Как выработать уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично. Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей. Как перестать беспокоиться и начать жить - Дейл Карнеги

Много лет назад, когда я был босоногим мальчишкой, который через леса шагал в сельскую школу на северо-западе Миссури, я однажды прочел басню Эзопа о солнце и ветре. Они спорили о том, кто сильнее, и ветер сказал: «Я докажу, что я сильнее тебя! Видишь внизу старика в плаще? Бьюсь об заклад, я быстрее, чем ты, заставлю его раздеться».

Солнце зашло за тучу, а ветер дул до тех пор, пока чуть не превратился в ураган. Но чем сильнее он дул, тем крепче старик запахивал плащ.

Наконец, ветер успокоился и сдался. И тогда солнце вышло из-за тучи и по-доброму улыбнулось старику. Тот утер пот со лба и снял плащ. И тогда солнце поведало ветру, что нежность и дружелюбие всегда сильнее, чем ярость и напор.

И пусть я прочел эту басню еще в детстве, ее истинность в то же самое время подтверждалась в далеком Бостоне, центре образования и культуры, побывать в котором я тогда даже и не мечтал. И проводником для этой истины был доктор Б. из Бостона, терапевт, который тридцать лет спустя стал одним из моих учеников. Ниже я расскажу его историю, которую сам доктор Б. изложил на одном из выступлений перед однокурсниками.

В те времена газеты Бостона были забиты фальшивой медицинской рекламой. Объявления давали подпольные знахари и врачи-шарлатаны, которые якобы лечили мужские заболевания, а на самом деле зарабатывали на невинных жертвах, пугая тех разговорами о «потере мужской силы» и других страшных осложнениях. Все «лечение» заключалось в том, что мужчину держали в постоянном страхе и на самом деле не лечили вообще. Шарлатаны стали виновниками многих смертей, но осудили из них лишь нескольких. Большинство заплатило крошечные штрафы или вообще обошлось без последствий из-за политического влияния.

Все это было настолько ужасно, что добрых жителей Бостона охватил священный гнев. Священники колотили по кафедрам, проклинали газеты и призывали Господа всемогущего остановить распространение подобной рекламы. Гражданские организации, представители бизнеса и женских клубов, церковь, молодежные общества старались сделать хоть что-нибудь, но тщетно. Развернулась настоящая битва в попытке сделать эту отвратительную рекламу незаконной, но ничего не вышло – взятки и политическое влияние сыграли свою роль.

Доктор Б. был председателем Гражданского комитета Бостонского христианского объединения. И вместе с другими членами комитета он приложил массу усилий, чтобы побороть вредоносную рекламу. Ничего не вышло. Борьба против этих якобы врачей казалась безнадежной.

И вдруг, однажды ночью, доктор Б. решил сделать то, чего еще никто в Бостоне не пробовал. Он решил действовать с позиции добра, благодарности и симпатии. Он попытался сделать так, чтобы издатели расхотели печатать эту рекламу. Он написал главному редактору «Бостон Геральд» и рассказал, как сильно любит его газету. Он всегда ее читал, уважал за четкую, а не скандальную подачу новостей. Все статьи были восхитительны. Это была настоящая газета для всей семьи. Доктор Б. заявил, что это, по его мнению, лучшая газета во всей Новой Англии и одна из самых выдающихся в Америке. «Но, – писал доктор Б. дальше, – у моего друга есть юная дочка. Он сказал, что буквально вчера она прочитала ему вслух одну из реклам, где речь шла о подпольных абортах, а потом спросила, что именно она означает. Честно говоря, ему было стыдно. Он не знал, что сказать. Ваша газета попадает в лучшие дома Бостона. И если подобное произошло у моего друга, наверное, это могло случиться и где-нибудь еще. Если бы у вас была дочка, вам бы хотелось, чтобы она читала подобную рекламу? А если бы она все-таки ее прочла и попросила бы вас объяснить, о чем речь, что бы вы сказали?

Мне очень жаль, что в такой замечательной газете, как ваша, практически идеальной, есть такой неудачный раздел, из-за которого отцы боятся увидеть ее в руках дочерей. Как думаете, может быть, тысячи других ваших подписчиков придерживаются такого же мнения?»

Два дня спустя доктор получил ответ от редактора «Бостон Геральд». Доктор хранил это письмо среди своих бумаг почти треть века и показал мне, когда поступил на мой курс. И сейчас я держу этот ответ перед собой, пока пишу эти строки. Дата письма – 13 октября 1904 года.

Доктор Б.

Бостон, Мэсс.

Уважаемый господин Б.!

Я считаю себя обязанным ответить на ваше письмо от 11 октября, поскольку именно оно стало причиной сделать то, над чем я размышлял с тех пор, как возглавил редакцию.

С понедельника я собираюсь очистить «Бостон Геральд» от всей сомнительной рекламы настолько, насколько это будет возможно. Подозрительные медицинские услуги, шприцы с якобы контрацептивами и тому подобная информация исчезнет с наших полос. А другие рекламные объявления, касающиеся лечения, которые невозможно убрать сразу же, будут отредактированы таким образом, чтобы никого не задеть.

Спасибо за ваше искренне письмо, которое очень мне помогло.

Искренне вашВ. И. Хаскелл, издатель

Эзоп был греческим рабом, который жил при дворе Креза за шесть сотен лет до Христа и оставил нам бессмертные басни. Но те истины о человеческих отношениях, которым он учил своих читателей, настолько же справедливы для Бостона и Бирмингема в наше время, насколько были справедливы двадцать пять веков назад для Афин. Солнце заставит вас снять плащ гораздо быстрее, чем ветер. А доброта, дружелюбие и похвала могут заставить человека поменять свое мнение с куда большей охотой, чем все бури и негодование в мире.

Не забывайте, что говорил Линкольн: «Доброе слово всем приятно».

Когда вы захотите склонить кого-то на свою сторону, не забывайте использовать правило 4:

Будьте дружелюбны.

Глава пятая

Секрет Сократа

Разговаривая с кем-нибудь, не начинайте с обсуждения ваших разногласий. Подчеркните то, в чем вы сходитесь, и продолжайте подчеркивать на протяжении всей беседы. И если это возможно, сделайте упор на то, что вы оба хотите одного и того же результата, а значит, ваши разногласия касаются способов достижения цели, а не ее самой.

Постарайтесь сделать так, чтобы человек соглашался с вами и по возможности не дайте ему сказать нет.

«Ответ „нет“, – пишет профессор Оверстрит в своей книге „Воздействие на поведение человека“, – это самое сложное препятствие. Если человек говорит нет, его гордость будет требовать стоять на своем до последнего. Он может впоследствии ощутить, что был не прав, но о гордости забыть уже не сможет! Раз что-то сказал, значит, отказываться от этих слов нельзя. А потому невероятно важно, чтобы разговор начинался в позитивном ключе».

Опытный оратор «сразу старается заручиться поддержкой». И этим задает общий