Узоры тьмы - Кэри Томас

кричащих со стен, под пронзительное карканье воронов, зовущих ее вперед, все выше и выше по спирали мертвых. Ей хотелось бежать, но ноги отказывались двигаться быстрее; ей хотелось закричать, но голоса не было. Выше и выше, круг за кругом. А потом…

Дверь.

Никогда еще она не оказывалась перед дверью, а эта была прекрасно ей знакома.

Дверь в комнату на верхнем этаже.

Почему она по-прежнему заперта? Она не должна быть заперта!

Вороны влетели в замочную скважину, на глазах у нее истончаясь и превращаясь в черное ничто; их рваные крики рассыпались в пыль. На пол упало перышко. Анна подняла его и вставила в замочную скважину, но замок вдруг закричал. Из скважины хлынула кровь, забрызгивая края ее сна, – слишком много, чтобы сдержать, – слишком много, чтобы унять. Анна упала навзничь… но позади ничего не было, и она полетела… полетела…

Она подскочила в кровати с криком, который не могла перевести, застывшим на губах. Откуда-то доносилось непонятное жужжание – это волчок беспорядочно кружился на полу. Прямо на глазах у Анны он вдруг закружился быстрее, а потом резко метнулся через всю комнату и, ударившись о стену, рухнул обратно на пол.

Против нее обратилась ее же собственная магия.

Анна зажмурилась, но глаза продолжали преследовать ее. Глаза тех девочек из школы.

Они были потерянными. Где они побывали?

Они были пленены. Чем?

Они казались странно знакомыми, как отражение в зеркале, как будто Анна уже знала то место, где они, потерянные, находились в плену.

Моя магия? Моя тьма? Она снова вырвалась на свободу? Неужели я все-таки утратила всякий контроль?

В школе их отпустили на рождественские каникулы досрочно, описав инцидент как эпизод «истерии на почве стресса». Анна опасалась, как он скажется на проверке, которая успела уже практически завершиться. Но куда больше ее тревожило другое. Она взяла телефон и открыла канал Хопкинса. Происшествие в их школе не попало на первые полосы крупных СМИ, но локальные новостные сайты и более нетрадиционные источники осветили его:

НОВОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ В ШКОЛЕ СВЯТОГО ОЛАФА ДЛЯ ДЕВОЧЕК

УЧЕНИЦЫ ШКОЛЫ СВЯТОГО ОЛАФА ГОСПИТАЛИЗИРОВАНЫ С ЗАГАДОЧНЫМ ЗАБОЛЕВАНИЕМ

ШКОЛЬНИЦЫ ИЗ ДАЛВИЧА СТАЛИ ЖЕРТВОЙ ИСТЕРИИ

КОЛДОВСТВО В НАШИХ ШКОЛАХ?

Последнюю статью Хопкинс перепостил у себя, снабдив выводом:

НАШИМ ДЕТЯМ ГРОЗИТ ОПАСНОСТЬ. ОСТАНОВИМ ЗАРАЗУ

Анна некоторое время смотрела на эти слова, не в силах поверить в то, что они с друзьями стали объектом внимания БППКП.

Она забралась обратно под одеяло. Ей хотелось спрятаться и не вылезать больше никогда. В ушах звенел тетин смех. А я предупреждала, что так и будет…

Анна в который уже раз принялась прокручивать в голове одни и те же мысли, пытаясь понять, что произошло. В той аудитории определенно присутствовала магия, она была совершенно в этом уверена. Но была ли это ее магия? Очередной выплеск? Анна не знала. А может, она была твоя, тетя? Анна уже начинала подозревать, что ее и впрямь преследует тетин призрак, что тетя каким-то образом действует через нее. Ей вспомнились слова Мор про духов – про то, что они не целые, а раздробленные. Что ж, проклятие, на протяжении нескольких столетий терзавшее ее семью, без сомнения, породило множество духов. Душ, разлетевшихся на куски в его мраке, плывущих над и под Завесой… в темные глубины Хада…

Или это было что-то другое?

Анна попыталась восстановить в памяти подробности происшедшего, но в сознании всплывали только разрозненные обрывки. Девочки – пальцы, сжимающие ручки, – конвульсивные движения – их глаза – учителя, бестолково суетящиеся вокруг. Единственным, кто сохранил самообладание, был инспектор, c его пустыми, как чистый лист, глазами, внимательно наблюдавший за всеми в аудитории, пока девочки писали, писали, писали…

После того как они наконец прекратили сопротивляться, их увезли в больницу, а Анну и всех остальных, кто присутствовал при этом, увели в крыло Эбери, чтобы они могли прийти в себя. Через несколько часов Анну вызвала на разговор секретарша Имза – интересовалась, где она находилась, чем занималась, что ее встревожило, что она видела, что сделала.

Недостаточно. Почему я не сделала больше? Почему не нашла способ прекратить это? Почему стояла столбом? До чего же я никчемная.

Секретарша поила ее чаем и сочувственно улыбалась, и на какой-то безумный миг Анну охватило желание выложить ей все без утайки – признаться, закричать, что это была магия, чудовищная магия, что им всем нужно спасаться от школы и от нее. Что это все она, Анна. Но ничего этого она не сделала. Она тихо и методично отвечала на все вопросы, пока ее не отпустили.

В дверь постучали, и Анна едва не подскочила от неожиданности, мгновенно разнервничавшись снова:

– Кто там?

Для Эффи, которая всю неделю пыталась вытащить ее из комнаты, было еще слишком рано.

– Дорогая! – послышался из-за двери голос Селены.

– Заходи.

Селена нахмурилась, и лоб ее прорезали мягкие морщинки.

– Ты все еще в постели.

– Еще рано.

– Да, но я тебя знаю, ты не любишь валяться в постели.

– Я подумала, что так будет лучше для всех.

Селена вздохнула:

– Ты не виновата в том, что произошло.

– Мы этого не знаем. – Анна принялась комкать одеяло. – Пять учениц впадают в безумие, а я оказываюсь неподалеку. Моя магия ведет себя непредсказуемо. Это опасно…

– Ты тут ни при чем, дорогая. Ты же говорила, что дела идут лучше, что ты снова занимаешься магией.

Анна опустила голову. Они уже не первый раз это обсуждали.

– Как бы то ни было, все это скверно, Селена. Это привлечет к нам ненужное внимание.

Селена подошла к кровати, присела на краешек и вытянула одеяло у Анны из рук.

– Школа утверждает, что это всего лишь стресс. Они не горят желанием поднимать шум и пугать родителей, а сделают все возможное, чтобы поскорее замять это дело.

– А вдруг БППКП не даст его замять?

Шея Селены напряглась.

– И втягивать их школа тоже не горит желанием.

Анна несколько раз кивнула. Ей очень хотелось верить Селене. Может, все действительно как-нибудь образуется. Может, школа решит все замять. А вдруг что-нибудь подобное случится еще раз? Анна почувствовала, как ее вновь охватывает паника: даже волчок ожил и сделал несколько оборотов на полу.

Анна с Селеной как по команде посмотрели на него.

– Вот видишь, – с горечью в голосе произнесла Анна. – Я не контролирую свою магию. Роуэн дала мне этот чертов волчок и сказала, что он поможет мне научиться лучше управлять своими эмоциями, но у меня не получается удержать его