Владыка запада - Владимир Александрович Сухинин

– Чего человек? – Канцлер растерянно посмотрел на Артема. А Артем понял, что опять использовал понятия своего мира, Земли.

– Ты человек, мыслящий за все государство, Версамор, потому слушай меня. О лягушке не думай.

– Хорошо, сир… Но, э-э-э… простите, я не могу не думать. Она такая красавица – и лягушка. А кто этот колдун?

– Этот колдун, – сурово, с раздражением произнес Артем, – я. Хочешь стать жабой?

– Нет, сир, – побледнел канцлер.

– Тогда давай говорить о делах царства, а не о лягушке.

– Слушаюсь, сир, – пролепетал испуганный канцлер.

– Хорошо, три раза глубоко вздохни, – приказал Артем. – Успокойся. – И, увидев, что канцлер сделал вдох и замер, напомнил: – И выдыхать не забудь.

Заметив, что Версамор уже пришел в себя и внимательно смотрит на него, Артем продолжил разговор.

– У меня есть большие запасы зерна для посевной. У крестьян зерна осталось мало, к весне они все съедят, и сеять им будет нечего. Ты продашь им зерно и заберешь то серебро, что я дал в качестве награды. Понял?

Версамор поморгал и кивнул:

– Понял, сир. А зерна много?

– Очень много, оно хранится в пещерах рядом с моим замком.

– А кто не сможет заплатить? – спросил Версамор. – Что с ними делать?

– Дать в долг и получить свое от урожая.

– М-м, – замялся канцлер, – может статься, что не все смогут отдать. У кого-то урожай погибнет, кто-то окажется нерадивым хозяином. Что тогда?

– Версамор, а ты как думаешь?

– Но раньше можно было забрать человека в рабство, а теперь нет. Вот я и не знаю, что с ними делать… Пытать?

– Нет, организуешь коммуны бедняков, назначишь над ними управляющего, охрану, и управляющий заставит их хорошо работать. Работать будут за еду, остальное пойдет в казну.

– О, сир! Вы очень хорошо придумали, как заставить их отрабатывать долги. Вы очень мудры, – польстил Версамор. – Может, тогда всех крестьян загнать в коммуны, пусть работают за еду, мы здорово разбогатеем…

– Нет, Версамор, всех загонять не будем. Я потому и царь, что мудр, а ты менее мудр, раз тебе такие нелепые идеи в голову приходят. Дело не в том, чтобы самому нажиться, а чтобы подданные были зажиточные. Чем зажиточнее подданные, тем больше налогов и тем богаче царь. Запоминай формулу успеха.

Но запомнить формулу успеха Версамор не успел, из воздуха выпал полуголый Свад.

– Бра-ат! – отчаянно закричал он, но высунувшаяся рука схватила гремлуна за волосы и затащила обратно. Он с воплем обреченного на казнь исчез.

– Что там происходит, сир? – испуганно спросил канцлер. – Может, вашему советнику нужна помощь?

– Я могу сделать предположение, – рассмеявшись, ответил Артем. – Лягушка решила моего советника помыть.

– Зачем?

– Он воняет.

– Сир, я все не осмеливался спросить, как он к вам попал? Он же из другого мира…

– Я тоже из другого мира. Как и ты, Версамор. Случайно он попал. Сунь Вач Джин – мастер проклятий, и он проклял руки Артама, в теле которого я жил. А проклятие всегда притягивает к себе того, кто это проклятие наложил. Вот я случайно и произнес заклинание призыва, и он появился.

– Что это за заклинание, что выдергивает существо из другого мира? Сир, вы очень… страшный человек, простите…

– Не страшный, везучий, Версамор. А заклинание простое, но опасное, хотя я уже не маг, и оно не сработает. – Артем улыбнулся и произнес: – Перпетуум мобиле. Вот видишь, ничего не происходит… – Не успел Артем договорить, как из воздуха появился тоскливо воющий голый гремлун, надутый, как шар. Он громко выпустил газы, закрутился по шатру, пролетел над головой канцлера, который все же успел пригнуться, и вылетел из шатра на воздух, при этом тонко воя, как циркулярная пила.

К удивлению Артема, вместо него в шатер заглянул пират Харальд Черный Ястреб.

– Могу войти, ваше величество? – спросил он.

– Входи, – машинально ответил Артем, который был ошарашен тем, что заклинание сработало. Харальд вошел и выглянул наружу.

– Кто этот летун? Он перепугал весь лагерь.

– Это советник царя, – произнес бледный канцлер, – иномирец, мастер проклятий, великий колдун Сунь Вач Джин.

– Он что, решил полетать голым?..

Его прервало появление обнаженной Лишан.

– Сир, – запричитала она. – Ваш друг надулся и выскочил из бочки. Как мне ему понравиться, если он все время чудит и сбегает?

– Лишан, уйди, я все решу, – отмахнулся Артем, и женщина исчезла.

– А это кто? – спросил пораженный увиденным Харальд.

– Это, – охотно пояснил канцлер, – лягушка, она сняла свою шкурку.

– Ну и дела у вас творятся, – удивленно произнес Харальд. – Вы уже захватили мой лагерь, захватили корабли, у вас летают голые колдуны, ходят голые лягушки, чего еще я не знаю?

– Ты не знаешь, что город тоже под моим покровительством, – ответил Артем. – Не переживай. Лагерь поделим или можешь новый поставить рядом. Корабли верну. Мы теперь союзники.

– Могу сесть, ваше величество? – без лишних церемоний ответил пират. – Вы уж простите, я попросту не привык кланяться.

– Не надо кланяться, я не всегда был царем, просто садись и поговорим.

Но в этот момент воины занесли голого гремлуна, облепленного снегом. Артем махнул рукой, и гремлун исчез.

– Теперь нам никто не помешает, – произнес Артем и взмахом руки отпустил воинов.

* * *

Тридцать четыре корабля, триста пиратов и четыре сотни воинов вторые сутки двигались на юго-восток, их гнало течение, которое шло обратно вдоль континента из северных широт. Сначала дул холодный пронзительный ветер, волны высоко задирали носы кораблей, и Артем некоторое время чувствовал тошноту от непрерывной качки. К его удивлению, ополченцы чувствовали себя вполне хорошо. Они сидели вперемежку с пиратами на веслах по двое: один пират – один ополченец, – и неустанно гребли, помогая течению.

Первой целью Харальд предложил сделать небольшой форпост княжества Вархарам на перекрестке торговых путей. По мнению капитана пиратов, его захватить было несложно, но зато можно было неплохо поживиться.

Через четыре дня непрерывного пути показалась цепь островов, и пираты бросили якорь у одного из небольших покрытых лесом островов, набрали свежей воды и высадились на берег.

– Переждем до ночи, – пояснил такое решение Харальд, – ночью приблизимся к форпосту, утром предложим властям сдаться, не захотят – надо будет посылать драконов.

– Разберемся, – неопределенно ответил Артем и принял план капитана пиратов.

Между ополченцами и пиратами не было драк, ругани или непонимания, как этого можно было ожидать. Пираты были суеверными людьми удачи, и если не повезло в этот раз, повезет в другой. Крестьяне были послушны, не роптали и все, что приказывали моряки, делали добросовестно. Со старанием. А совместный поход сделал их единомышленниками и объединял общей целью. Моряки