Стена копий - Брэдли Бэлью

– Я видел, как Чедамин и Король тайно обмениваются сообщениями. Тайно обсуждают, как убить Кулашана, затем Месута. Более того, если бы ее не схватили, следующим она убила бы Онура, потому что Король рассказал ей о «кровавых строках», так он это назвал.

– Докажи, – потребовал Кагиль. Он был белый как снег, но жажда чужих страданий к нему вернулась. – Повтори стих.

Дауд явно испугался и засомневался. Произнести такое вслух… Даже знание об этих стихах грозило ему смертью. Разве что Короли сочтут его незаменимым… Но что, если нет?

Ты когда-то владел молодой женой,

Пировал, веселился, всегда хмельной.

Но по зову Бакхи ты стал иной:

Жуткий зверь, что рыщет во тьме ночной.

Пусть страшатся тебя племена кругом,

Отвернутся боги, пресытясь грехом,

И хоть голод твой будет все так же страшен,

Обернется добыча твоим врагом.

Короли пораженно переглянулись, но никто не назвал Дауда лжецом, не сказал, что стих фальшивка.

Чеда снова взглянула на Ихсана. Стих был напоминанием о сделке, которую они совершили на Таурияте: смерть Онура в обмен на имя ее отца. Но на ее взгляд Ихсан ответил равнодушием. Это было неудивительно: Короли сейчас пристально наблюдали друг за другом. Но сердце Чеды похолодело.

Все это – дело его рук. Это он сделал так, чтобы ее перевезли к Шукру. Он собрал Королей. Он передал Дауду сведения, которые тот сейчас выдал. Значит, когда Дауд назовет имя, это точно будет не имя Ихсана.

– Кто ей помогал? – вновь спросил Хусамеддин.

Дауд перевел взгляд на Зегеба.

– Король Шепотов.

Все обернулись к Зегебу разом. Чеда так пристально следила за остальными Королями, что едва его заметила. Он непонимающе смотрел в стол, моргая, словно только что вышел из своего темного дворца на яркий свет. И как будто не слышал ни вопроса Хусамеддина, ни ответа Дауда.

– Зегеб! – рявкнул Хусамеддин.

Зегеб резко повернулся влево, складки подбородков заколыхались над его воротом.

– Что?

– Ты говорил с ней?

Зегеб непонимающе уставился на него.

– С кем?

Хусамеддин с громким скрипом отодвинул стул.

– Ты передал Чеде кровавый стих Кулашана? Стихи Месута и Онура?

Зегеб покачал головой.

– Нет, – сказал он тихо, словно Хусамеддин просто предлагал ему еще вина. Да что с ним, во имя Великой Шангази!

Хусамеддин перевел взгляд на Чеду.

– Это был Король Зегеб? Это он помогал твоему плану?

Вот оно. Ихсан подстроил все так, чтобы обвинить Зегеба. Но должна ли она подыгрывать?

Впрочем, был ли у нее выбор? Если все сработает, еще один Король полетит с шарахайского трона. И ее сделка с Ихсаном останется в стиле.

– И что с того? – упрямо бросила она.

Комната взорвалась какофонией голосов. Одни сомневались в ее словах, другие, и среди них Ихсан, молили Зегеба рассказать им все, что он знает, – мнимые союзники, ищущие разумное объяснение происходящему. Азад и Хусамеддин требовали, чтобы Зегеб предоставил доказательства невиновности.

Все это время Зегеб глядел на них так, словно едва узнавал и не понимал, что творится. На его лице было написано сомнение. Беспокойство.

– Дайте ему сказать! – крикнул Кирал.

Голоса стихли, все повернулись к Зегебу.

– Ты злоумышлял против своих царственных братьев? – спросил Кирал. Голос его был тих, как зимний рассвет.

– Я… – начал Зегеб, подбирая слова. – Я не думаю, что… Я бы не стал…

В мертвой тишине к нему понемногу начало приходить понимание того, что сейчас случилось. Он стряхнул оцепенение, глаза у него сделались бешеные, как у безумного попрошайки на Желобе.

– Я бы никогда не…!

– Уведи их, – сказал Кирал Шукру, мрачно махнув в сторону Дауда и Чеды.

– Кирал! Скажи, что происходит?! – кричал Зегеб.

Сумейя и Камеил, вызванные Шукру, увели Дауда с Чедой, позади раздавались звуки борьбы. Чеда решила, что Короли убивают своего, но через мгновение раздался звучный голос Кирала: «Привяжите его к стулу!» – и дверь захлопнулась. Чем дальше они уходили, тем тише становились гневные тирады Зегеба. Дауд все оглядывался тревожно. Чеда оглянулась тоже и увидела, что Зандр, телохранитель Шукру, отлип от стены и следует за ними.

– Ты в порядке? – прошептала она Дауду.

– Ага, – ответил он, потирая лоб, словно пытался что-то придумать.

Индрис ударила его в ухо.

– Не разговаривать.

Дауд непонимающе тряхнул головой.

– Я не могу поговорить с Чедой?

– Не можешь! – рявкнула Индрис и толкнула его к стене, прижала, удерживая за горло.

Дауд впечатал ладонь с кровавым знаком ей в лоб.

Ее глаза распахнулись, рот открылся в молчаливом крике. Он просто ее коснулся, но она отлетела назад, словно ее лягнула лошадь.

Мелис и Камеил оттащили Чеду, Сумейя бросилась на Дауда, но тот быстро соединил ладони и развел, словно приглашая ее подойти ближе.

Зандр, шедший за спиной Чеды, забормотал что-то, напряженно глядя на Дауда, его руки двигались странно, словно он лепил горшок на гончарном круге. Пусть Чеда была в цепях, но достаточно близко, чтобы присесть и врезать ему плечом в грудь.

Он неловко завалился назад, попытался удержаться на идеальном мраморном полу, но лишь быстрее упал.

Ужасный порыв ветра взвыл, пролетая по коридорам, и тоже едва не сбил Чеду с ног, но затем поутих, завертелся вокруг, словно маленький смерч. Дев и Зандра разметало, будто листья, они вместе с потерявшей сознание Индрис взмыли ввысь, кружась, врезаясь в пьедесталы и цветочные горшки, и упали шагах в двадцати.

– Боги, Дауд, что ты творишь?!

Он взглянул на нее с огромным сожалением.

– Прости меня, Чеда.

Стоило ему соединить ладони, как между ними вспыхнуло пламя. Почти то же делал Хамзакиир, бросая огненные шары в Хусамеддина, когда они сражались на акведуке. Стоило Дауду развернуть ладони к ней, как пламя метнулось вперед стрелой. Чеда попыталась уклониться, но она была слишком близко, а огонь летел стремительно…

И вдруг распался надвое, по обеим сторонам от нее пролегли две горящие дорожки. Пламя взметнулось, Дауд обернулся и увидел бегущего по коридору Зандра.

Он попытался создать еще один огненный шар, но Зандр все продолжал свои колдовские пассы, каким-то образом разрушая его заклинание. Между ладоней Дауда затеплилось пламя, похожее на свечное, не больше, но все же он попытался бросить его в Чеду. Оно растянулось змейкой, впилось ей в бедро и подожгло одежду.

Зандр тут же сбил огонь, потащил Чеду подальше от плюющейся искрами, вспыхивающей огненной лужи на мраморном полу, и в тот же миг Чеда поймала растерянный взгляд Дауда, словно тот не понимал,