Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

увидел, как я с вещами вышла из дома рано утром. По моим расчетам, никто не должен был заметить моего отсутствия, даже родные, но этот сосед увязался следом. Не спорю, он еще тот засранец, но у драконов вел себя… достойно.

После этой тирады повисла тягучая тишина.

— Извини! — это слово вырвалось одновременно и у Татьяны, и у ребят. Встретившись взглядами, они дружно расхохотались.

— Ребята, простите… Мне нужно зайти и посмотреть на раненого. Может, я смогу ему чем-нибудь помочь.

Помахав успокоившимся ребятам рукой, она побежала к дому тетушки Амары.

Глава 17

Доктор Элан уже осмотрел раненого и беседовал с Амарой, когда Татьяна вошла в дом. Заметив девушку, оба обернулись, одаривая ее вопрошающими взглядами.

— Доброго дня, тетушка Амара. Это я нашла вашего сына раненым в лесу, а рядом лежал мертвый хищник. Хотела узнать, как он себя чувствует?

— Вот, я же говорил, кто-то успел ему помочь, иначе не выжил бы. А крови потерял немерено.

— Я ничего не делала, просто попросила Создателя, чтобы он не дал Аннару умереть! — удивилась девушка.

— Так в том-то и дело, птенчик! — расхохотался лекарь. — Ты же радужная, а любая их просьба всегда возносится к Создателю. Попросив за юношу, ты вырвала его из лап смерти.

— Я не знала, что мой дар так силен! — совсем растерялась Татьяна, но тут же отметила про себя, что надо быть осторожнее со своими желаниями.

— Где-то у меня завалялась книга, написанная такой же радужной, правда давненько это было, но полагаю, с тех пор ничего не изменилось.

— Я была бы вам бесконечно благодарна, дядюшка Элан.

— Да, брось ты. Моя бабушка была радужной, это она написала книгу, скорее дневник воспоминаний. Жаль, что в нашей семье больше таких не рождалось! — с обидой в голосе произнес лекарь.

— Так у вас одни мальчишки на свет появлялись, а радужной может быть только особа женского пола. Вторая ипостась — радужная птица, дар Создателя, и неизвестно, в какой семье она явится миру.

Тяжкий стон, вырвавшийся из груди раненого, мгновенно приковал внимание всех присутствующих. Татьяна стояла ближе всех и тут же подскочила к нему. Он открыл глаза, и ее взгляд встретился с его.

Она словно утонула в его янтарных глазах, в их глубоком, темном омуте. Не в том, где плещутся солнечные зайчики, а в том, где царил вечный полумрак и таились неизведанные глубины. Падение было медленным и мучительным, но странным образом — приятным. Она чувствовала, как растворяется в нем, становится частью его самого. И в этот момент ей показалось, что она наконец-то дома.

Радостный вскрик Амары:

— Сынок! Очнулся! — вернул Татьяну из странного забытья, длившегося, казалось, вечность. Оба вздрогнули и, моргнув, отпрянули друг от друга.

— Я рада, что все хорошо! Мне пора, дел накопилось невпроворот! — пробормотала она, спешно выскользнула из комнаты, ощущая на спине его взгляд.

— Спасибо, Талия, за все. Не забывай нас, заходи в гости! — крикнула ей вдогонку женщина. Татьяна выскочила на улицу и прижалась спиной к стене дома, пытаясь унять бешеный стук сердца и привести мысли в порядок.

— Что это вообще было? — растерянно прошептала она и несколько раз мотнула головой, чтобы прогнать образ мужчины и его обжигающих глаз, а заодно — собрать разбежавшиеся мысли. День выдался странным. Она отвечала на вопросы бабушки и отца, разговаривала со старостой Елеем, передала ему подарок дракона, а к вечеру, обессилев, зашла в комнату и, сидя в кресле, уснула, не раздеваясь. Никто не осмелился её разбудить. Как бы она не шифровалась, но отец с бабкой заметили неестественность в поведении девочки. Скосив причину странного поведения Талии, родственники пришли к единому мнению, что она устала, оттого никто не ста её трогать.

Проснулась Татьяна рано утром, когда первые лучи солнца, пробивались сквозь ночную тьму. Сначала робко, словно не решаясь нарушить покой спящего мира, а затем все смелее и увереннее заливая все вокруг золотистым светом. Резко распахнув глаза, Татьяна хотела сменить позу и охнула. От сна в кресле ее тело затекло и ныло. Казалось, каждый мускул восстал против неудобной позы, в которой она провела последние несколько часов.

Сквозь полумрак комнаты пробился слабый луч утреннего солнца, скользнул по ее лицу, заставляя жмуриться и неохотно возвращаться в реальность. Она медленно выпрямилась, стараясь не делать резких движений, чтобы не усилить боль в спине. Короткий стон вырвался из ее груди, когда она потянулась, разминая затекшие конечности.

За людей теперь можно было не беспокоиться: староста подтвердил, что все продукты, присланные драконами, распределили по семьям, сообразуясь с количеством едоков. Призрак голодной смерти отступил, но Татьяна решила не останавливаться и продолжить свое «грибное дело». Впрочем, бизнесом это можно было назвать с большой натяжкой. Она ничего не продавала, рассматривая свои действия скорее как сражение за выживание.

Теперь Петровна могла со всей душой отдаться грибам. А для этого нужно было совсем немного. Главное — успеть перенести грибницу и высадить все в подвале дома. Все необходимое отец уже заготовил, оставалось только отправиться в лес и выкопать сокровище.

Усталость после напряженного дня сковала Татьяну, но ей требовалась разрядка — избавление от навязчивых мыслей после странной встречи с Аннаром. Вспомнив его взгляд, она ощутила ледяной укол, и тело пробила дрожь.

«Пока солнце не взошло в полную силу, надо идти», — мысленно подтолкнула себя Татьяна, схватила корзинку и направилась в лес.

Лес, еще вчера скованный зловещей тишиной, пробуждался, наполняясь щебетом птиц и шелестом листвы, словно приветствуя рождение нового дня.

Капли росы, застывшие на травинках, вспыхивали мириадами бриллиантов, отражая первые солнечные лучи. Аромат влажной земли и лесных трав густым дурманом наполнял воздух, пьяня и пробуждая чувства. Легкий ветерок играл в кронах деревьев, заставляя листья трепетать и танцевать в ослепительном свете, сплетая причудливые узоры.

Ручей, бежавший неподалеку, весело журчал, словно пересказывая истории, унесенные ветром из далеких стран. Его чистые воды, в которых, как в зеркале, отражалось небо, манили прохладой и свежестью.

Татьяна подошла к ручью и, сложив ладони лодочкой, зачерпнула ледяной воды. Она была восхитительна, именно такой вкус помнился ей из походов. Мысль о погибшей семье уже не так сильно терзала сердце, но легкая грусть все еще клубилась в душе.

— Хватит рассиживаться, пора за дело! — мысленно одернула она себя и, поднявшись, направилась туда, где давно примечена была грибница.

Работа была