Архитектура эпохи Возрождения. Италия - Владимир Григорьевич Лисовский

Бартоломео Амманати. Палаццо Грифони во Флоренции. 1563

Правда, и облик новых корпусов палаццо Питти во Флоренции, рассмотренных нами раньше, отнюдь нельзя считать полностью свободным от «мрачных» интонаций. Как эти корпуса, так и некоторые другие архитектурные произведения Амманати могут свидетельствовать о несомненном интересе, проявлявшемся зодчим к классической теме. Но в каждом случае мы встречаемся с различной ее интерпретацией. Например, трехэтажное палаццо Грифони, построенное в 1563 году во Флоренции на углу улицы деи Серви и площади Сантиссима Аннунциата, обнаруживает определенное сходство с римским палаццо Фарнезе, демонстрируя уже знакомые нам черты: преобладающую на фасадах гладкую поверхность стен, хорошо выявленный ритмический порядок в расположении окон, относительную простоту их обрамлений. Углы, как и некоторые проемы, обработаны здесь рустами. Очень выразительна цветовая гамма фасадов, основанная на сочетании не закрытого штукатуркой розоватого кирпича и серого камня. На архитектурном решении палаццо Грифони сказалась и причастность Амманати к профессии ваятеля: здание опоясывают междуэтажные пояса с филигранной орнаментальной резьбой, а в отделку вестибюля включены скульптурные детали.

В 1577 году Амманати разработал проект палаццо делла Синьория в Лукке, вслед за чем началось его строительство. От первоначального замысла в этом здании остались лишь фрагменты, но и по ним можно понять, что в данном случае Амманати тоже хотел показать связь своего индивидуального почерка с классическим прошлым, причем в форме, характерной для флорентийской архитектуры Кватроченто. Мы имеем в виду пристрастие мастера к графически четкой и даже, может быть, жесткой прорисовке деталей, контрастное противопоставление которых гладкой поверхности стены усиливается также фактурой и цветом. Однако именно в этом приеме некоторые историки видят симптомы ухода Амманати от конструктивной обоснованности классики, что неизбежно, по их мнению, приводило затем к маньеризму.

Бартоломео Амманати. Палаццо делла Синьория в Лукке. 1578. Фрагмент главного фасада

Нам же кажется, что именно желание продемонстрировать свою приверженность классическим идеалам побудило Амманати придать одной из своих построек характер своеобразной творческой декларации, способной наглядно подтвердить такую позицию мастера. В данном случае мы имеем в виду небольшой дворец Бернарди в Лукке, асимметричная композиция которого сразу заставляет вспомнить флорентийское палаццо Пандольфини. С произведением Рафаэля постройку Амманати сближает как общая, в духе флорентийского зодчества, трактовка форм, так и вполне узнаваемые частные мотивы, например мотив балюстрады или отделка входа мощным рустом, контрастирующим с гладью стены.

Бартоломео Амманати. Палаццо Бернарди в Лукке

Представителем следующего за Амманати поколения флорентийских архитекторов был Бернардо Буонталенти (1536–1608) – мастер, которого Б. Р. Виппер уверенно относит к маньеристам[171]. Приехав во Флоренцию в 1563 году, Буонталенти довольно быстро зарекомендовал себя способным зодчим и инженером-фортификатором, склонным к теоретическому осмыслению своего творческого опыта (о чем свидетельствуют написанные им трактаты «Книга о фортификации» и «Инженерное искусство»). Буонталенти принял участие в работах по созданию ансамбля садов Боболи, устроив в них грот, а после смерти Вазари заканчивал постройку Уффици, где вместе с Поччетти спроектировал большой восьмиугольный зал под куполом, названный «Трибуной».

Первой постройкой Буонталенти во Флоренции стал дом Бьянки Капелло на улице Маджо, датируемый 1567 годом. Имеющий три этажа, он невелик по размерам и выходит на тесно застроенную улицу плоским фасадом. Его самыми «звучными» декоративными элементами являются закрытые решетками окна первого этажа в монументальных наличниках и обработанный рустами портал между ними. Особую привлекательность дому придает покрывающая весь фасад тонкая орнаментальная роспись, выполненная в технике сграффито, – прием, который может свидетельствовать о связи автора этой композиции с маньеризмом.

Убедительным образцом маньеристического подхода к решению архитектурной задачи Б. Р. Виппер считает еще одно флорентийское здание, спроектированное Буонталенти, – Казино Медичео (ныне Дворец правосудия). Его возвели в 1574 году рядом с монастырем Сан-Марко и садами Медичи. Своим протяженным фасадом Казино обращено на улицу Кавур. Правильнее нам кажется другая оценка этого произведения Буонталенти – как решенного «монументально и просто»[172], то есть скорее в духе классики, а не маньеризма. Действительно, в композиции фасада Казино доминирующая роль отдана стене, на гладкой поверхности которой в широком, размеренном ритме размещены окна двух этажей. Наличники окон второго этажа слишком скромны по рисунку, чтобы привлечь к себе особенное внимание. В первом же этаже архитектор применил уже ставшую традиционной тему чередования лучковых и треугольных сандриков; вместе с другими немногочисленными декоративными деталями они обогащают фасад скупыми светотеневыми эффектами. В подобном действительно достаточно «простом» решении можно почувствовать опасность утраты архитектурным образом необходимой полнокровности, готовой уступить место излишнему лаконизму. Однако думается все же, что продемонстрированная здесь мастером лаконичная манера свидетельствует не о каких-то изъянах в художественном мастерстве, а о проявлении творческой индивидуальности.

Бернардо Буонталенти. Казино Медичео во Флоренции. 1574

Справедливость такого вывода, как нам кажется, достаточно наглядно подтверждает вилла Артимино, построенная Буонталенти в 1594 году близ Флоренции. Облик этого прямоугольного в плане трехэтажного здания, доступного для обозрения со всех сторон, также отличается предельным лаконизмом, граничащим со схематичностью. И здесь стены решены как абсолютно гладкие поверхности, являющиеся спокойным фоном для четко прорисованных многочисленных окон. Столь же четко построен весь объем здания: его углы артикулированы рустами, а сильный свес кровли словно ставит решительный предел дальнейшему развитию здания в высоту. Своеобразными и довольно интересными деталями композиции являются угловые треугольные выступы; напоминающие по форме крепостные бастионы, они усиливают присущее архитектуре виллы монументальное начало. Обращает на себя внимание то, как решен план здания: он абсолютно симметричен, причем роль ярко выраженного пространственного узла всей композиции отдана центральному залу, связанному с лоджией парадного входа на северном фасаде. Такой планировочный прием, значительно более ранний пример которого представляет собой вилла Медичи в Поджо-а-Кайяно, рассмотренная нами в главе об архитектуре Кватроченто, может служить образцом действительно классического понимания пространства.

Бернардо Буонталенти. Вилла Артимино близ Флоренции. 1594

Одной из областей строительной практики, где традиции классического мышления проявили себя достаточно определенно, была архитектура парадных дворов, включавшихся в композицию зданий общественного назначения. В качестве одного из примеров упомянем двор университета в Болонье, созданный в 1560 году, как полагают некоторые историки, в соответствии с замыслом Пеллегрино Тибальди (1527–1597)[173]. По периметру этот прямоугольный двор обходит двухъярусная аркада того типа, происхождение которого можно связать с двором монастыря Санта-Мария делла Паче Браманте: арки здесь совмещаются с ордером таким образом, что пилястры располагаются на пилонах, а антаблемент проходит непосредственно над вершинами арок. Такой же тип