Невеста №0 для звёздного регента - Алекс Скай

— Наш приказ…

— Закончен.

Он отключил связь. Вера пару секунд смотрела на него.

— Вы часто таким способом разговариваете с государственными ведомствами?

— Только с теми, которые приходят ко мне без приложения.

— А если принесут?

— Тогда найду другую причину.

Это прозвучало почти легко, но Рейнар не улыбнулся. Он следил за схемой коридора, пока двенадцать отметок одна за другой не начали удаляться от двери.

— Ушли, — сообщил он. — До следующего юридического захода.

— Сколько у нас времени? — спросила Вера.

— Если Совет действует быстро, меньше часа. Если они сначала будут спорить между собой — больше.

— Прекрасная система управления.

— Работает уже двести лет, — сухо заметил Касс.

— Это не аргумент качества. Плесень тоже бывает очень живучей.

На этот раз уголок его рта едва заметно дрогнул. Кайрен вернул ему канал связи.

— Перенесите анализ архивов в шестой зал. Все данные по сегодняшнему нападению — туда же. И вызовите Сайру.

Рейнар кивнул, но Вера остановила его:

— И материалы по тем шести женщинам.

Касс взглянул на Кайрена. Эта короткая пауза была хуже прямого отказа.

Обрывки последних часов наконец сложились в рисунок, который Вере категорически не нравился: шесть смертей, закрытые Кайреном материалы, невозможный статус, выстрел в ту же секунду, когда статус появился, и Совет, которому хватило сорока минут, чтобы придумать формулировку, превращавшую живого человека в объект.

И теперь Рейнар спрашивал разрешения глазами, когда речь заходила о погибших.

— Нет, — сказала Вера. — Так больше не пойдёт.

Кайрен слегка повернул голову.

— Что именно?

— Вы хотите, чтобы я помогала искать человека, который пытается меня убить, но продолжаете решать, какие куски задачи мне разрешено видеть. Если бы это касалось только вашего правительства, можете секретничать хоть до следующей эры. Но сегодня мишенью была я.

— Вы получили доступ к материалам расследования.

— К отредактированным материалам.

Он не стал притворяться, что не понял.

— Некоторые сведения имеют политический статус.

— Пуля в стене тоже политическая?

— Уже да.

— Тогда тем более покажите всё.

В комнате стало тихо. За окном медленно проходила светлая дуга атмосферы, и Вера вдруг заметила, что Астер-Прима разворачивается относительно планеты. Искусственная гравитация никак не выдавала движения, только ночная сторона внизу постепенно уступала место тонкой золотистой полосе рассвета. Ей не понравилось, что эта красота вообще способна отвлекать, когда мать неизвестно где, официальный архив объявляет её мёртвой, а люди за дверью обсуждают её «биологический статус».

Кайрен опёрся ладонью о край стола.

— Если я открою материалы, вы больше не сможете утверждать перед Советом, следствием или заинтересованными домами, что приехали сюда как внешний аудитор и ничего не знали.

— Какими ещё домами?

— Теми, кто попытается вмешаться, когда информация выйдет наружу.

Вера прищурилась.

— Вот это вы делаете постоянно: подбрасываете новое слово, а объяснение откладываете на удобное вам «потом».

— Потому что каждое объяснение сейчас увеличивает число людей, которым придётся доверять.

— А я, как понимаю, в список доверенных пока не попала.

Его взгляд задержался на её лице.

— Вы всегда так разговариваете с человеком, который только что отказался выдать вас Центральному управлению?

— Я пока пытаюсь понять, зачем вы это сделали.

— А если ответ окажется неприятным?

— Тем более хочу его услышать.

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Вера уже успела понять, что Кайрен умеет использовать молчание как инструмент: не суетится, не заполняет паузу лишними словами и спокойно ждёт, пока собеседник сам начнёт нервничать. На неё этот приём действовал плохо. Во всяком случае, она очень хотела в это верить. Наконец он сказал:

— Хорошо. Вы увидите всё.

Рейнар перевёл на него взгляд.

— Кайрен.

Первое имя вместо титула прозвучало предупреждением.

— Всё, что относится к шести смертям, — уточнил регент. — Без материалов внешней разведки и закрытых договоров домов.

— Пока, — сказала Вера.

Кайрен посмотрел на неё.

— Вы удивительно быстро осваиваете переговоры.

— У меня хороший учитель.

* * *

Шестой зал оказался не залом, а защищённой аналитической комнатой без окон. Дверь пропустила Веру только после того, как Кайрен подтвердил временный доступ лично, причём система дважды запросила его решение, словно сама сомневалась, стоит ли впускать человека с неопределённым статусом. Вера запомнила это.

Большой стол занимал центр помещения. Над ним висела объёмная карта связей, пока пустая. Рейнар разместился справа, Кайрен остался стоять, а Вера выбрала место так, чтобы видеть обоих и дверь одновременно. Привычка, которую она приобрела во время корпоративных расследований: никогда не садиться спиной к единственному выходу, если люди за столом потенциально заинтересованы скрыть часть информации. Сайра Венн вошла через три минуты.

Она сменила медицинский халат на тёмную куртку лабораторной службы, но усталость с лица убрать не смогла. В руках у неё была тонкая пластина с данными.

— Полный анализ категории ещё не завершён, — сказала она сразу.

— Я вас не за ним вызвал, — ответил Кайрен.

— А следовало бы. То, что мы получили…

— Сайра.

Доктор замолчала. Вера отметила реакцию. Не страх перед регентом; скорее раздражение человека, которого оборвали на самом важном месте.

— Начнём с погибших, — сказала Вера. — Без сокращённой версии.

Рейнар вывел на карту шесть фотографий. Вера уже видела эти лица в папке, которую получила утром. Теперь рядом с каждой фотографией появились новые строки. И первая же заставила её наклониться вперёд.

«Совместимость с Кайреном Роу: 99,87 %». На втором профиле стояло 99,61.

На третьем — 99,38. Вера медленно просмотрела остальные.

Самый низкий результат — 99,11. Самый высокий — 99,76. Она откинулась на спинку кресла.

— Вот это вы вырезали из моих материалов.

Кайрен ничего не ответил.

— Все шесть?

— Да, — сказал Рейнар.

— Все шесть женщин имели практически максимальную совместимость с одним человеком?

— Да.

— С ним.

Рейнар не стал уточнять, кого она имеет в виду. Вера всмотрелась в его лицо.

— И вы до сих пор считаете, что это второстепенная политическая деталь?

— Я считаю, что именно из-за неё расследование нельзя было отдавать человеку без допуска до приезда.

— Я уже приехала.

— Поэтому вы сейчас это видите.

— После того как в меня выстрелили.

— После того как стало ясно, что скрытие информации увеличивает риск больше, чем её раскрытие.

Его спокойствие начинало действовать ей на нервы.

— Кто они?

Рейнар открыл первый профиль.

— Аделин Восс. Тридцать один год. Биохимик. Погибла семнадцать месяцев назад при аварии частного шаттла.

Второй.

— Мирай Селен. Двадцать восемь. Представитель торгового дома Селен. Разгерметизация жилого модуля.

Третий.

— Наоми Керт. Тридцать четыре. Военный аналитик. Официальная причина смерти — острое нарушение мозгового кровообращения.

Четвёртая умерла во время медицинской процедуры, пятая — при транспортной аварии, шестая погибла на исследовательской станции. Шесть разных мест.

Шесть разных способов.