к Вернеру: – Для всех сейчас это правда, и таковой останется для них навсегда. Значит, это она и есть.

– Да! – с восторгом согласился тот. – У нас почти всё готово. Последние речи сказаны. Запустишь всеобщий праздник? Готов?

С лёгкой улыбкой Фома кивнул.

– Земляне обещали мне красочный салют, – со встречной улыбкой сказал ему Вернер, как и Фома, отвернувшись от Бенито. – Огненное представление над всей Землёй. На Луне тоже будет салют, но, очевидно, рисованный. Но хоть такой.

– Красота! – поддакнул Бенито. – А дальше что?

Вернер даже не глянул на него.

– А после земного салюта – другой: космический, который нам пообещали наши добрые пришельцы. Расписанный звёздами занавес – спектакль окончен. Мои расчёты показывают, что из-за преломления вакуума и Земля, и Луна, и дальний космос увидят далёкие звёзды и галактики, неизвестные созвездия и туманности. Млечный Путь заполонит небосвод ослепительным сиянием. А вместо салютных залпов – вспышки сверхновых повсюду.

– Сверхновые? Разве они не опасны? Их излучение… – голос Фомы дрогнул.

Вернер отмахнулся.

– Зато красиво! Увидишь сам и поменяешь мнение. Подумаешь, небольшая доза облучения. Это же считаные секунды…

– А меня тут будто нет, да? – с обидой в голосе воскликнул Бенито.

В его руке вдруг оказалась бутылка шампанского, которую он незаметно выудил из неприметного ящичка в стене.

– Заранее припрятал! Будешь? – протянул он бутыль Фоме. – Босс-то у нас трезвенник. Ему не предлагаю.

Фома помотал головой.

– Это хорошо. Мне больше останется… – Бенито с хлопком откупорил бутылку, припал к горлышку и стал гулко пить, словно заливал в себя жидкость из пожарного шланга под напором. Отрыгнул пузырьки и утёрся. – Ох! Босс, это последняя, клянусь. Кроме неё, не удалось на борт контрабанду пронести. С завтрашнего дня трезвость и медитация. Воспитание духовных качеств.

– Ты, Бенито, изрядный враль, – со смешком сказал ему Вернер. – Забавный. Но, ей-богу, наскучил. Жаль, у нас не осталось ни одной волшебной пилюли. Признайся, это же ты загубил последнюю партию? А ещё выкрал мой подарок тебе, хотя сам от него отказался. Так?

– Нет, босс! Как можно! – Бенито рухнул на колени. – Пощадите.

– Я же не злодей. Вставай! Покажем ему? – подмигнул тот Фоме.

– Давно пора, карма не дремлет.

– Ах, восторг! – крикнул Вернер.

– Но лучше другую комнату, – предупредил его Фома.

Бенито, насупившись, подозрительно водил между ними глазами. Залпом допил шампанское.

– Ты уверен? – спросил Вернер Фому.

Тот кивнул.

– Нас ждёт сюрприз…

– Хм! Ну что ж. Смотри, Бенито! – Подойдя к стене, Вернер выдвинул пульт, понажимал на нём кнопки, а затем, словно фокусник, взмахнул рукой. Рядом с ним отобразилась дверь. С усмешкой глядя на Бенито, он постучался в неё, щёлкнул пальцами, и дверь отворилась.

Охнув, Бенито вытаращился и выронил пустую бутылку на пол.

Вернер понимающе улыбнулся, но, обернувшись к открывшейся комнате, сам охнул и зажал рот рукой.

– Как? Зачем?.. – с болезненным недоумением посмотрел он на Фому.

Но тот со своей наивной улыбочкой уставился в потолок.

Бенито, нахмурившись, упёр руки в боки.

– Это моя женщина… Я её привёл, я её кормил. Не подпущу!