История Рима. Царский Рим в Тирренской Италии - Юлий Беркович Циркин

политической ситуации могли сыграть значительную роль, как это явно произойдет при свержении Тарквиниев. Недаром тот же закон требовал, чтобы соглашения sodales между собой не нарушали общественного закона (publica lege). Таким образом, можно говорить, что вокруг Тарквиния собралась довольно сплоченная группа людей, тесно с ним связанных, и эта группа и стала ударной вооруженной силой, с помощью которой он и произвел переворот.

В науке было высказано мнение, что убийство Сервия Туллия и приход к власти Тарквиния Гордого не было экстраординарным событием, а явилось проявлением этнографически засвидетельствованного правила замены одряхлевшего предводителя более молодым вождем[1874]. Такой обычай действительно зафиксирован в некоторых весьма архаичных обществах. В «историческое время» подобный обычай засвидетельствован у бургундов, которые свергали (но не убивали) своих королей (гендинос) в случае неудачи в войне или неурожая (Amm. Marc. XXVIII, 5, 14). Ни у каких других германских племен такой обычай не отмечен, да и у самих бургундов после образования королевства на территории Галлии от него не осталось никакого следа. Существование такого обычая не засвидетельствовано ни у одного народа Италии. Что касается Рима, то он в VI в. ушел уже очень далеко от этой архаики. Да и по отношению к предыдущим царям традиция не засвидетельствовала существования подобного обычая. Плутарх (Numa 21) утверждает, что Нума Помпилий прожил более 80 лет, но никаких рассказов о его свержении и убийстве не существует. Поэтому представляется, что события, связанные с убийством Сервия Туллия и приходом к власти Тарквиния Гордого являлись не воспроизведением архаического обычая свержения престарелого вождя, а государственным переворотом в чистом виде, как его и изображает вся наличная традиция. Он сопровождался активной агитацией, созданием групп сторонников (гетерий), организацией вооруженного отряда (по-видимому, из тех же гетайров), с помощью которого он и совершился.

Можно представить развитие событий. Реформы Сервия Туллия задели интересы сенаторской аристократии, а может быть и наиболее богатых слоев плебса. В своей речи в сенате, как она передана Ливием, Тарквиний обвиняет Сервия в переложении основной тяготы обязанностей на primores civitatis. Ранее, как уже говорилось, Ливий писал, что именно из этого слоя формировались всаднические центурии. Вероятно, именно этот слой был особенно недоволен цензовой реформой. Политические выгоды своего положения над классами всадники смогли ощутить только позже, лишь после ликвидации монархии, а фискальные тяготы проявились уже сразу после проведения реформы. Патрицианская знать в течение всего правления Сервия Туллия была настроена оппозиционно, и совсем не исключено, что, как и писал Дионисий, в этой среде возник заговор с целью устранения царя и замены его новой фигурой, которая вернула бы общество в досервиевское состояние[1875]. Такой фигурой мог представляться Тарквиний. Хотя источники описывают блестящие победы Сервия над этрусками, общая внешнеполитическая ситуация после вынужденного оставления Корсики римскими союзниками фокейцами, возможно, оказалась не очень-то благоприятной, что нанесло какой-то ущерб репутации царя. Не с этим ли связано недовольство Сервием юношей, т. е боевой силы римской армии? Всем этим воспользовался Тарквиний, стремившийся занять трон, который считал своим по праву. Практически, видимо, возник союз аристократической оппозиции и претендента. Не исключена в этом деле и роль Туллии, которую, однако, едва ли следует преувеличивать. Развивая агитацию среди знати, претендент сделал упор на представителей младших родов, своим положением обязанным Тарквинию Древнему. Агитация дала свои плоды, и вокруг Тарквиния собрались его сторонники[1876]. Патрицианский заговор не мог быть особенно широким, но тарквиниевская пропаганда явно увеличила число противников Сервия Туллия в сенаторской аристократии. Из наиболее активных сторонников (а частично, может быть, и из личных слуг или рабов) Тарквиний создал свой вооруженный отряд. Подготовив почву, претендент ворвался на форум, созвал сенат и объявил себя царем. Не имея фактически никакой реальной поддержки[1877], Сервий Туллий бежал, но на пути был убит посланцами Тарквиния[1878]. По словам историков (Liv. I, 49, 1; Dion. Hal. IV, 40, 5), Тарквиний даже запретил хоронить Сервия, который был тайно похоронен за городом его женой. А преступность самого переворота подчеркивается единодушным свидетельством традиции о нечестивом поступке Туллии, переехавшей на своей колеснице труп собственного отца (Var. De I. L. V, 159; Liv. 1, 48, 5–7: Dion. Hal. IV, 39, 3–5; Ovid. Fasti VI, 603–610; Val. Max. IX, 11, 1; Flor. I, 7, 3; de vir. III. VII, 19)[1879].

Этот переворот явился, как уже говорилось, закономерным следствием резкого укрепления царской власти, ставшей самостоятельным институтом, мало связанным с обществом и его установлениями. В этом плане не только режим Тарквиния Гордого, но и власть Сервия Туллия была подобием греческой тирании. Хотя реформы Сервия Туллия отвечали и интересам значительного большинства римского населения, во всяком случае, городского, и нуждам социально-экономического развития Рима, царь не имел широкой социальной опоры, а материальной опорой могла быть только армия, часть которой (всадники, возможно, активно, а значительная часть юношеских центурий, по крайней мере, пассивно) выступила против него. Переворот произошел на уровне элиты общества при отсутствии действенной реакции со стороны основной массы. Хотя этот переворот явился логичным следствием идущего политического процесса, свержение и убийство царя едва ли можно не считать экстраординарным явлением. Постепенное развитие римской монархии было прервано, и в процессе ее развития был сделан резкий скачок, приведший, как показали последующие события, к полному разрыву между властью и обществом.

Глава XI.

Тарквиний Гордый

Внешняя политика

Некоторые авторы, сурово оценивая как способ прихода Тарквиния к власти, так и его внутреннюю политику, более положительно говорят о его внешней политике, хотя и в этой сфере отмечали недостойность некоторых его приемов. Это понятно. Цель нового царя не отличалась от целей его предшественников — установить гегемонию Рима в окружающем пространстве. Но тактика Тарквиния Гордого оказалась более разнообразной, что диктовалось как характером его натуры, так в еще большей степени складывающейся ситуацией. Несколько изменились по сравнению с предшествующими царствованиями внешнеполитические приоритеты Рима. По словам Ливия (I, 55, 1), Тарквиний возобновил (renovavit) договор с этрусками. К сожалению, это сообщение историка слишком краткое, и поэтому невозможно говорить ни об этрусских городах, с которыми договор был возобновлен, ни о предшествующем договоре. Можно только предполагать, что речь идет о договоре, закончившем этрусскую войну Сервия Туллия. Может быть, тот договор был заключен на определенный срок, который истек[1880]; могли быть какие-либо другие причины его возобновления. То, что договор был просто возобновлен, говорит о том, что никаких новых условий он не предусматривал. Это было, видимо,