Роковые женщины: яд или нектар. Как страх перед женской свободой создал архетип femme fatale - Алиса Р. Кудашева

Лу боялась реакции Андреаса, который ревновал и устраивал гневные сцены. Она отказалась, как отмечает биограф Анджела Ливингстон, от идеи нормального счастливого замужества с Ледебуром в пользу своего странного, неконвенционального брака, дающего ей ту свободу, в которой она нуждалась [46].

Еще одна история ухаживаний стала сюжетом для книги. На одном из вечеров Лу произвела глубокое впечатление на немецкого поэта и драматурга Франка Ведекинда. Он предложил продолжить их увлекательный диалог у него в номере, она согласилась, но оказалось, что ничего, кроме разговоров, эту эмансипированную интеллектуалку не интересовало. Ведекинд рассчитывал на большее.

Эпизод Саломе позднее описала в романе «Феничка». Героиня – загадочная русская в Париже, совсем как Лу в молодые годы – очень серьезна, воспринимает людей вокруг как своих братьев, отказывается от настойчивых ухаживаний и брака и борется за свою свободу и самореализацию. Однажды она встречает молодого немца, который очаровывается ее смелостью в разговорах: они обсуждают свободную любовь. Мужчина ведет ее к себе, пытается соблазнить, запирает в комнате, но потом отпускает и, в конце концов, просит прощения. Как и реальный прототип Ведекинд, который на следующее утро предстал перед Лу одетым с иголочки, с букетом и извинениями.

Утверждают, что позже он, видимо, почувствовавший себя униженным, нашел способ отомстить: назвал героиню пьес «Дух земли» и «Ящик Пандоры» Лулу. Эта танцовщица, обладающая невероятным магнетизмом и чувственностью, приносит гибель своим мужьям, так что ее считают одним из воплощений femme fatale. Как в героинях декадентского искусства, в ее образе много животного и противоречащего морали. Мужчины проецируют на девушку свои фантазии. Каждый называет ее по-своему, и Лулу – лишь одно из имен, которым ее нарекли, настоящего автор так и не называет. Героиня и ее жуткая судьба вызывала споры, а Ведекинда называли то женоненавистником, то критиком патриархальных норм.

Позже, в 1895 году, Саломе вступила в отношения с венским невропатологом Фридрихом Пинельсом, которые продлились с перерывами в общей сложности 11 лет. Он был на семь лет моложе, интересовался литературой и философией, проводил исследования в своей области и притягивал женщин спокойствием и внутренней силой. Любовь такого земного Пинельса стала для Лу опорой. Он всячески заботился о ней: следил, чтобы та отдыхала, организовывал совместные путешествия. За годы их связи Саломе практически стала членом семьи Пинельса и даже забеременела от него, но развестись с Андреасом не захотела. Ребенка, согласно одной из версий, она потеряла – упала с лестницы во время сбора яблок. Через какое-то время история завершилась: Пинельс решил закончить отношения, в которых играл только роль врача и любовника.

Позже Лу встретила Рильке, и между ними возникли страстные и полные поэзии отношения. В последующие годы она возвращается к размышлениям о сексуальности, любви, женском. В эссе «Человек в ипостаси женщины», опубликованном в 1899 году, она пишет о том, что женщина более укоренена в бытии и более самодостаточна, находится больше в контакте с телесным, и потому влечение и удовлетворение не могут быть исключительно механическими, изолированными, как у мужчины [47]. Для нее сексуальность связана, помимо физического, с чувственностью, психикой, всей полнотой жизненного опыта.

В 1910 году Саломе опубликовала книгу «Эротика», которая быстро набрала популярность. Лу писала, что логический подход в исследовании этого феномена упирается в свою ограниченность и понимание возможно только через индивидуальное переживание. Она отмечала, что сексуальная любовь, творчество и религиозность – это три проявления одной и той же жизненной силы, поэтому женщина может быть одновременно любовницей, матерью и мадонной (вероятно, в этих трех ипостасях Саломе предстала в отношениях с Рильке). Само же чувство – живая вода, эликсир молодости, который возвращает внутренний огонь. При этом подобная яркая и страстная сексуальная любовь не может, по мнению Саломе, длиться долго и построена на принципе неверности. Страсть и жизненный союз, то есть брак или длительное партнерство, – это разные вещи. Тем не менее, потеряв прежнюю форму, связь может стать более устойчивой жизнью «друг в друге», когда двое – это «одновременно любимые, брат и сестра, беженцы, укрыватели, суровые судьи, милосердные ангелы, снисходительные друзья, непосредственные дети; более того – два распахнутых навстречу друг другу бытия, доверчивые в своей божественной наготе» [47]. Кажется, в этих словах Лу описала свой брак с Андреасом.

* * *

Александра Коллонтай, как и Лу Саломе, считала, что любовь и брак – не одно и то же. В подростковом возрасте она решила: в отличие от своих сестер выйдет замуж только по любви. Когда пришло время выезжать на балы, она блистала и очаровывала многих. В Шуру – так ее звали дома – влюбился Ваня Драгомиров – брат ее подруги. Симпатия была взаимна, но после одной из встреч молодой человек покончил с собой. Причина самоубийства до конца неясна, но, конечно же, его объясняют бессердечностью будущей революционерки. На самом деле событие шокировало Шуру. Чтобы отвлечь дочь от переживаний, родители сначала отправили ее путешествовать, потом разрешили брать уроки истории и словесности.

Во время отдыха в Ялте Александра пленила адъютанта императора, генерала Ивана Тутолмина – на четверть века старше ее. Он тут же – с согласия родителей, которые были рады такой выгодной партии, – сделал предложение, но получил отказ. Многие замечают, что после этого Тутолмин так никогда и не женился, и записывают на счет роковой Александры еще одно навсегда и безнадежно разбитое сердце. Возможно также, что давно не молодой генерал просто отказался от идеи найти супругу.

Наконец случилось то, о чем Шура мечтала: она влюбилась – в кузена Владимира Коллонтая. Это под его фамилией она и войдет в исторические хроники. Но пока до безмятежного счастья еще далеко – семья Александры настроена против брака. Отец считал, что избранник не дотягивает в интеллектуальном плане. Он говорил дочери, что Коллонтай даже ее любимого Добролюбова не читал, о чем же с ним говорить? Владимир действительно не любил философские разговоры и дразнил девушку, утверждая, что она просто повторяет слова своей учительницы. Александра подарила избраннику томик Добролюбова. «Открыл ли он его когда-нибудь?» – спрашивала она потом себя [48].

Мать не одобряла брак из-за бедности Коллонтая. Но именно это и привлекало Александру. В воспоминаниях писала:

«Мне понравилось, что у него нет “ни гроша”, что ему самому придется зарабатывать на жизнь и что мне тоже, может быть, предстоят лишения и трудности. Если бы я жила в роскоши, я была бы очень несчастна и чувствовала бы еще большую несправедливость всего окружающего» [48].

Родители даже отправили дочь за границу, надеясь, что она передумает. Но Шура проявила свой характер или «глупость упрямой девчонки», как охарактеризовала решение мать, и добилась своего [48]. Спустя год Александра родила сына Мишу и…