История Рима. Царский Рим в Тирренской Италии - Юлий Беркович Циркин

нормой распределения земли отдельным хозяйствам, и это составляло heredium, т. е. наследственное владение. Возможно, что такой heredium, совпадающий с этрусской единицей распределения земли acnua[1780], и был положен в основу нового деления общества. В таком случае несовпадение численности центурий различных классов было вполне очевидным и ожидаемым.

Дионисий и Ливий описывают различное вооружение, свойственное каждому классу. При этом резкая граница в вооружении, по словам Ливия, проходила между третьим и четвертым классами. Между воинами первых трех классов различие состояло только в форме щитов и некоторых деталях защитного вооружения. Поэтому, даже если согласиться с тем, что во времена Сервия Туллия речь шла о делении граждан только на две категории, армия должна была состоять не из одного первого, а, по крайней мере, из трех классов. А Дионисий и воинов четвертого класса включает в фалангу, говоря, что они там занимают последний ряд. Все эти рассуждения, на наш взгляд, подтверждают сведения античных авторов о содержании реформы, проведенной Сервием Туллием в середине VI в.

Поскольку непосредственной целью Сервия Туллия было создание современной армии, то поэтому естественно, что было проведено разделение по роду войск. В то время как основная масса боеспособных граждан образовывала пехоту (тяжеловооруженную фалангу и легковооруженные вспомогательные отряды), из этой массы выделялись всадники. Основной военной силой в то время была тяжеловооруженная пехота. Кавалерия играла в военных действиях скорее вспомогательную роль, но все же недооценивать ее значение нельзя. Уже тот отмеченный в науке факт, что кавалерию порой возглавлял близкий к царю человек (Тарквиний при Анке Марции, Сервий Туллий при Тарквинии)[1781], говорит о значимости этого рода войск. С другой стороны, подготовка боевого коня было очень дорогим делом, так что в Риме, как и в Греции, это могли себе позволить только весьма состоятельные граждане. По Дионисию (IV, 18, 1), Сервий набрал всадников из людей, обладавших самым высоким цензом (έκ των έχόντων τό μεγίστων τίμεμα)[1782].

К сожалению, соответствующий пассаж Цицерона, рассказывающий о сервиевской реформе, имеет очень важную лакуну в самом начале. Он начинается словами duodeviginti censu maximo — восемнадцать с самым большим цензом. Можно было бы думать, что вся фраза, конец которой сохранился, относится к тем же 18 центуриям всадников, о которых сообщают Ливий и Дионисий. Но дальше Цицерон пишет: затем (deinde) он набрал большое число всадников из всего народа. Создается полное впечатление о противопоставлении восемнадцати самых богатых собственно всадникам. При этом речь идет не о пехотинцах, ибо потом говорится о центуриях всадников, sex suffragia и центуриях первого класса, которые в случае присоединения к ним хотя бы шести центурий второго класса получали преобладание при голосовании. Это не совсем совпадает с цифрами Ливия и Дионисия, хотя общее число центурий — 193 — одинаково у всех авторов. Различия между данными Цицерона, с одной стороны, и Ливия и Динисия, с другой, заключается еще и в определении количества центурий первого класса: их у Цицерона 70[1783], а у Ливия и Дионисия — 80. Между тем, центуриатную структуру общества современники Цицерона хорошо знали, и сам же оратор говорит, что он мог бы распределение по классам и центуриям разъяснить, если бы это было слушателем неизвестно. Как объяснить это несовпадение? Представляется, что при восстановлении сервиевской системы при Сулле, когда связь между центуриями и трибами была вновь разорвана (Арр. Bel. civ. I, 59), количество центурий первого класса было уменьшено[1784].

Хотя всадники обладали самым высоким цензом, содержание и тренировка коня были, по-видимому, столь дорогим делом, что даже признанным богачам это было не под силу[1785]. Ливий (I, 43, 9) пишет, что для покупки коней всадникам выдавалось из казны (ex publico) по 10 тысяч ассов, а на их содержание был установлен специальный налог в 2 тысячи ассов, который платили ежегодно незамужние женщины[1786]. Не все лица, обладавшие всадническим цензом, реально служили в кавалерии, а соответственно и получали этот equestre aes. Ливий (V, 7, 5–6) рассказывает, что в 403 г., когда во время осады Вей римляне фактически потерпели поражение, граждане, имевшие этот ценз, но не получившие соответствующие деньги из казны, предложили сенату приобрести коней за свой счет и послужить государству, т. е. выступить на войну. Сенат с огромной благодарностью принял это предложение. Ясно, что до этого времени ничего подобного еще не случалось, и все всадники, которые реально служили в армии, были equo publico[1787].

Ливий (I, 43, 9) приписывает Сервию создание шести всаднических центурий вместо тех, что были созданы Ромулом. Однако, как говорилось выше, этот акт, гораздо вероятнее, был совершен еще Тарквинием Древним. Может быть, Сервий Туллий уровнял центурии priores и posteriores[1788], и это нашло отражение в традиции, переданной Ливием. Дионисий вовсе умалчивает об уже существовавших центуриях, а Цицерон, как упоминалось выше, разделяет их и центурии всадников. О 12 всаднических и 6 других центуриях говорит и Ливий (I, 43, 8–9). Поэтому можно говорить, что Сервий Туллий сохранил не только старые центурии, но и, если верить Ливию, их названия, связанные с трибами, хотя сами эти трибы к тому времени перестали играть какую-либо роль в социально-политическом плане. Возможно, именно шесть центурий, которые позже стали называться sex suffragia, и подразумевались, когда речь шла о центуриях procum patricium (Fest. 290 L) или (еще позже) просто procum (Cic. Orat. 46)[1789]. Таким образом, Сервием была окончательно создана кавалерия как род войск и, соответственно, всадничество как социальная группа[1790]. В связи с образованием новых всаднических центурий, встают два вопроса: 1) из какой среды выходили всадники? и 2) как новая кавалерия соотносилась с целерами?

Проблема происхождения всадников вызывает споры. Одни исследователи считают, что кавалерия рекрутировалась преимущественно из сельских землевладельцев, которые были (или, по крайней мере, в их среде преобладали) патрициями[1791]. Другие считают, что в виду незначительности кавалерии для войн того времени всадниками были люди из обоих сословий[1792]. Поскольку доводы и тех, и других практически косвенные, то надо обратиться к данным традиции, несмотря на их скудность.

В тексте Цицерона о происхождении всадников ничего не говорится. Он мог по каким-либо причинам это вовсе опустить (например, потому, что, по его мнению, это и так было хорошо известно) или же эти сведения могли находиться в той части главы, которая, к сожалению, утрачена. Ливий (I, 43, 8), говоря об образовании 12 всаднических центурий, уточняет, что они были набраны из первых лиц государства (ex primoribus civitatis). Немного ниже