Компания «Охотники на монстров». Вендетта - Ларри Коррейя

Кулак кивнул, и варг тут же с невиданной скоростью понесся вперед к главному корпусу.

Появились новые всадники. Эсмеральда повернулась ко мне.

– Оуэн, иди с ним. Тебе нужно туда.

Я не понял, о чем она.

– Почему?

– Джули ранили.

Сердце дернулось куда-то мне в горло.

– Сильно? – О нет. Пожалуйста, нет! Я схватил крошечную Эсмеральду за плечи. – Что случилось?!

Она помедлила, не желая отвечать.

– Просто иди. Быстрее.

К нам подбежал второй варг. Я никогда раньше не катался на огромных волках. Орк протянул мне руку, зверюга наклонила башку, вопросительно глядя на меня. Черт, да я даже на лошади ездить не умел! А челюсти этой твари могли корове башку откусить. Одной рукой я схватился за протянутую руку, другой – за длинный мех и подтянулся. Варг тявкнул, дождался, пока я устроюсь, и сорвался с места. Я так схватился за орка, что, наверное, трещину в ребрах ему оставил. В свою защиту скажу, что очень боялся свалиться.

С Джули все будет хорошо. С Джули все будет хорошо. Я все повторял и повторял эту мантру, слишком испуганный, чтобы думать. Удивительно, но на варге не трясло. Испуганные салаги, заметив нас, вскидывали пушки, но опытные охотники их останавливали. Все это время я ехал, уткнувшись в шкуру варга. Пахла она кокосовым шампунем. До главного здания мы домчались за секунды.

Я соскользнул на землю, поморщился, неловко приземлившись на раненую лодыжку. Кулак уже стаскивал Предтечу со своего варга.

– Помогите Кулак, – прорычал он, сбежавшим с крыльца охотникам. Я узнал самого низкорослого, ВанЗанта, одного из командиров. Салаги, следовавшие за ним, явно испугались варга.

– Забрать Пред Течу… Безопасное место.

Салаги подхватили Эрла под дергающиеся руки и ноги. Кулак пошел впереди, показывая дорогу, а я вцепился в рукав ВанЗанта.

– Где Джули?

Он был плотный коротышка, остальной комсостав его в шутку прозвал Хоббитом. А еще с ним лучше было не связываться: бывший минометчик, чемпион по боксу в полусреднем весе. Он явно не ожидал меня увидеть.

– Как ты тут… Ладно, неважно. Пойдем скорее, – ответил он и побежал обратно по ступенькам. Я побрел за ним будто в трансе.

Раненых охотников перенесли в столовую, над самыми тяжелыми хлопотали медики. Трое орчих помогали своими магическими умениями.

Слишком много раненых, слишком много стонов боли… Из-за меня. Это все из-за меня.

– Где она? – спросил я.

– Была тут… – он показал на пустой пол. Все, что осталось, – окровавленное полотенце. – Мы отстреливались с крыши, а тут этот летун… Я засел с минометом, Джули корректировала огонь, но тварь налетела сверху, пробила ее броню… – Он чиркнул пальцами по животу. – Я сам отнес ее вниз. Рана была серьезная… Не могла она просто встать и уйти.

Он запнулся.

Я поднял насквозь промокшее полотенце.

ВанЗант опытный охотник. Он мог отличить тяжелую рану от легкой.

– Джули! – крикнул я в панике. Но никто даже головы не повернул – своих проблем хватало. Салаги, сидящие возле меня, выглядели контуженными на всю голову. Это нападение нам дорого обошлось.

Кто-то похлопал меня по плечу. Обернувшись, я наткнулся взглядом на черные очки Гретхен. По ним, как всегда, ничего нельзя было понять, но она мотнула головой, приглашая меня куда-то. Я пошел за ней. Дойдя до ближайшего женского туалета, Гретхен открыла дверь и кивнула – мол, туда тебе и надо.

Войдя, я услышал звук бегущей воды. Зеленый бронежилет Джули валялся на полу, мокрый от крови, с тремя вертикальными царапинами шириной в дюйм. Когти прошли прямо через кевлар.

– Джули? – несмело позвал я. Голос дрожал, колени подгибались, но я все-таки завернул за угол…

Живая!

Джули стояла у раковины, спиной ко мне, опустив голову. Длинные черные волосы упали на лицо, ладони уперлись в плитку на стене, словно она пыталась удержаться и не упасть. Сбросила рубашку, оставшись в одном лифчике. Все вокруг перемазано размытой розовой кровью.

Джули всхлипывала.

– Ты в порядке?

Она медленно подняла голову.

– Да. Но не должна быть. – Моя невеста повернула ко мне заплаканное лицо. – Смотри.

Она указала на свой живот. Кубики у нее были стальные, на них розовела полусмытая кровь. Живот пересекали три темные горизонтальные полосы, но в остальном Джули выглядела нормально, никаких ран.

– Не понимаю. Эсмеральда так говорила, будто ты умираешь. ВанЗант тоже был в шоке.

– Смотри, – снова велела она. Я наклонился. Три линии, черные, словно их углем начертили, но кожа вокруг здоровая. Выглядели они… знакомо.

– Быть не может! – Я отскочил в шоке. – Нет!

Джули убрала волосы с шеи. Полоска, которую она получила прошлым летом, увеличилась вдвое, сделалась широкой… Тот, татуированный, спас Джули, но мы так и не поняли, как это работает.

– Я прозевала эту тварь, когти прошли прямо насквозь. Я должна была умереть!

– Это невозможно…

– Невозможно?! – крикнула Джули. – Я сама себе кишки в живот засовывала, пока меня тащили вниз! Пятнадцать минут назад! А теперь я в порядке!

Я положил руки ей на плечи, но она вырвалась.

– Не трогай меня!

– Все хорошо, – успокаивающе сказал я.

– Я не понимаю, кто я! – воскликнула Джули и отвернулась, автоматически потянулась к шее, но, сообразив, что делает, с отвращением отдернула руку. С криком чистой ярости она впечатала кулак в зеркало и, увидев трещины, отступила, дрожа. По ее костяшкам потекла кровь. Она уставилась на свежие порезы, ожидая, что вот-вот случится нечто ужасное…

А я только и мог стоять, бесполезный и беспомощный. Кровь текла и текла по руке Джули. Ничего не происходило. Это был просто обычный порез. Она медленно разжала кулак и выдохнула. Пальцы ее дрожали, кровь капала, заливая пол.

– Ох, Оуэн… Что происходит? Что во мне сидит?

В ответ я мог только обнять ее и прижать к себе. Сперва она вырывалась, но я не сдавался, все повторял и повторял, что все будет хорошо. В конце концов она расслабилась и сдалась, горько всхлипывая.

– Все будет хорошо… – снова повторил я, а сам только и думал о том, что Сьюзан сказала мне в Мексике. «Ты же знаешь, что он ее убьет, правда?» Это штука с той стороны, значит за нее придется заплатить цену. Я погладил Джули по щеке грязной рукой. – Все наладится.

Наконец она перестала плакать.

– Мне надо идти… – произнесла она дрожащим голосом, и мое сердце дрогнуло в ответ. – Я им нужна.

Больше всего на свете мне хотелось ей возразить, сказать, что ей надо отдыхать,