Хрупкость - Кортни Ли Винн

– Паук, – произносит она, беря в руки паучье кольцо, усеянное камнями, и по ее глазам я вижу, что Исабелл вспоминает наш первый разговор, когда она рассказала мне свою версию легенды о матери-паучихе.

– Продай его, если будет тяжело.

Исабелл качает головой:

– Я не продаю символы.

Я улыбаюсь и отдаю ей пригоршню украшений.

– Хорошо, что это не символы. – На глазах Исабелл появляются слезы, и я обнимаю ее.

В ответ она обнимает меня с удивительной для такой маленькой девочки силой. После нетерпеливого стука в дверь я отпускаю Исабелл и обращаюсь к Прейси:

– Дождись, пока мы уйдем.

Она кивает.

Не оглядываясь, я выхожу в коридор. Потому что если я оглянусь, то уже не смогу уйти.

Глава 63

Даген

Я в самом отдаленном уголке королевства Зем, за рудниками и карьерами, вдали от Мегакупола, где я жду женщину, по описанию похожую на Ло, которая, возможно, появится здесь.

Поединок Низзары уже начался, и эта мысль заставляет меня торопиться.

Место встречи на равнине за каменистыми холмами совершенно пустынно.

Каждая лишняя минута усиливает мою уверенность в том, что прямо сейчас Низзаре могут нанести смертельный удар.

Я оживляюсь при виде рудничной тележки, но это всего лишь шахтер из Зема. Глядя на его поникшие плечи, я понимаю, что это не Ло. Она слишком горда, чтобы сутулиться даже в чужом обличье.

Я жду.

Ло может появиться в любую минуту.

Но я не могу избавиться от усиливающегося ощущения ужаса, зная, что Низзара не нанесет противнику смертельный удар и не воспользуется своей силой, которой так боится.

Я продолжаю ждать…

Глава 64

Низзара

Дневник: страница 34

Я могу покидать замок только тогда, когда Даген дома и управляет делами после смерти Катрин. А это значит, мне придется торчать здесь еще две недели, мучительно размышляя, что могло вынудить короля Зо подослать ко мне убийцу. Так ничего и не придумав, я перечитываю украденные из Зо книги, в которых упоминаются два возможных варианта: истинный Король королей или наследник Зо с двумя Первозданными сосудами.

Меня вновь окружает безумие Мегакупола. Над зрительскими местами развеваются черные и красные флаги, напитки переливаются через перила, а трибуны заполняет мерный топот тысяч ног, отбивающих ритм «сражайся или умри».

Вот-вот раздастся сирена, и мой противник из Зема улыбается, словно рисуя в воображении самые болезненные способы меня убить.

Лиха что-то чуть слышно бормочет.

Я не вижу в зале отца.

Сория и Таррела так и не появились.

В королевской ложе сидит только Халикс.

Дэй все еще ищет Ло.

Наверху раздается оглушительный вой сирены. Я призываю силу Лихи, чтобы отобрать у противника меч, но мне едва удается сдвинуть его.

Он смотрит на меч, потом на меня, и на его лице появляется самодовольная усмешка.

– Я исчезаю, – шепчет Лиха.

– Не говори глупостей. Ты принцесса эльфов из Хешены – самого большого континента во всех семи мирах. Ты не можешь просто так исчезнуть.

Она чуть заметно толкает меня в щеку.

Мой противник в красной кожаной форме с шипами выпускает в воздух клубы оранжевого дыма. Черный меч и кинжалы вылетают у меня из рук и вонзаются в циновку у него под ногами.

– Это кристаллы пустоты, – объясняет Лиха, как будто поблизости нет могучего и кровожадного бойца, который только и ждет, когда я попытаюсь выдернуть свое оружие из пола. – Они ослабили тени внутри его, но почти опустошили меня.

– Тени, – тяжело дыша, повторяю я. – Какие еще тени?

– Именно так распространяется зло. Так появляются Пожиратели душ. Тени… Я тебя не подведу, – чуть слышно отвечает Лиха.

