Земля, что ты не покинешь - Энгус Уотсон

Императрица Лебедь Айянна наблюдала, как дети вута следят за динозаврами. Мальчик разинул рот и застыл от изумления. Фрейдис, державшая его за руку, смотрела печально, явно не ожидая ничего хорошего.

Почему, ну, почему она поддалась Чиппаминке? Она проявила слабость. Она могла бы найти множество оправданий, она могла бы обвинять других, но факт в том, что она должна была оставаться сильной. Люби Зефир удалось сломить заклятие, чтобы спасти ее, а теперь Люби мертва.

Фрейдис сказала что-то Оттару, и мальчик кивнул. Айянне была просто невыносима мысль, что придется увидеть смерть этих детей, не говоря уже о гибели ее младенца. Она готова на что угодно, лишь бы спасти их.

Палома Антилопа возвращалась к своим. Она успела сбегать на запад, к подножью Черных гор, чтобы проверить дорогу. Если не считать одинокого стада оленей, которых Палома распугала, чтобы хоть немного отвлечься, путь был совершенно свободен. Бизонья тропа вела прямо в долину, прорезавшую горы и поднимавшуюся наверх, вероятно, все же к спасению. Она не знала, почему им будет безопаснее в горах, но Ситси Пустельга сказала, будет, а Ситси знает все.

Палома бежала даже быстрее обычного, стараясь развеять свое горе от смерти Люби Зефир и в то же время вернуться раньше, чем остальных сожрут короли ящеров.

Она преодолела подъем, и показалась стая кучных голубей, тянувшая Равнинного Бегуна. Самого судна она пока еще не видела. И Палома понимала, что голуби вполне могут тянуть разбитую платформу с кучей наполовину изжеванных трупов.

Наконец она увидела судно, кальнианцы и вута на борту были живы и здоровы. Впрочем, короли ящеров показались в просвете в сотне шагов позади них, так что непохоже, что они останутся живы и здоровы надолго.

Видит Инновак, чудовища изумительны, настолько крупнее любых животных, каких Палома только осмеливалась вообразить. Хотя… их невероятные ноги восхитительны, гигантские челюсти выглядят пугающе мощными, зато странные, похожие на тростинки ручки, болтавшиеся на бегу, напоминали вялые конечности маменькиного сынка, которого впервые заставили заняться спортом.

Палома припустила с холма и запрыгнула на борт. Вута и кальнианцы угрюмо кивнули в знак приветствия, за исключением Финнбоги, который стоял на носу, взмахивая руками, словно изможденная птица, которая летела слишком долго и вот-вот рухнет с небес. Все они, вероятно, скоро умрут. Какая жалость. Сама Палома не собиралась умирать, если получится. Если все пойдет совсем уж плохо, не останется ни шанса, она моментально смотается, волоча за собой Софи и Ситси. Спасти Чоголизу, Йоки Чоппу или кого-то из вута она не сможет. Прискорбно, но факт.

– Впереди все отлично, путь свободен до самых гор! – крикнула она Софи. – Вот сзади не очень!

Софи кивнула, затем развернулась к Эрику.

– Думаешь, уже пора?

Твари были в девяноста шагах позади.

– Что собираетесь делать? – спросила Палома.

– Главное, чтобы треснуло, – сказал Эрик. – Чоголиза?

Чоголиза Землетрясение подняла один из бочонков с пауками. Он был большой, почти с Палому высотой, на самом деле, достаточно большой, чтобы вместить половину всех пауков, необходимых для производства шелка на всю голубиную стаю.

Палома поняла, что они делают, но не поняла, зачем. Ни шанса, что маленькие паучьи зубки хоть как-то побеспокоят ящеров.

– Как можно выше, – командовал Эрик.

– Нет, – возразила Софи, – просто брось, чтобы бочка разбилась.

Чоголиза выполнила приказ.

Бочка разлетелась рядом с их судном, разбрызгав в стороны щепки и оранжевых пауков.

Спустя миг первый ящер добежал до них. Остальные шли следом.

Они наблюдали.

Ящеры продолжали двигаться вперед.

А чего они ожидали?

– Ситси? – окликнула Софи.

– Довольно много пауков насели на первого ящера и на еще одного позади. Они поднимаются.

Палома присмотрелась. Действительно, мелкие оранжевые точки взбегали по ногам переднего ящера.

– Они хотят заползти им в задницы? – уточнила она.

– И почему я не подумал об этом? – в голосе Эрика угадывалось разочарование. – Но, с другой стороны, подозреваю, задницы у них тугие. Да я вообще не уверен, имеются ли у них соответствующие отверстия.

– Ситси? – попросила Софи.

– Они только на двух из них.

– Вот паразиты.

Передний ящер осознал, что по его телу рассыпались сотни пауков. Он заревел и заскреб смехотворно маленькими передними конечностями, стряхивая пауков с груди. Палома решила, что именно так поступила бы на его месте сама.

– Когда он заревел, целая масса их ринулась ему в пасть, – сообщила Ситси.

Чудовище замотало головой, разинуло пасть и издало сверхъестественный – КХЕ! – пытаясь отрыгнуть захватчиков, словно кот, старающийся избавиться от шерстяного катышка. Но вместо того еще больше пауков ринулось ему в пасть.

– Бросай вторую бочку, Чоголиза, – велела Софи. – В десяти шагах от первого ящера.

Бочка пролетела по воздуху и разбилась о землю. Первый ящер оставил попытки прогнать пауков, после чего заревел и сосредоточил все свои силы на погоне за Равнинным Бегуном. Похоже, полсотни проглоченных пауков вовсе не причинили ему никакого вреда. Он пронесся через дерево, разбив ствол и ветви в щепки, и даже не замедлил шаг.

– Конечно, существует вероятность, – рассуждал Эрик, – что яд пауков биба никак не действует на королей ящеров. У некоторых животных невосприимчивость к яду, смертельному для людей.

Ящер с грохотом приближался, ревя от радости, что охота близка к завершению. Второй монстр, наглотавшийся пауков, проходил те же стадии, что и первый: паника, попытки отряхнуться, а потом решение продолжать погоню.

– Теперь пауки на всех оставшихся ящерах, – сообщила Ситси спустя какое-то время, словно это имело значение, – кроме того, на котором едет Человек Бобр. Он бежал чуть поодаль, когда Чоголиза бросила второй бочонок.

– Кальнианки, ко мне, – приказала Софи. – Вута тоже.

Все столпились вокруг Софи.

– Мы все согласны, что наша цель – спасти Оттара, чтобы он мог добраться до Лугов?

Почти все мрачно закивали. Палома не стала. Ее цель была жить долго и счастливо.

– Прекрасно. Единственный человек, способный благополучно перевести мальчика через Черные горы и дальше – Палома. Значит, когда ящеры нагонят Равнинного Бегуна, она побежит на запад, посадив Оттара на плечи.

– Меня устраивает! – улыбнулась Палома. – Но что насчет остальных?

– С той стороны шесть ящеров и Человек Бобр. С нашей – все мы, несколько дюжин волков и пропасть голубей. Эрик, начинай уже налаживать контакт с волками. Скажи им, как они ненавидят гигантских ящеров, понял?

– Понял.

– Волк, я хочу, чтобы вы с Тайри и Кифом…

От рева едва не треснул сам воздух.

Бежавший впереди ящер взвыл, словно тысяча истерзанных собак, и споткнулся. Он грохнулся на землю с раскатистым треском, потом перевернулся, забил когтистыми лапами, задранными к небу. Одна нога лягалась