Озверение - Александр Изотов

— А, съели, еретики сраные⁈ — десятник захохотал, — Небо видит, кто истинно верует! Слава, слава Эзекаилу!

— Слава! — рявкнули все рядом, и даже первушники. Ну а я же в шлеме, мне можно и молчать…

Я буквально чуял пытливые взгляды зверей. Вот только, кажется, моя интуиция заколола опасностью, как над моей головой тут же оказался щит. В него гулко бухнуло, и я уставился на тлеющий кончик стрелы, выглянувший из толщи щита надо мной. Уф-ф, какой я везучий стихийник!

А в спину так и веяло человечьей мерой… Оракул догонял.

— Инквизитор здесь! — рявкнул десятник, подтверждая мои предчувствия.

Через несколько минут мы оказались у той самой баллисты. Она оказалась практически нетронутой, ей лишь пожгло одно колесо близким взрывом. Правда, и первушников осталось только двое.

Кажется, у врага кто-то знал про такое смертоносное оружие, как эти самые баллисты, и попытались их уничтожить в первую очередь. Да они и сейчас пытались — с вершины я рассмотрел двигающиеся далеко отряды. Вот, заметив нас на холме, они рассредоточились. Одни ушли в рощицы, другие скрылись в низинах.

На склоне внизу всё ещё рубились. Звериная ярость, охватившая сотни воинов, доносилась с поля битвы и своей горячностью перебивала даже ледяные волны человеческой меры, бьющей в спину.

Окружённый такой мощью, я даже на мгновение ощутил себя беспомощной первушной песчинкой, оказавшейся между жерновов мельницы.

С неба посыпались стрелы, не давая нам приблизиться к баллисте, но над телегой и надо мной всё так же дежурили щиты. Десятник Яков тоже крутился вокруг, и некоторые стрелы он сбивал прямо мечом. Подъехали ещё отряды зверей, среди которых были лучники, и наш холм наконец тоже огрызнулся стрелами.

Но вот ещё накатила волна ледяной мощи… И стрелы, летящие к нам, просто сдуло чьей-то силой мысли. Ещё до того, как обернуться, я уже понял, кто это прибыл сзади.

Новый инквизитор, одетый в длинную бурую, украшенную ауритовыми и корруптовыми нитями мантию, буквально притягивал взгляд. С обручем на голове, больше похожей на корону, с рельефным посохом в руках, мерцающим магическим светом. Длинные белые волосы, и бледное, словно у вампира, лицо.

Несколько тысяч тонн будто упали мне на плечи, и я, охнув, ухватился за край телеги, разглядывая круги перед глазами. Первушники все закричали как один и упали на колени. Меня же закрывали щитами звери, и поэтому я просто присел на корточки… Чай не заметят, а?

Конь под оракулом блистал не только сильверитовой бронёй, но и могучей пятнадцатой ступенью. Эта лошадь была равна человеку! Меру хозяина я смотреть не стал, не хотелось бы по глупости мозги себе выжечь.

Инквизитора сопровождало с десяток зверей, вооружённых двуручными мечами и облачённых в тяжёлые ферритовые доспехи, все на таких же бронированных конях. Видимо, учли смерть прошлого оракула, и теперь без охраны инквизиторы не ездили.

Странно, что только звери. Я заметил, что в Буром Приорате люди вообще не любят без необходимости покидать столицу.

— Приветствуем, великий мастер второй перст Танис! — десятник отсалютовал мечом.

— Приветствуем!

Инквизитор спрыгнул с лошади. Звери-рыцари тут же спешилась половина и окружили человека, закрывая его тяжёлыми щитами. Кажется, они его прикрывали не столько от врага, сколько от своих же.

— Десятник, почему еретики ещё живы? Почему их маг ещё топчет землю? — высокомерно вздёрнув подбородок, спросил Танис.

Яков спрыгнул с лошади и опустился на одно колено. Казалось, что даже вся битва будто бы застыла на одно мгновение, потому что теперь тут присутствовал человек. Краем глаза я видел, как редкие стрелы, достигая какой-то границы сверху, просто падали вниз — могучий человек принёс с собой могучую магию.

— Господин второй перст, нас ждали! Мы потеряли много зверей! Мы разбили Степных Хомяков, но приказ атаковать Красных пришёл слишком…

— Жалкие оправдания! — отмахнулся инквизитор, — Меня не интересует, сколько ты потерял, зверь. Меня интересует только, почему предатели всё ещё живы!

Он повёл рукой, и десятник, скривившись, упёрся рукой о землю. Кажется, его мутило от боли…

Уф-ф! Я тоже упал на четвереньки и застонал, когда муки ада прокатились по всем разумам вокруг, включая и мой. Корчились первушники, ёрзая ужами по земле, тяжело пыхтели звери. Даже свита оракула подрагивала под коваными доспехами, явно ощущая гнев своего хозяина.

— Слушайте сюда, звери! — Танис медленно повёл головой, оглядывая всех вокруг, — Сегодня Бурый Приор оскорбил его преосвященство, и этим он развязал руки нашему великому Настоятелю. Бертольд Бурый простил еретика, поклоняющегося проклятому Каэлю, и этим самым смертельно оскорбил Небо! Он стал врагом не только его преосвященства, но и самого бога Эзекаила!

Оракул вознёс руки к небу, восклицая, затем опустил глаза:

— Разве ваша жизнь, звери, имеет значение, когда дело касается людей? Бурый Приор предал истинную веру, и наказание неотвратимо настигнет как его самого, так и все эти земли! Нет больше звериных стай, нет больше вождей и знахарей. Есть только Настоятель Конрад и его воля, и если какой-то зверь противится этому, то его ждёт забвение!

Я с трудом улавливал его слова, и их смысл доходил до меня с запозданием. Приор прости еретика? Так-так-так… Да что тут вообще происходит, в этом Буром Приорат⁈

Стоп! Фрида… Да, та самая младшая послушница, которую я встретил на реке, едва стал первушником! Она ведь говорила, что в столице будет казнь какого-то зверя из свиты прецептора. Что сначала Настоятель всем покажет, что милость Неба не работает на еретиках, поклоняющихся Каэлю, а затем его казнят…

Из-за этого зверя… нет, зверицы! Точно, так она и сказала, служанка Фриды. Из-за этой зверицы я и пытался все эти дни попасть в столицу! Вдруг это Хильда? Свита у прецептора была большая, да, но…

— И чтобы ты знал, зверь! — инквизитор склонился над десятником, — Настоятель обещал мне, что я лично сниму кожу с этой еретички! И если вы лишите меня этого удовольствия, я сниму кожу с вас…

— Слу… слушаюсь, великий ма… мастер Танис! — просипел Яков.

Я сгрёб землю пальцами, чувствуя, как меня распирает ледяная уверенность. Мне не удалость успеть, но Небо нас не оставило… Да ещё и нашло меня посреди этой бурой пустоши, пинками помогая двигаться к цели.

Мол, ты бы поспешил, Марк, сколько я ещё буду тебе помогать?

— Господин… уф-ф… второй перст, позвольте… уф-ф… зарядить…

— Зверь, просто убейте их всех! — оракул небрежно махнул рукой, снимая со всех вокруг давление, — У нас и