Дневник 1917–1924. Книга 2. 1922–1924 - Михаил Алексеевич Кузмин

и уничижает меня. Вышел в «Красную». Кузнецова не было. Тютиков в наборной. Встретил его на лестнице, сияет. Крыжицкий в саду. Ставит «Стрекоз»20. Уговорились с Орловой насчет вечера. Юр. не захотел. Нет свечек и булок. Затопил печку. Отгласил бедного Левушку. Орлова массируется. Тихо, довольно благоустроенно. Поиграл «Фраскиту». Взял Жильбера. Может быть, его буду и переводить. Юр. оставил записку. Пошли с О. Н. и Введенским в «Великан»21. Пришел голодный. Что-то начинается. У Черномордиков проводят электричество. Вот так.

5 <р.>

17 (пятн.)

Куда ходил утром, не помню. После обеда отправился в Госиздат. Выскакивает из трама Дмитриев, ехал к нам уговаривать прийти на «Корону и плащ»22. Мил и лиричен. Ходил со мною в Госиздат и потом к Елисееву и всюду. Как был бы я рад года два тому назад. Докладывал о Радловых, у которых он поселяется. Обсуждаются и наши дела. Кажется, меня не ругают. И благосклонны к Льву Львовичу. Закупал с восторгом, даже с увлечением. Лев Льв<ович> пришел не очень поздно. Была О. Н., сначала еще постылый Сторицын. Пришла О. Н. вечером. У нас проводили электричество. Прелестна оперетка Жильбера. Когда играл, О. Н. отсела даже на диван от Льва Львовича, «для того, чтобы я не волновался», как он выразился. И потом долго не шла. Уже и Юр. пришел, и есть нам захотелось, а ее все не было. Левушка лег на диван. Восхитительные у него ноги и фигура, и потом он, кажется, теперь действительно принял положение вещей и не тяготится им. Ужинали прелестно. Юр. взял <нрзб>, а я, позабыв об этом, долго ждал его, покуда не вспомнил.

30 <р.>

18 (сбт.)

Писал все утро23. Прохвост тот и не думает ничего предпринимать. Ходил в «Красную». Выдали быстро, но меньше, чем я думал. Что-то мне тоскливо. Решил не ходить к Лопуховой. У нас сначала сидел Фролов. Потом О. Н. и Введенский долго сидели. Билет мне в кассе. Ждал Льва Льв<овича>, ужасно волнуясь. Наконец бежит. Знакомые есть, но неинтересные. Антракты тянулись24. Виноградов опять совал мне Семенова. Левушка принес мне картиночку. Юр. спит в темноте. Голова еловая говорит, что поджидали меня сегодня. Вчера было как-то чудно, а сегодня уныло почему-то. Да, отправил письмо в конце концов25.

19 (воскресенье)

Дров нет. С утра на кухне ругань. Все мелочи не удаются. Смятение у меня продолжается, и всего я боюсь. Вот первый день 50-го года26. Получил повестку из Мар<иинского> театра на диспут о «Дон Жуане»27. Если бы искал карьеры, пошел бы. Убрал стол. Сели пить чай раньше. Л<ев> Льв<ович> приехал часа в четыре. Юр. спал. Пили чай рано. Был Введенский, О. Н. и Кузнецов. Последний как-то дико смотрел и говорил впустую. Ушли кто куда. Сторицын тревожно и напрасно приплетался. Я изнывал. Стали сходиться Юр., О. Н., поздно Л<ев> Льв<ович>. Проектировали скучный ужин с Введ<енским> и Тамарой. Скучно. Все меня удручает как-то, и я завязаю в трясине. Что буду делать завтра, не знаю.

20 (понед.)

