Новая фантастика 2026. Антология №10 - Дмитрий Швецов

– Нет, – ответил Виктор, усаживаясь на свое место. – Просто настроение хорошее.

Хель сощурил глаза.

– Ты лжешь. На тебе лица нет, – и вдруг посерьезнел. – Что случилось?

– Ничего, – Виктор отвел глаза и посмотрел в окно на благоухающий куст сирени.

Пока действительно ничего. Может, ему не стоило вести себя так любезно этим утром. Поддавшись сентиментальности, он захотел сделать последний день Хеля в этом мире приятным – своей многолетней службой он заслужил этот маленький жест, пожалуй. Но теперь Хель что-то подозревает. Это не к добру.

Виктор нервно потер ладони под внимательным взглядом Хеля. Пока заканчивать начатое, и поскорее.

Не доев свою порцию, Виктор рывком поднялся из-за стола. Ушел в рабочую комнату, открыл записную книжку на нужной странице, перечитал. Достал весь нехитрый инвентарь – ритуальный нож и мелок. Удивительно и смешно, что этого набора достаточно, чтобы оборвать чье-то существование.

У Виктора больше не осталось сил удивляться. И смешно тоже не было.

– Я понимаю, что ты вещь в себе, Виктор, – донесся хрипловатый голос с ленцой из-за стены, – но многие проблемы решаются гораздо проще, чем представляет твоя умная голова. Может, хоть намекнешь…

– Нет, – отозвался Виктор. Слово комом застряло в горле, насилу вырвавшись наружу.

– Ну будет тебе.

Хель неторопливо вошел в комнату. Погода стояла издевательски приветливая, за окном щебетали птицы. Солнечные лучи, пробившись через окно, теплым квадратом лежали на полу.

– Тогда пойдем куда-то развеемся. Проветришься. Погода гляди какая хорошая, – половицы тихо поскрипывали при каждом шаге. – Переживут твои страждущие без тебя один день. Можно к берегу реки сходить. Или в таверну. Или…

Сейчас или никогда.

– Тоже нет.

Виктор резко обернулся и посмотрел на Хеля через плечо, сосредоточив всю свою волю во взгляде. Это работало с мышами и воробьями, сработало с соседской кошкой. На людях пробовать Виктор так и не решился.

Но сервитор застыл как вкопанный. Его взгляд остекленел, каждый мускул на лице замер. Хвост напряженно и неподвижно выгнулся дугой.

Ни слова больше не говоря, Виктор подошел ближе и стал чертить мелом вокруг Хеля, стараясь не терять концентрации на двух процессах одновременно. Паралич и круг. Застывшее тело и линия мелом. Удержание и…

– Признаться, я впечатлен.

Виктор поднял на Хеля хмурый взгляд. Тот не издавал ни малейшего движения. Но, когда Виктор вернулся к черчению, снова отдав часть своей силы кругу, Хель заговорил снова. Тело оставалось неподвижным – видимо, ослабленной концентрации хватило лишь на речь. Виктора это в целом устраивало.

– Впечатлен и… разочарован. Я думал, мы неплохо поладили, Виктор. А ты вот так.

Виктор, все еще сидя на корточках, сдвинулся чуть в сторону, оценивая проделанную работу. Хороший круг без прорех и со всеми нужными элементами.

– Как так? Так же, как ты поступил бы со мной, если бы не был связан контрактом?

Сверху раздался лающий смех.

– Не было никакого контракта.

Эта наглая и безыскусная ложь настолько возмутила Виктора, что он встал в полный рост напротив Хеля, чтобы возразить – и заставить его заткнуться.

– Еще как был.

Хель молчал, и, пожалуй, стоило оставить его так, но Виктор зачем-то снова ослабил контроль, вернув способность говорить. Но Хель все равно упрямо молчал, лишь глаза его весело смеялись. Виктор выплюнул:

– Говори. Это приказ.

– Что тут скажешь? Ты, недоучка, призвал сервитора, но совсем забыл связать его контрактом. В твоем тексте призыва была пропущена одна очень важная строчка.

– Вздор.

– Совсем не вздор. Твоих сил и знаний хватило лишь на довольно слабого сервитора вроде меня – и того ты не ограничил. Я мог бы убить тебя прямо там, на месте, и вернуться к себе. И мог каждый день, пока жил с тобой.

– Так почему ты этого не сделал?

Лицо Хеля оставалось бесстрастным.

– Не захотел.

«Они хитры и обаятельны, но не дай им себя одурачить», – зазвучал голос Ишмы прямо у Виктора в голове. – «Жестокая, кровожадная тварь. Давно разорвала бы тебе горло, если бы могла».

– Ложь, – уверенно сказал Виктор.

– О? Сними контроль и проверь.

Виктору, конечно, не стоило соглашаться. Не стоило разговаривать с Хелем вообще – ни сейчас, ни в целом на отвлеченные темы, как он и хотел когда-то. Но ему отчаянно захотелось увериться в своей правоте – а потом с чистой совестью можно будет заканчивать.

И Виктор отпустил Хеля. Воздух сразу перестал гудеть от напряжения.

– Оставайся в круге, – отчеканил Виктор. – Это приказ.

Хель улыбнулся и поднял бровь. Покачал хвостом влево-вправо, будто оценивая его возможность шевелиться вновь. Повел плечами, разминая их с тихим хрустом.

А потом сделал шаг за очерченную мелом границу.

Виктор в панике окинул взглядом комнату. До окна – далеко, до двери – тоже. Он схватил ритуальный нож и сжал его так, что костяшки побелели.

– О, – протянул Хель без особого энтузиазма, наблюдая за ним. – Думаешь, тебе это поможет?

Он продолжал приближаться, пока Виктор пятился к стене.

– Все, чего я хотел, – это бежать, Виктор. Тебе даже известно почему, не так ли?

Твердая поверхность уперлась Виктору в спину. Вот и все. Отступать больше некуда. Еще шаг – и Хель прижмет его к стене.

– Служил тебе верой и правдой. Делал всю грязную работу – и вот так ты мне отплатил?

Рука, держащая нож, затряслась и стала скользкой. Только бы не выронить свое единственное оружие.

– Думаешь, моих скромных сил не хватит, чтобы свернуть тебе шею сейчас?

Виктор вскинулся и ударил. Хель перехватил его запястье в воздухе, совершенно не впечатленный.

– Я говорил, кстати, что тебе это не поможет?

Нож внезапно раскалился докрасна. Виктор зашипел сквозь зубы и разжал пальцы. Нож упал на пол с глухим стуком, и снизу донесся слабый запах гари.

– Столько вопросов и ни одного ответа, Виктор. Так на тебя похоже. Прикажи мне не убивать тебя, что ли.

Хватка Хеля соскользнула с запястья на кисть. Теперь она походила на дружеское рукопожатие, а Виктор, застыв, в полном ужасе смотрел в раскосые черные глаза, словно кролик в пасть удаву. Лицо, которое он видел каждый день, стало совсем чужим: губы поджались, на скулах проступили желваки.

– Я и волоса за все время на твоей голове не тронул, а ты собирался меня развоплотить. Так кто из нас чудовище?

– Я человек, – сипло выдавил из себя Виктор.

Хель сощурился. А затем сжал руку так, что в глазах у Виктора потемнело от резкой вспышки боли.

Он вскрикнул и осел на пол, не успев даже осознать, что его больше не держат. Прижал к себе переломанную конечность,