Владыка запада - Владимир Александрович Сухинин

– Я умер.

– Хватит притворяться, коротышка, скажи, куда убежал друг царя?

– Он… Он… – Новый удар ногой под ребра заставил его сказать правду: – Сбежал. Иди к ящикам, там выход.

Но орчанка уходить не спешила, она присела рядом с гремлуном.

– Хочешь, полечу? – спросила она. И Свад облизнул губы. Он открыл один глаз, увидел зеленую образину, закрыл глаз и ответил:

– Дай опохмелиться.

– Дам, но сначала скажи, что нравится другу царя. Я его рабыня. – Свад внутренне ужаснулся: «Надо же, какое страшилище – и рабыня».

– Он любит мужиков, – неожиданно для себя брякнул гремлун. – Ты ему не понравишься.

– Э-э? Почему? – недовольно спросила образина.

– Ты некрасивая.

– Э?.. Ах, это? Так это временно, я просто немного больна, а так я белая и пушистая. – Свад представил белую пушистую ящерицу и поежился.

– Какой ужас, – прошептал он, – вот же не повезло Версамору. – Но затем, как обычный несчастный человек, который рад, когда у других несчастье, радостно ухмыльнулся.

– Ты чего ухмыляешься? – спросила образина.

– Не завидую я другу царя, – честно ответил Свад. – Дай опохмелиться, мне трудно держаться на ногах. – Образина поднялась с колен, подошла к бочке, понюхала и поморщилась.

– Как можно пить эту гадость? – спросила она. – Вино тут есть?

– Нет, вина нет, есть виски, наливай! – потребовал гремлун.

Образина сунула ему в руки черпак. Свад жадно сделал три глотка, потом еще пару и решил, что лучше впасть в забытье, чем видеть эту зеленую лягушку, допил черпак и снова отрубился.

Артем только приготовился отужинать, как из воздуха возник канцлер, взъерошенный, испуганный и со спущенными штанами.

– Версамор, не вздумай тут нагадить, – растерянно воскликнул Артем, но, принюхавшись, уловил вонь густого перегара. – Нажрались, черти, – осуждающе произнес он. – Как Свад находит выпивку? Ты ему ее достал? – спросил он испуганного, надевающего штаны канцлера.

– Нет, сир. У него таких настоек две бочки… И там зеленокожее страшилище. Она хотела меня изнасиловать. Скажите, сир, кого вы подселили к нам?

– Какое еще зеленокожее страшилище? – не понял его Артем.

– С такой рожей, – канцлер показал размер рожи руками, и Артем вспомнил, что отправил к Сваду Лишан.

– Постой, Версамор, а почему она к тебе полезла?

– Не знаю, сир, просто ваш советник сказал, что я друг царя. Это лестно, но, сир, я не просил для себя такой милости…

– А он что, так и сказал? – спросил Артем и рассмеялся. – Нет, Версамор, это рабыня для гремлуна Ты, Версамор, правильно сделал, что удрал, – и себе, и ей жизнь спас. В сумку пока не суйся, поживешь тут, выделю тебе палатку и слуг. Пусть они сами там разбираются.

– Спасибо, сир, вы меня здорово выручили… Но, если мне будет позволено узнать… Почему вы наказали Сунь Вач Джина?

– Почему наказал? – удивился Артем.

– Но эта рабыня, она такая… – шепотом ужаса произнес канцлер, – словами не передать, какая страшная.

– Она скоро скинет лягушачью шкурку и станет красавицей, – подмигнул ему Артем. – Еще завидовать будешь.

– Скинет… – прошептал канцлер, приходя в еще большее смятение. – Колдовство… Чур меня, чур меня, – и выскочил из шатра.

– Какой мнительный, – усмехнулся Артем и приступил к трапезе.

В следующий раз, когда гремлун пришел в себя, он увидел подол юбки из своего сундука.

– Гуня! – Рот Свада непроизвольно растянулся в радостной и глупой улыбке. – Гуня! – крикнул он, но к нему подошла другая женщина, красивая и черноволосая.

– Тебе чего, огрызок человека? Опять настойки?

– Ты кто? – удивленно промычал Свад, полностью сбитый с толку.

– Я рабыня друга царя, царь отправил меня ему служить.

– Служить?.. А… A где зеленая лягушка вот с такой рожей? – Гремлун показал большой круг руками

– Ее нет, она ушла, я осталась за нее. Так где тут друг царя прячется?

Свад мутным взглядом окинул женщину и пробормотал:

– Надо же так напиться, зеленая лягушка мне кажется красавицей.

– Эй, – удар ногой под ребра привел его в чувство. – Ты что, тут главный, полчеловека? Ты тут смотришь за имуществом? Рассказывай, что тут есть. Один сундук я не смогла открыть, мне нужны наряды, чтобы нравиться другу царя.

– Скройся с глаз моих, уродка, – закрыв глаза, ответил гремлун. – Дай мне спокойно умереть.

– Да подыхай, мне-то что? – ответила женщина и ушла. Свад немного полежал, потом пополз к ящикам, где был проход в нормальный мир. Его заметила женщина и строго спросила:

– Ты куда ползешь, червяк?

– Мне надо в отхожее место.

– Оно в другом углу, не вздумай нагадить между ящиками, – предупредила женщина. Свад уже влез наполовину и увидел сидящих за столом Артема и канцлера.

– Версамор, тебя тут заждались! – радостно закричал он, и вместе с ним появилась голова Лишан.

Артем с удивлением на них смотрел. Он молчал. Лишан обрадованно улыбнулась:

– Сир, ваш друг сбежал, что делать мне?

– Как сбежал? Вон он, с тобой торчит, – удивленно воскликнул Артем. И только сейчас понял, что не сообщил Лишан, кто друг царя, а она приняла Свада бог знает за кого.

– Тут огрызок мне мешает. – Лишан затолкала голову гремлуна обратно в сумку и захихикала: – Ой-ой, негодник, он мне под юбку лезет, – и дернулась. Затем не удержалась и выпала из сумки на пол шатра. Встала и отряхнулась.

– Лишан, этот коротышка и есть друг царя, а этот господин всего лишь мой подданный. Он канцлер. Возвращайся и угождай моему другу. – Артем склонил голову, разглядывая женщину, она восстановила свою прежнюю красоту и привлекательность. – Свад больше чем человек, он гремлун и второй человек в царстве после царицы, – добавил он.

Лишан тут же исчезла. Артем поулыбался и снова приступил к разговору с канцлером. Но тот, ошеломленный появлением красотки, сидел с открытым ртом.

– Это кто? – немного опомнившись, спросил канцлер.

– Это я, Версамор. Ты что, забыл, кто я такой? – удивленно спросил Артем.

– Я не про вас, сир, я про женщину…

– А, это… это лягушка, что сбросила шкурку, – улыбнулся Артем.

– А зачем она ее сбросила?

– Она наказана была злым колдуном, – не придумав ничего путного, брякнул Артем.

– Колдуном? Зачем?

– Кто его знает, Версамор, я не спрашивал. Давай по делу.

– Давайте, сир… И что, она будет то лягушкой, то красавицей?

– М-м-м, ты о чем?.. Ах, об этой рабыне…

– Сир, вы запретили рабство… – напомнил Версамор.

– Да, – сокрушенно покивал Артем, – но к ней это не относится, у нее особый статус.

– Какой статус?..

– Ну как у лошади. Ее не спрашивают, повезет меня или нет, садишься и едешь.

– А-а, понимаю, – закивал Версамор. – Она не человек, она лягушка.

– Почти, – отмахнулся Артем. –