Кольцо - Стивен Бакстер

Она знала, что от ее реакции и быстроты мышления может зависеть не только ее собственная жизнь и жизни ее друзей, безопасность леса, но и будущее вида.

Мне следовало заняться плетением веревок, мрачно подумала она.

Она потянулась к своему уолдо гипердвигателя. Она поймала себя на том, что смотрит на собственную руку, осознавая чудовищность действия, которое собиралась предпринять. Свет заходящего солнца заливал клетку кроваво-красными оттенками; яркие золотистые блики отражались от материала ее перчатки.

Внезапно ее охватило глубокое чувство меланхолии. Она подавила крик; настроение было настолько сильным, что почти подавляло...

И поток эмоций исходил не от нее, а извне. Она поняла, что он исходил от ее спутника; ее молчаливого, невидимого спутника здесь, в клетке...

Голос Луизы звучал напряженно, почти невыносимо. - Прядильщица? Мы ждем.

Прядильщица веревок оглядела пустое небо Солнечной системы: обломки Солнца, блестящий аккреционный диск Юпитера. Несмотря на отчуждающее опустошение, было странно думать, что она будет последним человеком, который увидит этот вызывающий боль, отдающийся эхом собор космоса и истории. - Луиза, никто никогда не вернется сюда, не так ли?

- В Солнечную систему? Нет, - быстро ответила Луиза.

- Это кажется неправильным, - медленно произнесла она.

- Что не так?

- Что мы должны просто уйти вот так. Луиза, мы последние люди. Разве мы не должны...

Луиза рассмеялась. - Что? Прибить мемориальную доску к Каллисто? Толкнуть речь? "Кто уходит последним, выключите свет"?

- Не знаю, Луиза. Но...

- Прядильщица. - Всегда было совершенно очевидно, когда Луиза заставляла себя быть терпеливой. - Все кончено. Просто нажми на чертову кнопку.

Прядильщица веревок нажала рукой на уолдо.

Солнечный свет взорвался. Прядильщица веревок погрузилась в темноту, в море теней, заполнивших клетку. Она посмотрела на свои колени. Единственным освещением было тусклое малиновое свечение - гораздо менее яркое, чем у Солнца, - которое едва очерчивало контуры ее собственного тела.

Прыжок на гипердвигателе был таким же внезапным и плавным, как и тестовые прогоны. Внутреннего ощущения движения вообще не было: просто изменение освещения, как будто все это было не более чем каким-то мелким виртуальным трюком.

Она поерзала на своей кушетке. Позади нее жилой купол все еще покоился на хрупких на вид плечах корабля ксили, по-видимому, неповрежденный; бледный на фоне пустоты космоса, желтый человеческий свет, имитирующий потерянное Солнце, все еще исходил из сотен источников.

А за жилым куполом виднелась звезда, достаточно близкая, чтобы можно было разглядеть ее шар - такая же красная, как Солнце, но, очевидно, гораздо более тусклая и холодная. Звезда давала мало доступного света. За светящимся краем звезды зигзагообразной линией тянулись по небу шесть далеких звезд - немного ярче среднего. Рубиново-красная звезда на одном конце компактного созвездия сияла сквозь разреженную внешнюю атмосферу близлежащего звездного шара.

Более отдаленные созвездия представляли собой множество малиновых и желтых пятен, разбросанных по небу. Насколько она могла судить, они не изменились. Что ж, в этом не было ничего удивительного: она знала, что в эту первую прогулку Луиза не планировала уходить далеко.

- Как дела, Прядильщица веревок?

- Отлично, - бодро сказала Прядильщица. - Уверена, что ты знаешь это лучше меня, благодаря рассказам Марка.

Луиза рассмеялась. - Я научилась никогда не доверять этим чертовым приборам. Как прошла поездка?

- Так же хорошо, как и всегда. Так же плохо, как и всегда... Я так понимаю, мы все выжили.

- Я просто проверяю свои сводки. Насколько могу судить, никаких структурных повреждений. Один случай шока, - фыркнула она. - Мужчина, который упал с твоего большого дерева капок, Прядильщица веревок, когда скрылось Солнце. Дурак плавал вокруг, пока его не удалось поймать и втащить внутрь. Как мы и надеялись, инерционное экранирование доменной стенки НИКа защитило весь жилой купол от любых побочных эффектов прыжка... Прядильщица, не думаю, что многие люди на палубах даже поняли, что мы совершили прыжок.

- Хорошо. Похоже, так будет лучше. - Прядильщица веревок обвела взглядом небо. - Луиза, я думала, что Солнечная система достаточно удручающая. Но эта система - могила.

- Знаю, Прядильщица. Мне жаль. Но она на нашей траектории полета. Прядильщица, мы собираемся выйти из плоскости Галактики в направлении созвездия Центавра: к Великому аттрактору...

- Кольцу ксили.

- Если это так, то да. И эта звезда тоже находится в созвездии Центавра.

Главные звезды созвездия Центавра располагались на расстояниях от четырех световых лет до пятисот световых лет от Солнца. НИК, с сидящим на нем куполом "Северянина", собирался двигаться по грубой прямой линии через этот трехмерный макет, а затем дальше, за пределы Галактики, к самому Великому аттрактору.

- Прядильщица, поверишь ли, что я решила по сентиментальным причинам, будто мы должны прибыть сюда, в первый же прилет?

- Сентиментально? Об этом месте? Ты шутишь?

- Прядильщица, этот тусклый шар - Проксима Центавра: ближайшая к Солнцу звезда, удаленная от нас менее чем на четыре световых года. Когда я была ребенком и росла на Земле, мы едва достигли звезд на первых космических кораблях. Системы, подобные Проксиме, были местами дикой романтики, полными необычайных приключений и возможностей. Мрачные предупреждения Суперэта о непримиримо враждебных инопланетных видах, обитающих где-то там, только добавляли привлекательности для таких детей, как я... Я чувствовала, что должна выбраться сюда и увидеть все своими глазами.

Существо, находившееся вместе с ней в клетке, казалось, было удивлено этим - даже удовлетворено, подумала Прядильщица.

Прядильщица хмыкнула и принялась теребить материал своего скафандра. - Что ж, наконец-то ты добралась до Проксимы. И я тронута этими детскими воспоминаниями, - кисло сказала она.

Ты слишком сурова к ней, Прядильщица веревок...

Прядильщица продолжила: - Эта Проксима похожа на красного гиганта. Так что, я полагаю, птицы-фотино