Глашатай теней - Керстин Холл

брали. Она значила для Вухаса меньше, чем ничего. Он убил бы ее без малейшего колебания. Так что да, я уберег ее от опасности. Ты бы никогда меня не простила, поступи я иначе.

– Да. – Карис смотрела прямо перед собой. – Но не в моем прощении дело.

– Готово! – Линдли отошла от кассы, размахивая билетами. – О, Винола, не стой там, поезд вот-вот прибудет. Я слышала, одному человеку голову оторвало, когда он вот так же высунулся за край платформы.

Ученая торопливо отпрянула.

Предостережение Линдли было ненужным: поезд явился только через четверть часа. Пока они ждали, она раздавала подсохшие сэндвичи из коричневого бумажного пакета. Панло продолжал сердито смотреть на всех. Хаеки, сидевшая возле кассы, наконец встала и пошла вдоль информационных щитов, делая вид, что читает объявления.

Винола, которая периодически поглядывала на светоуловитель, первой заметила перемену. Услышав ее возглас, Карис обернулась и увидела, как шар внутри клетки сменил цвет с черного на насыщенный, расплавленный красный. Воздух словно бы заскрипел. Синий небосвод рассекла линия: обжигающе-белая полоса, которая становилась все ярче по мере того, как простиралась вниз, к светоуловителю. Шар порозовел, затем пожелтел, а полоса расширилась, образовав в воздухе туннель шириной около пятнадцати футов.

Поезд появился в реальности. Обретая форму по мере снижения, он плавно опустился на землю, и его колеса с призрачным шорохом коснулись рельсов. Он был похож не на обычный поезд, а скорее на серую каменную трубу. Его борта плавно сужались, окна сияли черным на солнце, а из сети тончайших трещин, покрывающих его внешнюю поверхность, прорастали пышные зеленые лозы. Он замедлялся, замедлялся и тихо остановился у платформы. С грохотом открылась дверь в передней части вагона.

– Удивительно, – с уважением в голосе сказала Винола.

Карис последовала за Хаеки к двери. Интерьер вагона напоминал пещеру. Стены покрывал бледный лишайник, вдоль узких каналов, по которым текла вода, росли морские папоротники и соляной мох. Пахло землей, соленой водой и сыростью. Неровные каменные выросты окаймляли укромные ниши, разделяя пространство на ряд более мелких секторов.

– Я думала, что все призматические вагоны уже выведены из эксплуатации, – сказала Винола, поднимаясь в вагон. – Известно, что даже незначительное повреждение светоуловителей может привести к выпадению движущейся материи из межузлового пространства.

Карис посмотрела на нее.

– Вы хотите сказать, что поезд может вывалиться прямо из воздуха, пока мы в нем?

– Ну да. Но это вряд ли произойдет.

Линдли все еще стояла на платформе. Панло разговаривал с ней с напряженным и серьезным лицом. Карис видела, как он наклонился вперед, поцеловал девушку в лоб и поправил на ней шляпу. Линдли выглядела смущенной, но кивнула в знак признательности. Она взяла чемодан, быстро обняла старика и поспешила к ним.

– Готовы? – спросила она.

Глубокая вибрация прокатилась по полу, и дверь с шумом закрылась. С платформы Панло величественно помахал рукой. Карис подозревала, что он не видит их сквозь темные окна, но Линдли помахала в ответ. Ее взгляд метнулся в сторону Карис и Хаеки.

– Знаете, – сказала она, – я слышала, что в Мерсии люди ездят внутри гигантских пауков, управляемых их ложными Вестниками.

– Звучит кощунственно, – заметила Хаеки.

Поезд размеренно покатил по рельсам. Пол накренился, а затем, без малейшего сопротивления, вагон взмыл в воздух. Карис оперлась о стену. Панло и станция пропали из виду, за окном все поглотила белая дымка. Винола, завороженная, подошла ближе к окну.

– Всегда мечтала прокатиться в таком вагоне, – сказала она. – Интересно, где прячется навигационная формула?

– Пожалуйста, только не опрокиньте поезд, – взмолилась Карис.

– Вероятно, в передней части. Это логично.

– Винола!

– Ну не будьте же такой мрачной. – Винола отвернулась от окна. – Мы почти в Элудии. Пора бы уже и повеселеть.

– Сначала надо добраться.

– Если интересно, кажется, в хвосте поезда устроена историческая выставка, – сообщила Линдли. – Старые документы о Наркалисе и других Вестниках, которые подарили нам транспортные чары. Я помню, как читала таблички.

– Да? – оживилась Винола.

– Могу показать, если хотите. Хотя не очень-то это интересно.

– Нет, я бы посмотрела. Карис, Хаеки?

– Не возражаю. – Хаеки пожала плечами.

Шея у подбородка пульсировала в такт сердцу, обжигающе и настойчиво.

– Не сейчас. Постарайтесь не сломать ничего ценного.

– Зачем нам ломать исторический экспонат? Как его вообще можно сломать?

Карис направилась к нише, ближайшей к двери.

– Просто держитесь подальше от того, что удерживает эту штуку в воздухе.

– Странное недоверие. Безосновательное, я бы сказала, – прокричала ей вслед Винола.

Ниша представляла собой вполне уютное место. Камень рядом с окном выдавался вперед и служил скамьей, а низ под ногами покрывала мягкая подстилка из серо-зеленого мха. Стена за спиной была с удобным наклоном, Карис откинулась на нее, ощущая плечами приятную прохладу. У ног по пробитым в скале желобкам струилась вода. От нее исходил чистый и влажный запах, слегка отдававший мятой. Сквозь окно бледный свет туннеля переливался радугами, блики от них играли на ее коже. Карис рассеянно разминала пальцами мышцы шеи.

– Затекла? – спросил Ферайн.

– Ага. – Карис опустила руку. – Должно быть, неудачно спала.

Тень протянулась по другому концу скамьи, поднимаясь по стене так, что казалось, будто Ферайн смотрит на Карис.

– Странно думать, что мы почти на месте.

– Мм. – Карис изучала лишайник на стене рядом с головой. Он выглядел как тонко нарезанная бумага.

– Что?

– Ничего. – Она попыталась расслабить плечи. – Да, странно. Ты уверен, что с тобой все в порядке?

– Могу спросить о том же тебя.

Боль в шее постепенно утихала. Прежде чем покинуть гостиницу, Карис еще раз убедилась, что посылка Раско у нее в рюкзаке: что бы ни было в этой коробке, нужно доставить ее как можно скорее. Она также спрятала украденную Ферайном реликвию, хотя и не знала, что с этим старинным флаконом делать. Продать такую бесценную вещь, да еще в незнакомом городе, представлялось ей делом сложным.

– Я не жалуюсь. – Карис коснулась лишайника кончиком пальца. Он был похож на перышки. – Тем более что скоро я стану много богаче, если ты меня не обманешь.

– Не веришь?

– Нет. Я уже ошибалась.

По его голосу Карис поняла, что Ферайн улыбается.

– Правда? – поддел он ее. – Ты ошибалась?

– Заткнись. – Она попыталась сдержать улыбку, но безуспешно. – О чем тебя Винола спрашивала сегодня утром?

– Ты же понимаешь, что она говорила по-торайгиански не просто так?

– Да, чтобы я ее не поняла.

– Очень проницательно. Рад, что ты это заметила.

– Ты казался расстроенным.

Он покачал головой:

– Не совсем. Просто был удивлен.

– Ферайн, расскажи, ну же…

– Меня обучали методике сопротивления на допросах. Тебе из меня ничего не вытянуть.

– А если я снижу проценты на мои командировочные расходы?

– Следующий твой ход