Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

– меньше. Известные рыцари Варина в основном были избавлены от этого: их право участвовать в состязании не подвергалось сомнениям. Подробно расспрашивали только представителей не очень известных домов и тех, чье происхождение вызывало вопросы. Но до сих пор никому не отказали в праве участвовать.

Йоник наблюдал. Сначала участники сменяли друг друга быстро, без какого-то очевидного порядка: просто самые опытные и известные рыцари всегда заявляли о своих намерениях первыми. Йоник уже знал многих из них – не лично, конечно, но он о них слышал. Он провел в городе уже около двух недель и успел подслушать много разговоров в тавернах и на площадях.

Алерон был главным претендентом – с этим соглашались почти все, независимо от принадлежности к какому-то дому. Йоник этого ожидал. В первую очередь другим претендентам придется сражаться за победу с ним, но были и те, кто мог составить ему конкуренцию. Например, сэр Тэгон Каргилл, настоящий гигант, крупнее самого Амрона Дэйкара. Опытный боец, он славился своими мощными атаками. Еще сэр Бронтус Олоран, прекрасный фехтовальщик и большой ловкач. А сэр Далтон Тайнар был, пожалуй, самым опасным противником. В войну он сражался как герой, будучи еще подростком.

Были и другие. Родмонд, племянник Далтона, молодой и менее опытный, но такой же способный, как и дядя. Сэм Гаррик успел прославиться на турнирах, хотя и не входил в число рыцарей Варина. Как бы он смог командовать ими, случись ему одержать победу, Йоник не понимал, но таковы были правила. Участвовать в состязании могли не только рыцари Варина. Будь это так, Йоника бы здесь не было.

«Кто еще? – думал Йоник. – А, сэр Арнольд Хаксли, из малоизвестного дома. Натаниэль Олоран. Да, говорят, что он искусный фехтовальщик. Хотя его старший брат, сэр Киллиан, похоже, не собирается соревноваться».

Любопытно, но Элион Дэйкар, которого называют одним из лучших юных фехтовальщиков, решил не вызываться. Он сидел в толпе рядом с девочкой, которую Йоник принял за его сестру Лиллию, и мальчишкой, которого он видел среди вандарийцев, когда они ехали из Тукора в Расалан. Йоник решил, что это оруженосец Элиона. С ними сидела женщина средних лет, которая пару раз восторженно взвизгнула, но по большей части молчала. Судя по тому, как краснел мальчишка, она была его матерью.

Йоник понял, что Дэйкары и их союзники решили воздержаться от участия. Ходили слухи, что так и будет, но Йоник все равно с интересом наблюдал за разворачивающейся церемонией.

Он не особенно задумывался над происходящим: в конце концов, ему были даны четкие инструкции, поэтому он просто наблюдал и ждал. В следующие несколько минут вызвались еще семеро участников, но список желающих явно подходил к концу.

Йоник нервничал и оглядывался. Понять, кто собирался вызваться, было несложно: они ерзали, порывались подняться, пока кто-нибудь их не опережал, тогда они дожидались очереди и пытались снова. И вот теперь, наконец, все замерли.

Йоник встал. Глубоко вздохнул и начал спускаться к центру зала. Последний участник, чье имя Йоник пропустил, отошел от чаши, и все принялись смотреть по сторонам, ожидая, не выйдет ли кто-нибудь еще. Они увидели Йоника – загадочного человека, который спускался по лестнице. Все зашептались, хотя старались не шуметь. Если Алерона Дэйкара, который вышел первым, все знали, то с Йоником выходило наоборот. Он был для них все равно что дикий кот, случайно оказавшийся в зале. Все сразу заинтересовались.

Йоник вышел на площадку, приблизился к чаше и повернулся лицом к королю и Веррину Дэйкару. Все представители вандарской знати подались вперед.

– Кто вы? – спросил король, глядя на Йоника ледяными глазами. Его голос был строг, но в нем недоставало властности, звучавшей из уст Амрона Дэйкара. – Мне кажется, я вас не знаю. Назовите свое имя.

Йоник поклонился. На церемонию он надел бордовый камзол с темно-синей вышивкой: красивый, но не броский. В центре груди был вышит герб его дома: орел на фоне серебряного полумесяца. Все, включая короля и Веррина, пытались его рассмотреть. Герб мало кто узнавал. Так и было задумано.

– Фицрой из дома Ладлэм, – сказал Йоник, следуя инструкции. Ему выдали одежду и готовую легенду. Его заверили, что никто ничего не заподозрит.

«Потому что в противном случае – я труп».

Вытянутое, непропорциональное лицо короля застыло в раздумьях.

– Дом Ладлэм, – протянул он. – Понимаю. Орел и полумесяц…

Король кивнул, и его корона, украшенная множеством миниатюрных мечей, слегка съехала на лоб. Он поднял руку и поправил ее. Под короной заметно недоставало волос. В свои тридцать три он выглядел куда старше.

– А твой отец…

– Погиб, ваше величество, – ответил Йоник. – Маршалл Ладлэм, некогда рыцарь Варина. Я пришел, чтобы напомнить о его имени и доказать, что достоин вступить в орден вместо него.

Он говорил уверенно, с акцентом, характерным для жителей отдаленных земель за Северными холмами, в северо-западной части Вандара. Изобразить местную речь было несложно, но природную хрипотцу приходилось сдерживать после того, как он по глупости обменялся с Амроном Дэйкаром парой фраз несколько недель назад. К счастью, тот тогда не увидел его лица.

Йоник поднял глаза и заметил, что Первый клинок пристально рассматривает его. Он быстро отвел взгляд.

– Хорошо сказано, молодой человек, – звучно произнес Веррин Дэйкар. – Я знал вашего отца. Он был хорошим человеком, храбрым рыцарем. Он прекрасно распорядился всеми своими талантами. Я был огорчен, узнав его смерти.

Йоник опустил голову.

– Спасибо, милорд. Он всегда был высокого мнения о вас.

Король Эллис тем временем постукивал пальцами по подлокотнику своего трона. Он полагал, что этот жест придает ему глубокомысленный и мудрый вид.

– Я не помню, чтобы встречал вашего отца, – сказал он. – Когда он умер и как это случилось?

Йоник ждал этого вопроса.

– Два года назад, ваше величество. Он погиб на охоте. Несчастный случай. Лошадь сбросила. Он упал и сломал шею.

Несколько других рыцарей Варина закивали, но большинство из них смотрели на Йоника с безразличием. Маршалл Ладлэм был скромным рыцарем, без особенных талантов и больших земель. Он участвовал в войне, но рано получил ранение и быстро вернулся домой – о нем мало кто вспоминал.

– Вы были там, мастер Фицрой? – спросил король. – Когда погиб ваш отец.

Йоник кивнул.

– Был, ваше величество. Мы охотились вдвоем. Мне пришлось сражаться с волками, чтобы забрать его тело для похорон. Церемония была тихая.

– Понимаю. Мои соболезнования. Ваш отец был главой вашего дома?

– Нет, сэр, он был обычным рыцарем.

– А-а. Рыцарский дом. Что ж, хорошо. Судя по вашему акценту, вы из северных земель?

Йоник кивнул.

– Мы вассалы дома Таллоу. Правда, сейчас