Не святые небеса: и духом, и телом - Д. Рапира

- Я не лгу.

Впервые его голос едва заметно дрогнул.

- Я не собирался запоминать твой смех. Не собирался помнить, как звучит твое дыхание, когда ты засыпаешь. Не собирался ждать твоих слов. Не собирался сомневаться.

Уэна замерла. Сад продолжал гибнуть вокруг них, но она больше этого не замечала.

- Ты спрашиваешь, зачем я это сделал, - тихо сказал он. - Потому что если бы я остановился ради тебя, то я бы предал все, ради чего шел до этого момента.

Ее губы дрогнули.

- А если бы не остановился...

Он кивнул.

- Тогда я предал тебя.

Между ними с треском раскололась земля. Белая галька посыпалась в пустоту.

- И что ты выбрал? - спросила она.

Лэйфтан долго, мучительно долго смотрел на нее, а затем ответил:

- То, что уже предрешено.

Ей стало холодно. Настолько, что она перестала чувствовать собственное тело. Уэна больше не искала эту правду. Она не отвела взгляда, выдерживая его до конца. В ее глазах не осталось прежней мольбы - только выжженная пустыня и зарождающееся пламя. Она больше не верила ему.

- Я ненавижу тебя, - ее голос прозвучал ровно, пугающе тихо.

Мир вокруг них трещал по швам, но Уэна сделала шаг навстречу - прямо к нему, сокращая последние сантиметры между ними.

- Я приду за тобой, Лэйфтан, - выдохнула она ему в самые губы. В ее голосе больше не было слез, только глухая, звенящая ярость. - Я убью тебя. Сама.

Впервые за все время Лэйфтан будто перестал дышать. Бездна в его глазах на мгновение дрогнула, но тут же застыла, превращаясь в монолит. Он смотрел на нее сверху вниз - пристально, жестко, оценивающе. На его губах мелькнула едва заметная, холодная улыбка. Вызов был принят.

- Попробуй, - тихо ответил он, и в его голосе теперь звенела абсолютная уверенность. - Ищи меня. Копи ярость. Выжигай себя дотла этой жаждой мести. Но я все равно закончу то, что должен. И никто, даже ты - меня не остановит.

Он медленно поднял руку. Почти коснулся ее щеки, заставив ее замереть, но остановился в нескольких миллиметрах, не дотронувшись.

- Поэтому я исчезну раньше, чем ты сделаешь свой первый шаг, - добавил он.

И в тот же миг мир вокруг окончательно раскололся.

Сад вистерий осыпался серой пылью, и свет погас. Остались только они вдвоем среди падающего пепла. И его последний взгляд, который теперь был страшнее любой правды, потому что в нем читалось ожидание их смертельной встречи.

- Просыпайся, Уэна! - издалека послышался голос Гвендолин.

- И запомни: ты хотела правды... - усмехнувшись, сказал он. - ...Вот она. Я и есть правда.

Уэна очнулась с криком.

В темной комнате. С мокрым лицом. С сердцем, которое больше не верило даже собственным воспоминаниям.

Грудь тяжело вздымалась, пальцы все еще судорожно сжимали плащ. Но Лэйфтана здесь не было. Был только серый утренний полумрак и Гвендолин, которая осторожно трясла ее за плечо.

- Уэна! Ну же, проснись, ты кричала во сне, - в голосе подруги звучала тревога. - Идем, уже пора на завтрак. Все собираются.

Уэна поднялась словно в тумане. Окружающий мир казался ненастоящим.

Вскоре они уже сидели в огромном обеденном зале. Вокруг звенела посуда, переговаривались десятки других магов, пахло свежим хлебом, запеченным картофелем и травяным чаем.

Жизнь здесь кипела, но для Уэны все происходящее было лишь фоновым шумом. Звуки долетали до нее будто сквозь толщу воды. Она бездумно ковыряла ложкой в тарелке, не притронувшись к еде. Внутри ее собственного тела все еще царил тот самый холод, от которого осыпалась белая галька.

- Уэна, на тебе лица нет, - Гвендолин наклонилась ближе, пытаясь заглянуть ей в глаза. Она протянула руку, слегка коснувшись ладони подруги. - Что тебе снилось? Это снова из-за него? Пожалуйста, поешь хоть немного, тебе нужны силы.

Но Уэна молчала.

В ушах все еще звенел ленивый, тихий хлопок аплодисментов и его финальное: «Ищи меня. Копи ярость».

Глава 24. Неизбежность

Ближе к полудню взгляды окружающих стали для Уэны невыносимыми. Но вслух ее никто не обсуждал - по крайней мере, она этого не слышала. Да и чужие разговоры ее не волновали. Все мысли Уэны занимал только Лэйфтан. В ушах до сих пор звенел его голос, а внутри разгоралось лишь одно отчетливое желание - остановить это безумие.

Не в силах больше сидеть на месте, Уэна поднялась из-за стола и направилась к принцу.

Она пришла в кабинет Икариса сама, без приглашения. Когда толкнула дверь, ослепительный белый свет больше не резал глаза.

Икарис сидел за столом, но, едва увидев девушку, мгновенно поднялся. В его движениях не было вчерашней строгости. Лицо принца смягчилось, а в глазах отразилась искренняя забота.

- Уэна... - его голос прозвучал удивительно нежно. - Проходи, пожалуйста. Рад, что ты пришла. На тебе лица нет, ты вообще отдыхала сегодня?

Она остановилась посреди кабинета.

- Я согласна, - сухо, без предисловий оборвала она его заботу. - Я отправлюсь туда, где он сейчас. И... убью его.

Принц вздохнул и медленно обошел стол. Каждое его движение дышало искренним состраданием. Он остановился в паре шагов от нее, бережно, едва касаясь, положил ладонь ей на плечо.

- Уэна... - почти шепотом произнес он.

В его взгляде читалась такая безграничная грусть, словно он всем сердцем проклинал судьбу за то, что эта ноша досталась именно ей.

- Мне было невыносимо больно просить тебя об этом. Если бы был другой путь... Если бы эта проклятая коса могла откликнуться кому-то еще... - Икарис резко замолчал, обрывая собственную мысль, - Ты ведь... столько всего вынесла.

Уэна подняла подбородок, но Икарис лишь сжал ее плечо, заглядывая прямо в глаза.

- Ты винишь себя, я знаю. Но послушай меня, - его голос звучал так мягко и убедительно, что любые сомнения таяли сами собой. - Ты ни в чем не виновата. Ты была лишь жертвой его обмана. Лэйфтан - монстр, который воспользовался твоей доброй душой. И то, что ты делаешь сейчас это величайший подвиг. Ты спасаешь Офру.

Он убрал руку с ее плеча и жестом пригласил присесть на стул. Сам Икарис подошел к небольшому столику в углу, налил в чашку горячий травяной чай и поставил его перед Уэной.

- Присядь, пожалуйста, - попросил он, возвращаясь на свое место. - Нам нужно обсудить,