Болит голова. Дремал, хотя и написал кое-что28. Ходил в «Красную». Стася чего-то плакалась. Ограбил на гроши Сторицына. Дров нет. Файка больна. Лег, послав Юр. к голове. Пришел Скалдин, Лев Льв<ович> и Кжижановский. Положение их довольно ужасно. Ходил искать места. Пили чай. Левушка грациозно держался хозяином и любимцем. Он очень нежен и ласков теперь и естествен. Тихо цветет. Отец все сердится, и неизвестно, чем это кончится. Все ушли. Убрал. Затопил печку. Левушке уютно. Юр. пришел рано. Разбирали картинки и сидели как-то особенно. Очень, очень мирно. Если для Льва Льв<овича> у нас пристань, я очень счастлив.

9.50 <р.>

21 (вторник)

У Ксендзовских целый скандал из-за рецензии29. Сторицын купается как рыба в воде. Бегает, предупреждает, пугает, сплетничает, преувеличивает. Ходил к Гайке и в Союз. Державин уезжает с посольством в Южн<ую> Америку. Пообедав, еще пошел в редакцию «Ж<изни> и<скуства>» и бриться. Видел Дюшена. Вести о Радловых, как с того света. Ужасно жалко, что так распределил с Льв<ом> Львовичем. Пили чай с Введенским. Звонил Л<ев> Льв<ович>. Совсем отказались, и сейчас же зауныл. Заходил еще к Кроленке. Прямо не выберу места для гостей. Пошел. О. Н. и Гл<афира> В<икторовна> уже там. Билеты дали быстро. Пошли в «Сплендид»30. С Юр. ходили, купили винца и спорили о Пикассо. Скучаю о Лев<ушке> невыносимо.

13.32 <р.>

22 (среда)

До обеда не выходил. Погода ничего, хотя чуть-чуть холодновато. Юр. пошел к О. Н., я в «Academi'ю», попросив Юр. зайти к Альтшулерше узнать насчет денег. Но Кроленки не было, и, посидев немного с Любовью Александровной, я отправился восвояси. Л<ев> Львович пришел. На мое заявление, что я соскучился, говорит, что я сам виноват, что не позволил вчера ему прийти, был на Виленском. У Кржиж<ановского> не бывает, так как там завелся «вахтер». Он любит первенствовать. Пришла О. Н. и вдруг Кубланов. Тоскует, что надо выпить, что-нибудь предпринять и т. п. Альтшулерша денег не дала, но просила написать об Ан. Франсе31. Обещала зайти в субботу или в понед<ельник>. Все ушли. Еще просил Юр. зайти к Кроленке. О. Н. поехала к матери Введенского, вероятно, насчет аборта32. У Юр. было бы уже трое детей, не считая его ранней юности. Левушка говорил уже свободно о романах, о жене и т. п. Прост был и мил и нравилось ему быть любимым. Крыл лаком картинки. Я играл, но времяпрепровождение ужасно домашнее, безвыходное какое-то, относительно знакомых. Читал ему часть дневника. Все-таки суховато. И стихи насчет большевиков33. Иногда и сам обнимет. Юр., мокрый от дождя, притащил еды и вина. Ужин был сытный. Файка все нежничала с Юр., громоздилась на колени, лизала руки и т. д. Левушка подпил почему-то. Хорошо ли ему у нас? Много всяких дел.

8 <р.>

23 (чтв.)

Чудная погода. Весело вышли вместе с Фрол<овым> и Юр. в Госиздат. Встретили Дмитриева. Идет к нам. Рассказы. Получил деньги. Радловы думают, что я обижен. Зашли в магазин. Я наверх. Деньги только завтра. Дали мне книгу Пиранделло. Взял у Дмитриева. Дома почему-то ждет меня Могилянский. Начали приходить Юр., Введ<енский>, О. Н., Фролов. И совсем опоздал Л<ев> Льв<ович>. Если бы шли в театр, неминуемо опоздали бы. Но я получил от Кузнецова ненормальное письмо с просьбой не ходить. Дико, будто неодушевленный предмет (зонтик, ступка) сошел с ума. Сидели, рисовали. Юр. все гнал нас в кинематограф. Может быть, хотел остаться с О. Н. Ходил со свечкой даже осматривать каморку.