Человек дующий. Homo inspirans. История о том, как человек поставил дыхание на службу искусству - Владимир Александрович Зисман

«Юношей не обучать всем подряд ладам, а сосредоточиться на жизненно важных и простых. Высоконравственную, благопристойную музыку считать предметом великой заботы государства, которое обязано следить, чтобы музыка была скромной, простой и мужественной».

Будем считать тезисы Платона эпиграфом к этой главе.

Конечно же, с армией в первую очередь ассоциируются ударные инструменты. Барабаны, литавры, тарелки. Они очень удобны для того, чтобы играть на них и одновременно маршировать. Рояль и арфа в этом смысле не столь практичны. «Флаг в руки и барабан на шею» – уже давно сложившаяся идиома. Кстати, литавры были чрезвычайно распространены в те времена, когда в военных походах или в парадах участвовали лошади или ослики – их просто вешали по обе стороны несчастного животного.

Но никто же не называет военные оркестры «ударный оркестр». Нет, это украшение всяческих праздников называется духовым оркестром.

Потому что главными в духовом оркестре являются именно духовые инструменты, пусть на меня не обижаются ударники. Это же очевидно просто из названия. Я уж не говорю о других музыкальных инструментах. Вы когда-нибудь видели оловянного солдатика со скрипкой или виолончелью? Вот то-то и оно. А с трубами, тромбонами и флейтами – это пожалуйста.

Да что там говорить! Нет ничего более бодрящего, чем военный духовой оркестр, быть может, лишь за исключением тех случаев, когда он исполняет траурный марш[12].

Итак, главная задача духового оркестра – показать мощь и блеск армии, пусть даже и без стрельбы как таковой. Это эквивалент воинственного битья себя в грудь кулаками, принятого у народа маори, и прочих подобных проявлений этологии, задача которых полностью деморализовать потенциального соперника.

Поэтому вполне естественно, что духовой оркестр должен быть акустически громким, визуально блестящим и своим подчёркнутым ритмом (тут уж, конечно, без барабана не обойтись) приводить слушателя в состояние патриотического экстаза.

И, кроме того, военный духовой оркестр выполняет ту же роль, что танцы журавлей или трубный рёв маралов в брачный период. Независимо от того, какой оркестр вы слушаете, донельзя воинственный скрежет египетского военного оркестра или хэви-метал турецкого оркестра янычар, вызывающий добрую улыбку коллектив шотландских волынщиков или приводящий в изумление своими масштабами оркестр Китайской народной армии, смысл у них у всех один – это музыкально-социализированный эквивалент брачных игр в живой природе.

Что же касается траурного марша…

В определённой степени траурный марш – это продолжение военной музыки. Причём во всех смыслах, включая экзистенциальный…

Ну, и конечно же, духовой оркестр – желанный участник любых уличных празднеств, шествий, демонстраций или просто украшение танцплощадки. Именно в силу своих основных преимуществ перед прочими музыкально-организованными собраниями музыкантов – громкости, мобильности, неприхотливости по части природных условий, безусловной живописности блестящих инструментов, а также странноватой с точки зрения штатского избыточной изысканности украшений парадной военной формы.

Маленькое романтическое дополнение вдогонку

…Доктор Фрейд слова на ветер не бросал. Он хорошо знал, что всё, что происходит в этом мире, в первую очередь находит свой отклик в женских сердцах[13]. А стало быть, побочным результатом всего этого блеска и пафоса стали чисто женские реакции, которые мастерски выразил в одной фразе А. С. Грибоедов – «…и в воздух чепчики бросали». Да вспомните хоть «Метель» Пушкина, хоть «Три сестры» Чехова – военный человек в форме производит неизгладимое впечатление на женский пол. А если у него ещё и блестящий инструмент в руках…

Это я к чему клоню? К тому, что Фрейд и Протагор, в сущности, говорили одно и то же.

б) Коварство и любовь

Человек – существо довольно воинственное и коварное. А что делать? Трудное детство. В смысле, детство человечества. Трудное и голодное.

Конечно, можно долго и утомительно гоняться за добычей. Многие так и делали. Но некоторые предпочитали, чтобы еда приходила сама. Для этого те самые пассионарные лентяи, о которых мы столько уже говорили, сделали дудочки, подражающие звукам природы. Но не всем звукам, а только тем, какие издают животные или птицы в брачных целях. Или имитирующие их сигналы о том, что здесь есть чем подкормиться.

После чего прибежавших или прилетевших на призывные звуки вероломно и с удовольствием съедают.

Справедливости ради надо заметить, что аналогичные этически сомнительные приёмы применялись и в отношении людей. Абсолютно бесчеловечные нравы сирен исчерпывающим образом описал Гомер:

«Звонкою песнью своею его очаруют сирены, сидя на мягком лугу. Вокруг же огромные тлеют груды костей человечьих, обтянутых сморщенной кожей».

Как сказала Одиссею в конце своего рассказа царица Цирцея, «моё дело предупредить».

в) Фанфары

Тут есть некоторая лексическая проблема. Потому что словом «фанфара» называют и музыкальный инструмент, и музыку, которую он играет. Какая картинка возникает в воображении при слове «фанфары»? Сияющие в лучах солнца или прожекторов гордо приподнятые вверх блестящие трубы с яркими вымпелами, прорезающие воздух торжественными звуками.

Инструмент? Да.

Но музыка, пожалуй, важнее. В сущности, фанфары – это короткий набор музыкальных фраз. Но это самый-самый торжественный короткий набор музыкальных фраз, который существует в музыке.

Когда звучат фанфары, вы должны бросить всё, забыть о картошке, которую поставили жарить, о цветах, которые только начали поливать, об ослике, которого начали седлать, вы должны приоткрыть забрало на шлеме, остановиться на полуслове, не дожевав мысль…

Нет, конечно же, вы никому ничего не должны, просто сама по себе музыка фанфары делает всё, чтобы это произошло. Задача фанфары состоит в том, чтобы привлечь ваше внимание к событию, устроители которого считают его очень важным.

Скрипочка или флейточка подобного эффекта достичь не могут. Тут требуется что-то погромче и побрутальнее. Вот трубы или их многочисленные родственники – самое то. При поддержке остальных медных и, разумеется, ударных.

г) Сакральная функция

Бывали, конечно же, времена, когда инструментальная музыка вообще не допускалась к богослужению, как это было до XI века в Европе и как это по сей день происходит в православной традиции.

Но чаще всего, и это можно проследить ещё с библейских времён, картина применения духовых инструментов достаточно выразительна и ярка.

Мы об этом читаем в Библии, когда Господь даёт Моисею точные инструкции: «Сделай себе две серебряные трубы, чеканные сделай их, чтоб они служили тебе для созывания общества…» (Числа, 10:2). Этот инструмент, который назывался хацоцра, имел форму, идеальную