Озверение - Александр Изотов

— Первушьё ты драное, быстро ко мне!

Мимо меня проскакал всадник. Какой-то зверь в кольчуге, прикрывая кровоточащий обрубок руки, исчез в дыму среди остовов сгоревших телег. Понеслись вылетающие из обугленных тел огоньки духа, рассекая небо звёздочками. Да уж, была некая чарующая красота в битвах Нулевого Мира.

Кстати, неразбериха вокруг вполне могла послужить мне. Что, неужели тот зверь с кнутом погонится за мной? Я ведь могу и просто удрать…

— А ну встал, ублюдок! — меня рванули за шкирку, потом толкнули к телегам. Подбежавший сзади незнакомый зверь, вооружённый топором, вытаращился на меня, едва не обрызгав слюной. Да тут их целый отряд! Который, правда, тут же понёсся вверх по склону, как и воин, поднявший меня.

Меня вдруг захлестнул вокруг шеи кнут, и обрубок копья никак мне не помог. Мне чуть не сломало шею, там мощно меня дёрнули, но через несколько мгновений я оказался у злосчастной телеги. Кнут сполз с моего бедного горла, и я захрипел от облегчения.

— Собирай, первушня! — меня снова подхватили за воротник и толкнули к перевёрнутой телеге, — Быстрее, а то как бы не прилетело!

— Мастер Василь, так телега…

— Дохляки стихушные, вот вы кто!

Зверь походя ухватился за борт и, рыкнув, перевернул повозку. Но оказалось, одно колесо у неё отвалилось, да и лошадь уже затихла, испустив дух.

Первушников нас тут оказалось всего шестеро, и мы, поднимая керамические шары, с превеликой осторожностью стали складывать их обратно в телегу. И всё это несмотря на то, что одинокие горящие стрелы то и дело чертили дымом небо и втыкались совсем рядом.

Я напряг своё чутьё до предела, понимая, что смерть не только сыпется с неба… Я её в руках таскаю, и одно удачное попадание врага — и мы тут все сгорим. Каким вообще чудом эти снаряды не сдетонировали при взрыве?

Совсем рядом прошипела стрела и один из первух ахнул. Я, обернувшись, как раз увидел, что он, посечённый осколком, уронил ядро… Одно уже было у меня в руках, но я, выгибаясь, всё же поднырнул под падающий шар.

Есть!

— Молодец, шлемозный, — зверь с кнутом подошёл и рывком поднял меня, прижимающего бесценные грузы к бокам. Затем он небрежно взял за шкирку упавшего первуху и отбросил подальше, чтобы не мешал. Тот был уже мёртв.

Я осторожно сгрузил пару снарядов за борт. Пока первухи подносили оставшиеся снаряды, зверь, цыкая, склонился над опустевшей осью.

— Ух, нуля кусок! Да что ж за срань-то сегодня такая⁈

Колесо валялось совсем рядом, и, как оказалось, оно всего лишь слетело с оси. Правда, закрепить его не казалось возможным.

— Чопик нужен, мастер Василь!

— А то я не знаю, первуха ты пустая! — зверь гулко бухнул по борту телеги, и внутри звякнули глиняные шары. Все первушники, включая меня, испуганно отпрянули от повозки.

— Василь! — раздался голос.

Разгорячённый десятник Яков, по лицу которого струилась кровь, остановил коня рядом с нами.

— Где ядра⁈ — рявкнул десятник, — Всех на кол!

— Поломка, мастер Яков! — рыкнул зверь, хлопнув по покосившейся телеге.

— Значит, не себе тащите! Красные нас разобьют так! Одну баллисту подбили, и вторая молчит, ждёт ядра!

Сам того не ожидая, я открыл рот:

— Мастера Жора убили, господин зверь, и мастера Тупу!

Мне казалось, что о таких потерях обязательно надо было доложить. И Василь, и десятник одновременно повернули ко мне головы.

— Дерьмо нулячье! — выругался Яков, — Это всё их огневик, чтобы его Небо сожгло!

— Десятник! — подскочил ещё один всадник. Утирая кровавый пот со лба, он тыкал рукой в сторону, — Маг Красных Муравьёв обходит с фланга! С лучниками!

Я жадно уставился на торчащие за спиной всадника стрелы в колчане. Лука при нём, кстати, не было, но оперение стрел всё равно так весело трепыхалось в разгаре этой битвы…

— Василь! Сейчас же ядра! Вторая баллиста целая!

— Да как я, десятник⁈ Телега одна, и та сломана!

— Так почини!

— Так Пётр и Дин были колёсниками! Я ж надсмотрщик… Да тут и первух-то всех убило!

— Мастер Василь, просите стрелу! — я ухватился за плечо зверя, и тот в непонятках уставился на меня.

— Какого, первуха⁈

— Чопик! — я ткнул пальцем в сторону телеги, — Чопик!

— Ы-ы-ы… — тот, тараща глаза, несколько мгновений явно усиленно думал, а потом резко повернул голову, — Кунц! Дай стрелу!

Всадник, недолго думая, сорвал со спины весь колчан и метнул нам. Василь, схватив одну, тут же переломил, и телега оказалась починена за пару минут. Конец оси, конечно, размочалило, и обломок стрелы грозился выпасть, но я, сорвав с ближайшего трупа рубаху, использовал её как верёвку. Обмотал как следует.

— Ты! — раздался позади голос. Как оказалось, десятник никуда не уехал, и был всё ещё здесь.

— Слушаю, мастер зверь.

— Ты первуха Жора, так⁈ — тот вглядывался в прорези моего шлема, — Я видел тебя с ним.

Я кивнул. Чьим я только первухой не был за эти пару дней, но последним, конечно же, был зверь первой ступени, жирный Жор, младший колёсник, если не ошибаюсь.

Пусть так и будет. Пусть я буду первухой жирного Жора, чья оторванная кисть так и томилась у меня за пазухой. Зато какой уважительный взгляд от зверей — они думают наверняка, что это моя кровь течёт у меня из-под полы.

В этот самый момент все мои чакры, все мои энергетические контуры толкнула ледяная мощь, которая могла принадлежать только одному существу в Инфериоре… Человеку.

Новый инквизитор, как и было обещано, прибыл. Я его ещё не видел, источника накатывающей могучей воли ещё не было видно за холмами, но человек двигался сюда.

— Так ты стрелять с баллисты можешь? — Яков так и не отставал от меня.

С катапульты мне ни разу в жизни стрелять не приходилось, но я сразу уверенно кивнул. Что угодно, только бы убраться отсюда поскорее, и не проверять судьбу, сможет ли меня учуять новый оракул!

— Я видел, как это делает мастер Жор, — тут же отчеканил я, — Смогу повторить.

— Хвала Небу! Эй, давай! — десятник протянул руку, и Василь подал ему оглобли. Тут же Яков, пригнувшись в седле, пришпорил лошадь, та недовольно заржала, но нехотя потянула телегу.

— Этого, в шлеме, беречь!

Как заметно изменилось ко мне отношение. Вот вроде минуту назад был первухой сраным, а сейчас я бегу за телегой, и за мной держится массивной тенью Василь. При этом я чувствую, как он прикрывает меня своим телом от скользящей с неба огненной смерти.

Рядом с телегой оказалось ещё несколько зверей, вооружённых