– Лиха!

Мой противник жестами приглашает меня подойти и забрать свое оружие. Я бросаюсь на него.

– Это все его кристаллы пустоты.

Я ухожу в сторону, пригибаюсь и совершаю прыжок, едва успевая увернуться от огромного меча.

– Они опустошают нас, – шепот Лихи еле слышен.

– Кого «нас»? – мысленно кричу я, едва избежав подножки.

– Его… меня… Граверу.

Я разворачиваюсь и наношу противнику удар предплечьем.

– Гравера – это его другой дух?

Лиха что-то невнятно бормочет.

Я проскальзываю под свистящим клинком, перекатываюсь по полу и протягиваю руку к торчащему из циновки мечу. Мои пальцы царапают рукоятку…

Противник бьет меня в живот шипованным башмаком, продырявливая черный кожаный костюм. При виде капающей на циновку крови он улыбается, и меня накрывает волна тьмы. Я поднимаюсь, игнорируя обжигающую боль под ребрами, и с разворота бью ногой по его кулаку, сжимающему рукоятку меча.

Я вцепляюсь в рубиновый клинок мертвой хваткой и поворачиваюсь лицом к своему сопернику.

Один из его кинжалов по самую рукоятку вонзается в мое правое плечо.

После этого удары начинают сыпаться на меня адским огненным дождем. Я едва успеваю парировать их в воздухе, направляя меч левой рукой и поддерживая его раненым предплечьем.

Лиха наполняет меня энергией, и я понимаю, что если высвобожу свою силу, это ее прикончит.

– Используй ее, – шипит она.

– Нет.

Тьма зовет меня, словно говоря «Опустоши ее. Она готова».

Я скриплю зубами, когда боец из Зема выдергивает из циновки мой черный меч и приближается ко мне.

Я блокирую нисходящий удар, но пропускаю другой мощный удар по ноге. Мне удается уйти от направленного в грудь меча, но на руке остается резаная рана.

Я защищаюсь и маневрирую. По мере того как мои блоки и развороты слабеют, я все чаще получаю удары. Мне удается блокировать скользящий удар по шее, и наши мечи, дрожа, скрещиваются в воздухе.

– Используй ее, – шепчет Лиха.

Мой противник спокоен, собран и уверен в себе.

До тех пор, пока я не делаю шаг назад, позволяя ему приблизиться, после чего наношу ему удар между ног своим покрытым шипами башмаком.

Он воет, и я вонзаю ему в плечо его собственный меч.

Из него вырывается волна оранжевого дыма, и над рингом бушует песчаная буря. Она обвивается вокруг меня, и я застываю на месте, не в силах пошевелиться.

Голубые глаза противника впиваются в меня.

Я могу пошевелить пальцами и головой, но моя одежда превратилась в сковывающие меня доспехи. Всякий раз, пытаясь поднять руки, я словно преодолеваю сопротивление в сотню фунтов.

Мой соперник поднимается, волоча за собой острие моего черного меча, подходит ко мне и бросает его к моим ногам.

– Используй мою силу! – Я физически ощущаю панику Лихи, но ее голос по-прежнему чуть слышен.

Мой враг приближается, и я вскидываю подбородок. Я встречу свою смерть без страха.

Он хватает меня за грудки, и его безумные глаза утрачивают выражение уверенного спокойствия.

– Теперь я убью тебя медленно. – Он вырывает у меня из рук свой красный меч и швыряет его рядом с моим черным клинком.

Струйка оранжевого дыма вкладывает кинжал ему в руку. Его улыбка становится похожа на оскал. Он разжимает мой стиснутый кулак и пронзает ладонь восьмидюймовым клинком.

Я стискиваю зубы и с силой сжимаю губы в тонкую линию, чтобы не доставить ему удовольствия своим криком. От этого его презрительная ухмылка становится еще шире. Я снова пытаюсь пошевелиться, но