Тьма у трона - Элиот Лилит

– Вы с ума сошли? Да это же верная смерть!

Голубые глаза холодно сверкнули.

– Ах, так вы умирать плывете? А я надеялась, спасать его высочество.

– Да при чем здесь я?! Я военный, бесогон и…

– И кто-то должен будет отваживать живых мертвецов, пока вы будете грести, – Елизавета Алексеевна произнесла это таким ледяным тоном, будто надеялась холодом заморозить страх, который должна была чувствовать – не могла не чувствовать. Но сколько Алексей ни вглядывался, не находил в ее лице ничего, кроме мрачной решимости.

– Да какой от вас прок? – прорычал он, машинально продолжив бороться с узлами. Нет у него времени расшаркиваться перед заблажившей великой княгиней – каждая минута на счету.

– Во мне течет царский огонь.

– Течет? Да хорошо если хоть несколько капель наберется.

«А я, похоже, и правда не надеюсь вернуться живым. Иначе никогда бы не осмелился так с ней говорить».

– Этого вполне достаточно, – отрезала Елизавета Алексеевна. – Я возьму вашу шпагу.

Тут Алексей не выдержал – из горла вырвался хриплый кашляющий смех.

Елизавета Алексеевна даже не покраснела.

– Вы возьмете меня с собой, – отчеканила она. – Если вас останавливает долг, то я приказываю вам как великая княгиня и будущая императрица. Если сердце – то знайте, что, если вы не пустите меня в лодку, я брошусь вплавь.

«Весь мир сошел с ума, и мы вместе с ним».

Упрямый узел поддался, и Алексей перебросил ногу через борт. Скрестил взгляды с Елизаветой Алексеевной.

– Да зачем же вам…

Не дожидаясь протянутой руки, она скользнула в лодку и сорвала с его пояса шпагу.

– Эта проклятая гниль забрала у меня дочь. Я не позволю ей забрать и моего мужа.

Алексей покачал головой и оттолкнулся рукой от чавкающего берега. Две черные волны схлестнулись перед ними, но он, закусив губу, оттолкнул брызги. Что ж, ему терять нечего: даже если каким-то чудом переживет это путешествие, император уже решил, что не желает видеть его подле себя. За этой чертой все равно – что ссылка, что каторга, что гибель в бурной Неве. Ну а Александр…

Серебряный огонек терялся средь черных терний. Различить его было трудно, но хоть какой-то путеводный маяк.

«Тебя никогда нет в моих кошмарах».

Что поделать – когда весь мир в одночасье обращается кошмаром, встречи уже не избежать. Только бы дождался…

Справа проплывали огни растревоженных особняков, слева – полуголые деревья Летнего сада. Фонтанка мрачно бурлила внизу, и Алексей не мог отделаться от чувства, будто кто-то скребется ногтями о днище лодки. Впереди уже виднелись черные просторы разлившейся Невы.

– Вы бы сели! – крикнул Алексей великой княгине, замершей на носу лодки. – Так можно…

Огромная волна подбросила их на гребне, и Елизавета Алексеевна едва не полетела за борт. Вода плеснула ей на руку – она охнула, но только крепче сжала шпагу. Под ее кожей слабо засияло серебро.

Следующая волна чуть не вырвала весла из уключин. Если бы не бесы, из истерзанных неровной древесиной ладоней уже сочилась бы кровь.

– Да сядьте же! – прикрикнул Алексей.

Из воды вынырнуло что-то белое. Оно мало походило на человека – скорее, на бесформенный вытянутый пузырь.

Один молниеносный выпад шпагой, и пузырь повис на вспыхнувшем клинке. Затем медленно соскользнул обратно в воду.

Алексей чуть весла не выронил. Неужто ее высочество в самом деле владеет шпагой?

– Гребите быстрее, – попросила Елизавета Алексеевна. – Скоро их будет гораздо больше.

Алексей и так налегал на весла изо всех сил, но этого было мало. Волны, нисколько не согласуясь с дувшим в спину ветром, точно видели свою цель в том, чтобы если не перевернуть их утлое суденышко, то по крайней мере не дать ему пробиться вперед. Алексей попытался взять черное течение под контроль, но это было все равно что пытаться подчинить своей воле океан. Выходило только чуть-чуть сдвинуть угол, под которым несся на них очередной пенный гребень, или отшвырнуть летящие в лицо брызги. Пришлось сцепить зубы и молотить веслами по загустелой воде.

Алексей не знал, сколько времени ушло на то, чтобы преодолеть последние аршины Фонтанки и выплыть в мрачное полноводье Невы.

«Господи, – подумал он устало. – А ведь это только начало».

Алексей с трудом разглядел вдали очертания Заячьего острова и пронзавший темные небеса шпиль Петропавловской крепости. Рассвет и не думал заниматься.

«Грань веков, – подумал он с горечью. – Даже солнце не способно работать как надо».

Никогда прежде Нева не казалась ему такой широкой. Мышцы ныли, суставы трещали, а бухающая в голове боль стала почти невыносимой. По днищу лодки снова заскребли чьи-то пальцы – и сразу с двух сторон вынырнули утопленники.

Шпага пронзила залитый чернотой глаз. Второму Алексей, чуть не вывихнув плечо, зарядил лопастью весла в висок. С тихим плеском незваные гости ушли под воду. Но им на замену уже выползали новые. Все больше и больше раздутых белесых тел подплывало к маленькой лодке, влекомые волей темных вод.

Елизавета Алексеевна закусила губу. Клинок шпаги был вымазан чернильной жижей. Она колола и колола – Алексей едва различал искаженное напряжением лицо в вихре светлых кудрей. Вымокший подол тяжело хлопал у ее ног. Для человека, взявшегося за шпагу впервые, она сражалась слишком хорошо.

– Быть не может, – пробормотал Алексей и мощным ударом весла вышиб мозги еще одному утопленнику. – Вы что, тоже были в полку Нелидовой?

Елизавета Алексеевна вскинула брови.

– Смеетесь? Что бы подумали об Александре, если бы кто-то узнал? – Она снова занесла шпагу. – У меня просто был хороший учитель фехтования.

Алексей покачал головой.

Они все еще не преодолели и половины пути. Черные волны безумствовали вокруг, огромные и неумолимые, как боевые фрегаты. Мертвецы выползали все гуще. Белые опухшие пальцы хватались за весла и борта лодки. Кто-то вцепился в отворот рукава, и Алексею пришлось выпустить оба весла, чтобы с размаху вмять оплывшее лицо внутрь черепа. Потом – и вовсе вскочить на ноги и встать спиной к спине с Елизаветой Алексеевной, отталкивая нежить кулаками. Лодка качалась, на дне хлюпали чернила.

– Я вас предупреждал.

Елизавета Алексеевна не ответила. Свет в окнах крепости и в оставленном позади замке был равно далек. Небо на востоке оставалось темным. Где-то бил колокол.

Огромная волна взвилась в воздух и медленно, точно дразня, покатилась им навстречу. Алексей толкнулся в нее усилием мысли – без толку. Никакая злость, никакое отчаяние не могли остановить разбушевавшуюся стихию. Они застыли, глядя в лицо неминуемой гибели.

Шпага выпала из ослабевших пальцев великой княгини. Алексей подхватил ее, крепко сжал рукоять, хотя прекрасно понимал: оружие тут бесполезно. Он успел разглядеть