Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

с Сури. Что предлагала ему эта жестокая женщина? Она навязывала ему странную идею о том, чтобы он был ее слугой… Зачем ей нужна власть в Беру? Как это связано с Желтым морем? Впрочем, о таком сложном Артур и не помышлял сейчас. Он лишь старался решить для себя, что будет отвечать врагу. В какие-то моменты у него не было никаких колебаний, и даже весь дух его возмущался против коварного предложения Сури. Артур, никогда в жизни не отступавший от своих принципов, просто не мог принять ее условия. Чего бы ему это ни стоило. С другой стороны, когда его тело в конвульсиях содрогалось от отголосков вчерашних мучений, на него накатывали страшные сомнения. Артур боялся, что не вынесет пытку, сдастся и таким образом предаст себя, всех тех, кого он любил, а также все, ради чего жил. Порой ему даже думалось, что согласиться на предложение Сури куда проще, чем еще раз претерпеть то, что выпало на его долю. Она предлагала ему легкое решение, но требовала взамен непомерную плату. То, что составляет главный элемент жизни каждого человека, – свободу выбирать между добрыми и злыми поступками. Этот выбор – нравственного толка, и если бы Сури предложила Артуру обычную смерть с возможностью сохранить свободу воли, он не задумываясь выбрал бы этот вариант, так как для него нравственные категории всегда представлялись более ценными. Однако Сури не хотела ограничиваться одной лишь смертью: она настолько беспощадно издевалась над ним, применяя изощренные способы истязания, что бедняга даже не мог вообразить, что сможет повторно это перенести. Каким бы твердым ни был его характер, какой бы несгибаемой ни была его воля, сейчас она дала трещину. И когда Сури тихо вошла в королевские покои и насмешливо посмотрела на Артура, обреченный даже внутри себя еще не знал, какое же все-таки решение примет.

Глава 38

Подай нам помощь в тесноте, ибо защита человеческая суетна

Войдя в комнату, Сури сразу же с интересом окинула взглядом пленника, желая в лице его прочитать ответ на поставленные ею условия. Впрочем, она нисколько не сомневалась, что победа в конечном итоге будет за ней. По мнению Сури, никакие идеалы не были выше смерти, которая представлялась ей неким решающим оружием, чтобы склонить врага на свою сторону. Тем более здесь речь шла о мученической смерти, что утраивало силу этого оружия.

Мальчишка выглядел отвратительно. Пожалуй, Сури была права, когда думала, что двух-трех общений хватит для того, чтобы уничтожить его. Разве много нужно, чтобы погубить человека? Под его темно-синими глазами чернели страшные синяки – свидетельство бессонной ночи, лицо было бледным и изможденным, словно он уже давно лежит без движения в этих королевских покоях без еды и сна. Уставший, дрожащий и в целом жалкий до такой степени, что Сури даже ощутила симпатию по отношению к нему. В конце концов, она уже так давно его знает, что практически может сойти за друга или родственника. Последние порой ведут себя еще более мерзко, а Сури казалась себе даже гуманной, предоставив пленнику право самому решать свою судьбу.

Артур ничего не говорил, и это ужасно ей не понравилось. Невоспитанный мальчишка должен был хотя бы поприветствовать ее. Глухое раздражение поднялось в ее сердце, и она сухо сказала:

– Продолжаем смотреть воспоминания?

Этой расчетливой фразой Сури намеревалась вызвать ответные мольбы прекратить истязания. Психологический прием, который всегда работает. Когда перед человеком окончательно закрывается дверь, он желает пройти в нее куда больше, чем пока она остается открытой, ибо люди всегда хотят того, чего у них нет. Артур посмотрел на нее тяжелым взглядом, помедлил, а затем тихо сказал:

– Это гораздо интереснее, чем разговаривать с женщиной, которая хочет тебя убить.

Сури удивленно воззрилась на Артура. Она не верила своим ушам. Теперь она уже не сомневалась, что пленник от всего пережитого лишился разума.

– Ты… Может, ты не совсем понимаешь? – холодно спросила Сури.

– Вроде я никогда не страдал непонятливостью, – отчетливо возразил Артур. Бедняга с наслаждением ощущал, как эти безрассудные ответы словно окрыляют и дают ему силу, хоть на самом деле они только отягощали его ситуацию.

– Глупец, ты просто не знаешь, что такое смерть! Твое тело начинает гнить и разлагаться, оно становится рассадником для некрофагов! Падальные мухи будут откладывать в нем свои личинки – каждая самка около двухсот пятидесяти яиц! – сотни червей, поедающих плоть… И уже ничего нельзя вернуть вспять, ничего не изменить! Полный конец, мрак, уничтожение всех светлых надежд и помыслов! Никакой любви, дружбы, планов на будущее!

Несмотря на всю сложность своего положения, Артуру вдруг стало смешно.

– Если убрать красочные описания, то получается законченный образ твоего слуги, который также не обладает ни одним из вышеперечисленных благ, – ответил Артур, едва сдерживаясь, чтобы не засмеяться. Вероятно, он был близок к истерике.

На мгновение Сури отвернулась от него. Какая нелепость! Неужели ей снова придется истязать сумасбродного мальчишку? Сури хотелось поскорее закончить с этим делом. Она решила предпринять еще одну попытку.

– В целом в своем желании помогать другим мы не так уж с тобой отличаемся… – доверительно начала она.

Артур насмешливо смерил взглядом врага. Он ничего больше не говорил, так как берег силы для предстоящего испытания.

– Тебе, конечно, эти слова могут показаться странными, – продолжила Сури, – но в них есть совершенная истина. Тебе известно, что такое Желтое море?

Артур покачал головой, но вовсе не оттого, что не знал. Он помнил, что ему рассказывал единорог. Однако ему хотелось, чтобы Сури говорила подольше, так как он внутренне боялся предстоящей боли, и если можно было хоть сколько-нибудь отсрочить испытание, то он старался сделать для этого все от него зависящее.

– Представь себе, что когда-то на земле существовал некий народ, который так же, как и ты, дорожил одной вещью – свободой воли. Этот дар им преподнесли милостивые единороги, но, когда тот народ попытался реализовать возможности, заключавшиеся в даре, и захотел жить самостоятельно, избавившись от власти единорогов, последние разгневались на них и навеки заточили в желтых водах – ужасной тюрьме, из которой нет выхода! Они – вечные пленники! А теперь, Артур, ответь мне на следующий вопрос… Разве бывает так, что сначала дарят подарок, а потом наказывают за то, что ты осмелился его взять? По-твоему, это справедливо? Единороги считаются светлыми существами, но я называю их лживыми порождениями мрака! Они не говорят всей правды, как я сейчас