Клятвы и руины - Хелен Шойерер

«Чертов трус».

Тенетворец завизжал и замахнулся когтями на менее опытных солдат, рассекая плоть и ломая кости.

Уайлдер рванулся вперед. Он не понимал, как этот ублюдок прошел испытание на посвящение. Он поразил монстра тремя выверенными ударами и вырезал его черное сердце.

Бедные щитоносцы разбежались кто куда, Себ же продолжил стоять с широко раскрытыми от шока глазами. Уайлдер с отвращением посмотрел на стража, если, конечно, его так можно было назвать.

– Я сказал тебе: и ноги твоей не будет в Тезмарре. – Уайлдер взмахнул клинком, и Себ выпучил глаза.

Но расправиться с этим подонком мечом – слишком просто.

Уайлдер протянул руку, схватил Себа за горло и оторвал от земли.

– Никогда не понимал, зачем ты в Гильдии. Мечом ты владеешь неплохо, – задумчиво пробормотал он, достаточно сильно сжимая пальцы, отчего сухожилия на шее Себа напряглись, а лицо покраснело. – Но в тебе нет ни мужества, черт возьми, ни силы воли. – Он сжал горло крепче. – Твой дядя связан с Гильдией, но ты… Чего ты добиваешься?

Он ослабил хватку, чувствуя, как кадык Себа трется о ладонь.

– Ну?

Себ хватал ртом воздух, вцепившись в руку Уайлдера.

– Он…

– Он – что?

– Хочет свои глаза в Тезмарре. Хочет, чтобы я… – он сделал еще один прерывистый вдох. – Поднялся. Однажды стал… Мастером Гильдии.

Уайлдер не выдержал. Он ядовито расхохотался, а затем вновь усилил хватку.

– Я окажу услугу всему миру, если убью тебя сейчас, – заявил он, наслаждаясь отчаянием в налитых кровью глазах придурка. Уайлдер представил, как сжимает горло Себа до тех пор, пока свет в его глазах не померкнет, а ноги не перестанут дергаться. Он это заслужил. – Но сделать это должен не я.

Уайлдер бросил Себа как мешок с пшеницей, и тот, упав в грязь, потерял сознание.

– Придурок, – пробормотал он и, снова заметив над головой Терренса, так его и оставил.

На окраине разгорелась битва, но она была небольшой и вялой, обе стороны были измотаны. Таков путь войны.

Терренс парил под звездами, уводя Уайлдера все дальше от бурного ритма сражения к лагерю на окраине.

Увидев, что скрывается в тени деревьев, он почувствовал, как сердце его едва не остановилось.

Прямо за первым рядом сосен стояла стальная клетка.

Вокруг нее стояли стражники, и, судя по всему, одни из лучших в Твере. При этой мысли Уайлдер стиснул зубы. Солдаты, которых сюда приставили, должны были не защищать свой народ, а следить за пленниками.

Кто-то вцепился в прутья клетки, и Уайлдер прищурился, вглядываясь.

Тенекрылы.

Десятки тенекрылов. Они теснились друг к другу, на их телах виднелись следы крови и синяки, некоторые не могли стоять. Сердце его учащенно забилось, он вглядывался в лица, выискивая лишь одного – того, кого знал так же хорошо, как самого себя. Но было слишком темно.

Он знал лишь одно: души в клетках уже приговорены. К пыткам, к смерти.

Вдалеке послышался грохот.

Уайлдер обернулся на поле боя, и от увиденного по коже его поползли мурашки, сердце едва не выпрыгнуло из груди.

Пропавший отряд Твера вышел из тени. И теперь он был на стороне врага.

От солдат, что покинули город, чтобы его защитить, не осталось ничего человеческого. Они обратились в изувеченных монстров тьмы и с пеной у рта собирались вонзить когти в людей, которые защищали Нотос, которые некогда были их товарищами.

Наконец Уайлдер увидел то, в чем не сомневался ни на секунду с тех пор, как они ступили в столицу. Силы зла ждали день и ночь, когда армии Срединных Королевств соберутся в одном месте.

Обреченные на верную смерть.

Легкая добыча, на которую вот-вот обрушатся силы тьмы.

Глава 41

Тея

Грохот вдали сотряс землю под ботинками Теи, отдаваясь вибрацией по всему телу. Сражаясь в залитых грязью полях, она вела свой небольшой отряд через хаос. Уайлдера не было видно, но Вернич Кровопускатель, идя в авангарде, обескровливал врага. Хоть он и был последним ублюдком, но Боевой Меч разрубал противников с такой жестокостью, какой прежде Тея никогда не видела.

По полю боя разнесся очередной грохот, и Тея, подняв голову и прищурившись, посмотрела на ночное небо в попытке разглядеть Завесу. Но не увидела ничего, кроме непроглядной черноты – где-то там была Рен, вместе с Фариссой они пытались залатать брешь в стене тумана.

Мечом Уайлдера она отразила удар в бок и кинжалом расправилась с нападавшим. Где же ее Боевой Меч? Это не было на него похоже – держаться в стороне от самого пекла.

Она огляделась по сторонам. В свете факелов и костров война царила во всем своем беззаконии. В воздухе стоял запах крови, рвоты и дерьма, люди умирали в собственных испражнениях. Солдаты с отрубленными конечностями и выпущенными наружу внутренностями сидели в грязи, они тряслись и смотрели в пустоту, пока вокруг них продолжал раздаваться звон стали.

Сверху приземлилась еще одна пара тенетворцев, и Вернич бросился к ним.

Тея тут же оказалась рядом.

Он лишь удивленно хмыкнул и продолжил сражаться.

Сейчас Тея демонстрировала все, чему ее научили, она двигалась так же, как Вернич – как воин, как Боевой Меч. Вместе они отбросили тенетворцев от своих войск.

Вернич обезумел: он безжалостно рубил конечности и даже откусил плоть монстра, когда тот попытался вцепиться в него когтями. Старший Боевой Меч сплюнул черную кровь в грязь и продолжил кромсать…

Как вдруг на поле битвы опустилась неестественная тишина.

И Тея увидела почему.

На них наступали войска. И, судя по форме, вернулись пропавшие воины Твера.

Только они сильно изменились.

Это не были ни тенетворцы, ни тенекрылы, но напоминали и тех, и других. Их тела под броней были скрючены и покрыты нечеловеческой кожей. Это напомнило Тее губительные силки.

Внезапно между легионом Срединных Королевств и наступающим отрядом монстров появился Уайлдер. Он занес свой единственный меч, приветствуя наступающее зло – одинокая фигура, готовая принять на себя всю мощь врага.

– Нет, – выдохнула Тея, сердце ее замерло. Она обернулась к своим отрядам. – Перестроиться! Быстро всем перестроиться, черт возьми!

Ринувшиеся на Уайлдера монстры взревели, и даже издалека Тея видела, как у их ртов пенится слюна и с каким диким блеском светятся их глаза.

– Тея! – раздался знакомый голос. – Тея!

Она лихорадочно огляделась и увидела, что к ней бежит Кипп.

– Разве ты не должен быть у стены?

– Да, но я кое-что придумал.

– Кипп, говори быстрее, – потребовала