Назад в СССР: Классный руководитель, том 7 - Евгений Алексеев

Я понял, о чем сказал Мориц — о наблюдении за диссидентами, за которыми Штази не только следила, но и старалась ликвидировать. И не только физически. Распускало о них слухи, которые уничтожали репутацию тех, кто критиковал политический строй. Или просто сводили с ума. По сути, я для них тоже был таким диссидентом, отступником, антисоветчиком, но они не знали об этом. Чужак, которого они принимают за своего.

— Ну что ж, — Мориц сложил папку обратно в свой чемодан. — Вы нам очень помогать. Дать очень важная информация. Мы будем продолжать наблюдать за Назаровым. А вам стоит быть осторожным. Если этот бывший нацист догадается, он может вас ликвидировать.

Мы распрощались, пожали друг другу руки, и я ушёл из этого дома, добрался до школы на автобусе. Следующим уроком у меня была физика в моём 9-м «Б», но прежде я решил позвонить в Ленком, чтобы выяснить, действительно ли Абдулов выбил билеты для меня. Волновался, когда набирал номер, думая, что сейчас услышу — «ничего об этом не знаем». Но на том конце вежливый женский голос подтвердил, что бронь есть и я могу приехать за ней в любой момент. И что удивило меня сильнее всего, девушка даже обрадовалась, узнав меня. «Да-да, Олег Николаевич. Мы вас ждём!»

И я отправился в класс, где ждали меня ребята. Уже издалека услышал громкий гомон голосов, выкрики, смех. Не стал прислушиваться, просто прошёл внутрь, выложил портфель на стол, оглядел всех. Лица у всех радостные, возбуждённые. Скоро каникулы, от школьной жизни можно отдохнуть.

— Ну что, экзамены вам сдавать не нужно, — начал я. — Так что давайте проведём маленький классный час. Первое на повестке — надо ускорить постановку нашего мюзикла, чтобы показать его до последнего звонка. И второе, — я сделал паузу, чтобы придать моменту особую важность. — В плане мероприятий у нас стояло посещение театра. Как вам эта идея?

— Если бы в хороший театр… — протянул Аркаша Горбунов довольно уныло.

— Мне удалось достать несколько билетов в Ленком. На «Тиля» и на «В списках не значился». Но поскольку на всех билетов не хватит, у меня два предложения. Первое. В театр пойдут только отличники, — и сразу по рядам пронёсся гул разочарования, на что я улыбнулся, но продолжил: — Или будем тянуть жребий. Ксения, ты как староста, что считаешь?

— Я считаю… — Ксения обернулась к классу, обвела взглядом. — Я считаю, Олег Николаевич, надо тянуть жребий.

Я не сомневался, что Ксения так решит, хотя могла бы с эгоистичной точки зрения высказаться за первый вариант — она-то отличница.

Я понимал, что будут обиженные, кто, может, даже затаит злобу на меня, что им не достался билет на спектакль, но что я мог поделать? Вытащив из портфеля тетрадку, вырвал несколько листов. Разорвал на тридцать кусочков — по числу присутствующих и — надписал двадцать три штуки по названию спектаклей. И класс замер, все наблюдали за моими священнодействиями. У некоторых горел азарт, будто сейчас будет разыгран большой куш, в чьих-то глазах я читал грусть, мол, опять не повезёт. Когда передо мной лежали все листочки, начал раздумывать, куда их положить? Сейчас уже тепло, ни шапок, ни кепок никто не носит. И тут меня осенило. Я направился к шкафу, вытащил оттуда кусок картона и смастерил коробку.

— Ну что, давайте тянуть жребий, — возвестил я. — Двадцать три счастливчика.

— А вы, Олег Николаевич, будете тянуть? — ехидно спросил Аркаша Горбунов.

— Нет, Аркадий, как классный руководитель, я обязан вас всех сопровождать, так что тянуть не буду. Извините, — я развёл руками.

Ребята оживились, потянулись к моему столу. Вытаскивали бумажку, разворачивали. И я сразу видел, у кого-то на физиономии радость, у кого-то разочарование и досаду.

— Ребята, не переживайте. Если сейчас не получилось, я постараюсь достать билеты ещё раз. У нас ведь ещё целый год впереди вместе.

Подошла Ксения, замешкалась, я видел по ее взгляду, как ей хочется заполучить билет. И думаю, не потому, что она так уж жаждала попасть в Ленком, а потому, что хотела пойти со мной. Прикрыла глаза, сунула руку в коробку и вынула листочек. Раскрыла, и радостно подпрыгнула. Показала мне бумажку, где моим почерком было выведено: «Тиль»

— Ксения, я рад за тебя, очень, — сказал я.

Девушка убежала за свою парту, помахав листочком перед подружкой, что сидела с ней рядом, Аней Перфильевой. Ане, увы, достался билет на другой спектакль. Но она тоже обрадовалась.

Когда, наконец, вся эта процедура закончилась, я огласил итоги:

— Значит, всем, кто получит билеты, я сообщу дату, когда мы все вместе отправимся в театр. Если кто-то решит не пойти, сообщите мне. Времени осталось немного, давайте вернёмся к уроку…

— Олег Николаевич! — воскликнул Ростик Власов, который играл Атоса. — А давайте про спектакль! Сегодня будет репетиция?

— Обязательно будет! — ответил я.

— Олег Николаевич! — вдруг оживилась Ксения. — А посмотрите, какие я сделала эскизы костюмов.

Она вытащила из портфеля альбом, подскочила ко мне, чуть запыхавшись, раскрыла. Я пролистал и не смог скрыть изумления.

— Ксения, это потрясающе! Столько зарисовок и все такие… Нет, это великолепно. А почему столько разных?

Девушка залилась краской, в чудесных, огромных глазах замерцала радость.

— А я, Олег Николаевич, пошла в библиотеку, там просмотрела исторические зарисовки, гравюры, книжки. И выяснила, что мушкетёры носили вот такие камзолы из кожи, и алые плащи.

— Да, действительно, — задумчиво проронил я. — У мушкетёров Людовика 13-го не было голубых плащей с крестами.

— Голубых? — удивилась Ксения, покачала головой. — Таких плащей я не видела. А почему вы так решили?

Я поймал себя на мысли, что опять бегу впереди паровоза, вспомнив одежду мушкетёров из телефильма Юнгвальда-Хилькевича, который из всех людей на этой планете видел только я. И видел не в этой, а в другой реальности. И каким будет этот телефильм мне даже представить было сложно. Ждёт ли его такая же слава, как и тот, что вышел в декабре 1979-го года в моей реальности, или его только заклеймят позором и забудут? Удивительно, но моё существование в этой реальности почему-то начало влиять на события.

— Олег Николаевич! — с какой-то обидой выпалила Аня Перфильева. — А я тоже сделала эскизы декораций. Хотите посмотреть?

— Аня! Ну, конечно! У тебя с собой.

Девушка так стремительно выскочила из-за парты, что уронила учебник, он шлёпнулся на пол. Она подхватила его, плюхнула обратно на стол. Ринулась