То, что нас ломает - Мишель Хёрд

— Помнишь мои головные боли? Они стали невыносимыми после твоего отъезда, но я думала, что это какая-то глупость вроде гормонального сбоя. Врач сказал, что симптомы могут ухудшиться в любой момент.

В очередной раз мое сердце разрывается пополам, когда я вижу, какой шок обрушивается на Истона. Я пытаюсь подавить тихий всхлип, пока слезы продолжают катиться по моим щекам.

Боже, это слишком тяжелое испытание для любого из нас.

Истон разворачивается и отходит на несколько шагов, подняв руку и схватившись за затылок.

Как бы мне хотелось забрать у него эту душевную боль.

В воздухе повисает тяжелая тишина, пока Рэйчел не всхлипывает. Ее голос звучит хрипло: — Истон?

Он резко вдыхает, разворачивается и подходит к ней. Подняв руки, он обхватывает ее лицо и говорит: — Мы обратимся к третьему и четвертому специалистам. Должно же быть какое-то лечение, которое поможет. Я найду лучшего, черт возьми, врача в мире. — Он крепко прижимает ее к своей груди и целует в макушку. — Я найду кого-нибудь.

Может, Истон действительно сможет что-то сделать? Он богат, и у него наверняка есть связи.

В мое сердце просачивается робкая надежда, и, отчаянно нуждаясь в каком-то занятии, чтобы не стоять без дела, я подхожу к шкафчику и достаю три кружки, чтобы приготовить свежий кофе для всех.

Видит Бог, прямо сейчас мне не помешает еще одна порция кофеина.

Рэйчел плачет в объятиях Истона, пока я готовлю напитки, и они отпускают друг друга лишь тогда, когда я ставлю три кружки на кухонный остров.

Я быстро отношу две остывшие чашки к раковине, выливаю содержимое и споласкиваю их.

Затем присоединяюсь к Рэйчел и Истону за столешницей, и пока мы все пьем кофе, вокруг нас висит гнетущая тишина.

Мой взгляд скользит по лицу Истона — его черты напряжены от тревоги и горя. Желание обнять его становится почти невыносимым, но вместо этого я кладу руку на плечо Рэйчел.

Она смахивает слезу со щеки и произносит: — Я не знаю, как сказать Лэйни.

Истон качает головой, и его взгляд останавливается на сестре.

— Подожди с этим, пока не посетишь других врачей. Я хочу быть абсолютно уверенным, прежде чем мы обрушим на нее эту новость.

Тяжело вздохнув, Рэйчел кивает, а затем переводит взгляд с Истона на меня.

— Нова сказала, что останется так долго, как нам будет нужно.

Его внимание переключается на меня.

— Ты действительно сможешь остаться на неопределенный срок? А как же твоя работа и жизнь в Вероне?

Я качаю головой.

— Нет ничего важнее Рэйчел. — Я прочищаю горло и добавляю: — И тебя с Лэйни. Я буду здесь столько, сколько потребуется.

Какое-то время Истон пристально смотрит на меня, его серые радужки кажутся темнее обычного из-за пережитого шока.

— Спасибо, Нова.

Я киваю, прежде чем сделать еще один глоток кофе.

— Если кому-то из вас что-нибудь понадобится, просто дайте мне знать.

Они оба одаривают меня слабыми улыбками.

Я покусываю нижнюю губу.

— Я не хочу никому мешать, так что если я буду путаться под ногами, просто скажите мне.

Рэйчел тянется ко мне и слегка сжимает мое предплечье.

— Ты никогда не сможешь нам помешать. Ты — семья.

Семья.

Ее слова ложатся целительным бальзамом на мое разбитое сердце. Даже если нам предстоит столкнуться с невозможным, я все равно благодарна судьбе за то, что нахожусь здесь, рядом с ними.

Глава 5

Истон

Странное чувство паники и бессилия охватывает меня, пока я сижу за кухонным островом с Рэйчел и Новой.

Все, что я когда-либо делал, было ради моей младшей сестренки. Черт, я почти ни с кем не встречался, потому что не хотел, чтобы хоть что-то разрушило нашу семейную идиллию. Рэйчел и Лэйни — весь мой мир. Без сестры я не смогу справиться со всем этим давлением. Все эти годы именно она не давала мне потерять связь с реальностью.

Я смотрю на Рэйчел, которой всего двадцать восемь. Когда наши взгляды встречаются, и я замечаю страх в ее глазах, мое сердце разрывается.

Встав с барного стула, я подхожу ближе и обнимаю ее. Прижав ее голову к своему животу, я клянусь: — Я найду того, кто сможет тебе помочь. Мы со всем этим справимся.

Рэйчел не кивает, а лишь цепляется за меня еще крепче.

Я ее не потеряю. Я не могу.

Отпустив сестру, я достаю из кармана мобильный и набираю номер Сильвии. Она была моим менеджером с самого начала и не раз вытаскивала меня из серьезных, дерьмовых ситуаций.

Был один случай, когда я положил руку на спину девочки-подростка ради фотографии. Пресса раздула из этого целую историю, выставив меня чуть ли не гребанным педофилом. С тех пор я наотрез отказываюсь прикасаться к фанаткам. Сильвия позаботилась о том, чтобы СМИ перестали печатать эту клевету.

В другой раз моя партнерша по фильму, Кейт Филлипс, распустила слухи, будто у нее есть видео, где мы занимаемся сексом. Сильвия так надрала задницу Кейт, что эти сплетни были задушены на корню.

К счастью, мой менеджер отвечает после второго гудка: — В чем проблема?

Я судорожно втягиваю воздух и какое-то мгновение просто не могу говорить.

— Истон? — Ее тон становится гораздо серьезнее, когда она произносит: — Поговори со мной.

Когда я наконец нахожу нужные слова, они даются мне с трудом: — Рэйчел больна. У нее рак.

Проходит несколько секунд, прежде чем Сильвия шепчет: — О боже. — Я слышу, как она начинает суетиться на фоне, продолжая: — Мне так жаль, Истон. Что я должна сделать?

— Отложи съемки и найди лучших врачей, которые занимаются глиобластомой.

— Глио… — Ее голос замолкает, и проходит секунда, прежде чем она восклицает: — Боже мой! Я сейчас приеду.

Звонок обрывается, и я изо всех сил стараюсь не раздавить телефон в кулаке, глядя на бледное лицо Рэйчел.

— Мне так жаль, что тебе придется отложить съемки, — извиняется она, выглядя абсолютно подавленной тем адом, который на нас обрушился.

— Не переживай о работе, — говорю я, чтобы ее успокоить. — Ты на первом месте.

Какое-то время мы смотрим друг на друга, затем ее лицо искажается от боли, она обхватывает себя руками и признается: — Мне страшно.

Мои глаза начинает щипать, когда я поднимаю ее на ноги, чтобы нежно