Умрешь, когда умрешь - Энгус Уотсон

Вод не божество скрелингов, Финнбоги готов съесть набедренную повязку своего папаши. Раньше ему казалось, что местная религия несколько глуповата. Теперь он точно видел в ней смысл.

– Вута! – выкрикнул у него за спиной Толстый Волк, игравший с детьми и енотами.

Они разбили лагерь на каменистом выступе, выходившем на Матерь Вод. Дневной свет почти догорел, и Волк решил дождаться утра, чтобы пойти в город у реки, который они видели с утеса, и попросить там лодки. Люди охотнее помогают по утрам, заявил он. Финнбоги этот довод показался по-настоящему нелепым, ведь за ними по пятам идут убийцы, спастись от которых можно, переправившись через Матерь Вод. Он уже раскрыл рот, чтобы возразить, но тут до него дошло, что Волк хочет дождаться Кифа, Эрика и Бьярни, но не хочет, чтобы на них свалили вину, если вдруг оусла нагонит… И снова Финнбоги поблагодарил Локи, что не он принимает решения.

– Вута! Вута! – вопили Оттар с Фрейдис.

«Вот уж действительно, вута», – подумал Финнбоги, глядя на воду. Никто из трудяг не видывал подобного по меньшей мере на протяжении пяти поколений. От грандиозности того, что они уже совершили, и того, что ждет впереди, у Финнбоги кружилась голова. Они уже стали абсолютно другими людьми по сравнению с теми, которым всего несколько дней назад хотелось просидеть всю жизнь на берегу озера. Никакие они больше не трудяги. Они – герои и искатели приключений. Они – племя вута.

– Два каноэ связаны вместе, – произнесла Гуннхильд, поднимаясь, чтобы подойти к ним с Бодил и тоже полюбоваться видом.

– Связаны вместе? – переспросил он.

– Вон те большие лодки, идущие вниз по течению, должно быть, соединены. Подозреваю, они разделят их, когда пойдут вверх по течению на веслах. Наши предки были великими мореходами, разве вы не знаете?

Финнбоги, разумеется, знал. Это же очевидно. Невозможно пересечь тысячи миль соленого моря, если не отличаешь нос судна от кормы.

– Да-да, у них были огромные лодки с головами драконов…

– Эй, Хлюпик! – раздался жизнерадостный крик Тайри.

Он крутанулся на месте, словно проголодавшийся пес, которого позвали к миске.

– Что случилось, Древоног? – спросил он, изо всех сил стараясь придать себе бесстрастный вид.

– Поупражняемся, прямо сейчас?

– Конечно. Если хочешь.

Она предложила это первый раз с тех пор, как сошлась с Гартом, пять дней и миллион лет назад.

«Не спрашивай ее о Гарте, не спрашивай о Гарте!» – твердил он себе, пока они шли по тропинке, над которой порхали бабочки, и нагретый лесной воздух казался почти невыносимо тяжелым от аромата цветов. Финнбоги представлял себе, как они будут выходить на вечерние прогулки из своего дома в Лугах. Они отдыхают от детей, наслаждаются прохладой и направляются на одну тайную полянку, поросшую мхом…

А в реальном мире они нашли подходящее место для тренировки в просвете между деревьями недалеко от края утеса, и Тайри срезала две тонкие, но крепкие ветки в качестве саксов.

Одну она протянула ему, как будто все шло как обычно. Никакого перерыва в тренировках, и она не занималась любовью с чудовищем, тогда как ее настоящей любовью должен быть Финнбоги.

– Как там дела с Гартом? – спросил он.

– Сможешь блокировать этот удар?

– Ай! – Не успел он осознать, что она перешла в нападение, как она хлестнула его по бедру.

– А как насчет такого? – Она ударила по другой ноге.

– Ай!

– А такой?

– АЙ! – На этот раз по руке.

– Такой?

– АЙ!

– Такой?

– А-а-а! Перестань!

– Такой?

– А-Й-Й! – Это было его ухо.

Он пустился наутек. Она понеслась за ним. Он бегал кругами, прикрывая ладонями уши. Она смеялась, стегая его по заду веткой.

– Хватит, хватит, хватит! – кричал он, хохоча, несмотря на боль.

– Ты же сам хочешь!

Хлясь, хлясь.

– Ай! Ай! Хочу! Я очень-очень хочу.

Она остановилась, и он затормозил, тяжело дыша и смеясь, согнулся пополам, упираясь руками в колени.

– Ну а теперь, – сказала она, – хватит бездельничать. Как я только что доказала, тебе необходимо выучить несколько блоков.

– Ах, чтоб тебя енотом! – выругалась Палома Антилопа. – Мне очень, ужасно жаль.

– Что, почему? – Софи Торнадо поглядела на лодки грибоедов и поникла головой. Она заметила, что там не так.

– Эти лодки не сдвинулись с места с тех пор, как я нашла их несколько часов назад! – вознегодовала Палома. – Я так торопилась вернуться к тебе, что побежала обратно, как только заметила их, нет бы проверить и…

Софи вскинула руку, останавливая оуслу. Лодки покачивались на волнах, но никуда не двигались. И три грибоеда сидели неподвижно.

Палома вошла в воду, чтобы проверить. От огорчения она даже не побежала.

Грибоеды привязали каноэ к камням на дне, чтобы их покачивало течением. А чтобы сделать три фигуры, они набили одежду растительностью. Головы были из скатанных в шары прутьев, прикрытых волосами, – судя по всему, беглецы наголо остригли ради такого дела Кифа и того кудрявого.

На другом берегу следов не было, значит, они уплыли вниз по течению.

– Прихвати с собой часть волос! – приказала Софи Паломе Антилопе. – Йоки Чоппа, проведи обряд!

– Они направились на юго-запад, – сообщил чародей спустя короткое время.

– Но Киф говорил, они направляются на северо-восток! – сказала Талиса Мухоловка.

– Да… – вздохнула Софи. Она подняла голову и увидела, что солнце уже касается горизонта на западе. – Ночуем здесь. Нагоним их завтра.

Еще утром, пока они шли, Сасса Губожуйка услышала, как Гарт Наковальня спорит с Тайри Древоног, и прибавила шагу, чтобы услышать подробности. Если бы они не хотели, чтобы их подслушивали, рассудила она, могли бы поспорить в каком-нибудь укромном месте. Она услышала не все, но суть, похоже, сводилась к тому, что Гарт хотел уйти, бросив отряд, и уговаривал Тайри уйти с ним.

Ничего удивительного, что Гарт, дождавшись, когда Сасса с Волком останутся у костра одни, подошел и сказал:

– Мне кажется, нам стоит уйти прямо сейчас. Мы втроем и Тайри, без прочих.

– Какая интересная мысль, – заметил Волк.

– Это наш шанс. Без старухи и детей мы могли бы двигаться в три раза быстрее.

– А Тайри согласна? – спросила Сасса.

Гарт бросил на нее сердитый взгляд:

– Она передумает, если вы двое пойдете.

– А Финнбоги с Бодил?

– Она идиотка, а он идиот и слабак. Оба они мертвый груз. Останемся с ними, и мы покойники. А сами по себе мы получим шанс выжить.

– Помнишь, – начал Волк, – мы играли в Несоленом Море Олафа в одну игру: кидали друг другу камень, расходясь все дальше и дальше?

– Помню…

– Нам было бы гораздо легче, если бы мы сидели на бревне и передавали камень из рук в руки.