Килейский котел - Андрей Андросов

— Герцоги стоят ниже королей, — Брак провел рукой по свежеокрашенному забору, окружавшему двор мастерской, растер оранжевое между пальцев и направился к воротам, — Хотя не удивлюсь, если они тоже вскоре появятся. Аристократия помойки все равно остается аристократией, а это диктует соблюдение определенных правил. К тому же, чем громче титул, которым ты награждаешь верного слугу, тем меньше кри ты тратишь на покупку его верности.

— Верность не покупается, — хмыкнул Найлас.

— Все покупается.

Резная деревянная вывеска над входом во двор мастерской гласила «Больше не значит сложнее!» и изображала стилизованную четырехпалую ладонь, сжимающую крохотный гигатрак. Брак развел тяжелые стальные брусья и с натугой откатил в сторону правую створку ворот. Левую богатырскими пинками загнал в пазы наемник.

На грохот из крохотного домика в углу двора, зевая и почесывая под ошейниками, вышли братья Гуда и Микаш. Не обращая никакого внимания на механика с охранником, они ушли в угол двора и принялись синхронно мочиться в помойную яму.

— А сам не думаешь участвовать? — спросил Найлас, с вялым любопытством разглядывая полуразобранную таргу без колес, стоящую на тяжелых подпорках под дырявым тентом.

— Чтобы еще раз опозориться? — почесал бороду Брак, болезненно скривившись. — Я пробовал дважды, и на третий раз точно угроблюсь.

— Зато ты получил ценный опыт, — заметил наемник, — Говорят, что первый раз перевернуться в собственной тарге надолго приносит удачу, особенно если на тебе ни царапины.

— У тебя все приносит удачу, — усмехнулся механик. — Ты вообще знаешь хоть одну плохую примету?

— Даже две, — ответил Найлас. — Но тебе они не грозят, если ты не собираешься в ближайшее время падать с высоты пары миль на гору железа, или задирать слепцов. А вообще, тебе надо чаще садиться в водительское кресло. Учиться владеть рычагами, чувствовать дорогу… Удача любит тех, кто готов драться за ее внимание.

— Вот ты и дерись, — хмыкнул Брак, разводя ворота ангара, — Или кто другой, любящий ломать пальцы или помахать кувалдой. Пусть воюют загонщики, охотятся искатели, а механики сводят им технику — иначе все в мире неминуемо покатится в шаргову задницу.

— И как это утверждение вяжется с ножом у тебя под курткой?

Брак промолчал, а наемник не стал настаивать на ответе. Одержав эту великую дискуссионную победу, Найлас пришел в еще более умиротворенное состояние духа. Он повесил топоры на самом видном месте у входа, достал из шкафа банку с прозрачным до синевы компотом, рухнул в кресло в углу мастерской и довольно захрустел печеньем.

Все утро и часть дня Брак сводил, раздевшись до штанов и докрасна раскочегарив испаритель. Густой, липкий от влаги воздух пропитался эйром, вонью резины и раскаленного металла, а извивающаяся, словно живая, растянутая на цепях ось исполинской колесной пары медленно, но верно обретала законченный вид. Жар от нее шел такой невыносимый, что раскалился даже плотно утрамбованный земляной пол. Продышаться от такого толком не помогало, поэтому братья то и дело бегали на улицу, опрокидывали на себя по ведру воды и мокрые, отфыркивающиеся соплями вперемешку с соленой водой, ныряли обратно в ангар. Сифрасу приходилось хуже всего, но маленькому невольнику выпало самое простое — таскать со двора ведра с эйром, следить за баками с водой и орудовать гравитележкой, свозя внутрь ангара железный хлам со двора.

Сам Брак выходил наружу редко. Отвлекаться ему было нельзя, да и жара его донимала куда меньше остальных. Заказ на ось был не то, чтобы срочный — но ценный тем, что исходил он от клановых, а для них механик всегда старался делать быстрее, качественнее и, естественно, дороже. Учитывая, что вторая половина дня была занята, а завтра под вечер обещали явиться заказчики, сводил он на износ, до гудящей от напряжения головы и трясущихся рук.

К тому же, Браку всегда хотелось поработать с гигатраком. Пусть и не напрямую.

От работы он отвлекся лишь раз, когда со двора раздался звон ударов железного прута по тяжелой рынде, знаменующий явление посетителей. Дремавший под вытяжкой Найлас нехотя встал, отряхнул с плаща крошки, нацепил свою самую зверскую рожу и пошел за топорами.

— Нам нужен Четырехпалый.

— Это я, — ответил Брак, утирая пот с лица почти чистой тряпкой. Надетая на голое тело кожаная куртка приятно холодила плечи.

Посетителей было трое, один другого краше. Незнакомые, но несомненные вольники — только они предпочитали в одежде столь дивно непрактичную смесь из кожи, разномастных и плохо подходящих друг другу кусков брони и жутковато выглядящих украшений. Будь Брак обычным обитателем Доминиона, наверняка впечатлился бы фактурной внешностью троицы, а то и устрашился. Но наметанный глаз бывшего кочевника легко замечал отсутствие характерных для долгой носки потертостей, плохо пригнанные ремни и паршивое качество кожи.

Настоящими на троице были лишь сапоги — разношенные, практичные, протертые до дыр, со стесанными набойками и кое-как вычищенные от въевшейся за годы степных перегонов пыли. Остальное — всего лишь заботливо хранившиеся в загашниках траков костюмы, специально на случай посещения подобных Яме мест — сходов кочевников, стихийных торжищ или редких городков вдоль южного берега Таризалы, навроде Джаки. В подобных местах незнакомцев встречают по одежке, количеству шрамов на лицах и размерах тесаков — и с этим у посетителей все было в порядке. Особенно с тесаками.

Механик уважительно кивнул про себя.

Продуманные. Хорошо разбирающиеся в негласных правилах этикета Вольных Земель.

Брак на их фоне выглядел подростком, только почему-то с бородой и в куртке на пару размеров больше необходимого. Зато за его спиной маячил жизнерадостно лыбящийся Найлас, который одной своей харей уравновешивал хрупкий баланс весов предстоящего разговора, так что ни одна из сторон не имела над другой несомненного морального преимущества.

— И ради этого мы сюда тащились? — хмуро произнес один из троицы, подозрительно таращась на механика. — Парень, позови главного, мы насчет работы.

— И ты тоже иди нахер, — доброжелательно улыбнулся ему Брак, — Если ищешь работу, на третьем перекрестке к югу зайдите в Сраное Гнездо, там вечно нужны дерьмовозы. А если тебе нужен Четырехпалый, он перед тобой.

Хамоватый вольник вскинулся, положил ладонь на рукоять тесака и угрожающе подался вперед. Из его глотки донесся сиплый звук, одновременно похожий на рычание и бульканье закипающего на костре чайника.

Брак почесал